времени именно (нео)платонизм обладал наиболее высокоразвитым понятийным и категориальным аппаратом, поэтому первые христианские философы испытали на себе значительное его влияние.
Классическим и наиболее эзотеричным из философов-неоплатоников (не христиан) следует считать Ямвлиха (‘Iamblichos, 280-330), провозгласившим догмат «всеобщего согласия тайноведцев всех времен и народов»:
Все восточные и греческие мудрецы, маги и прорицатели, поэты и философы, считал Ямвлих, во все времена возвещали одну и ту же неизменную и непогрешимую доктрину, которую надо только понять и истолковать правильно, чтобы убедиться в ее единстве… Чем мы с вами, собственно, и занимаемся.
Ямвлих комментировал Платона в эзотерическом духе, чем оказал большое влияние на развитие оккультизма и повлиял на Пико делла Мирандола, христианских каббалистов и других западных эзотериков эпохи Возрождения, живших тысячу лет спустя. При этом он отмечал разницу не только между эзотеризмом и религией, но и между эзотеризмом и философией: «об эзотеризме надо мыслить эзотерически, о философии — по-философски». Эзотеризм (теургия — theourgia, греч. «богодействие») был для него выше философии.
Самого Ямвлиха, естественно, тоже провозгласили «тайноведцем и чудотворцем». Каждый неоплатоник стремился стать не только мыслителем, но и теургом, т.е., как сказали бы теперь, «белым магом». Теория была неразрывно связана с практикой. Тот же Ямвлих занимался астрологией, магией, гаданием и практикой экстатического восхождения в сверхчувственные сферы, то есть тем же, чем и другие учители-эзотерики всех времен и народов.
В этой связи можно упомянуть исихастов, «йогическую» секту православных христиан, возникшую примерно в то же время (IV в.) и обосновавшуюся на Афоне. Исихазм (Hesichasm, от греч. `hsycheia — «внутренняя тишина») был мистическим течением, начавшим с медитативной практики и завершившимся (к XIV в.) разработкой вполне эзотерического учения о пути человека к единению с Богом через сосредоточение сознания в себе самом (Григорий Палама, 1296-1360).
Философы-христиане, как уже указывалось, тоже не могли не пользоваться этим эзотерическим багажом. Так, искренно уверовавший во Христа Ориген (185-253), гениальный эзотерик, не смог преодолеть противоречия между узостью раннехристианских догматов и широтой позднеплатонического мышления — и решил отказаться от последнего, поддавшись «магии креста». Поэтому церковники долго раздумывали, еретик он или нет, но все же в VI веке исключили его из числа авторитетных отцов церкви.
Однако