ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ: СОЗНАНИЯ И БЕССОЗНАТЕЛЬНЫЕ
ГИПЕРРАЗВИТИЕ
В начале двадцатого века в США зарождается, а затем и становится ведущим направлением в психологии – бихевиоризм. Основная схема последнего – «стимул – реакция». В энциклопедическом издании о бихевиоризме сказано, что он «считал предметом психологии не сознание, а поведение, понимаемое как совокупность двигательных и сводимых к ним словесных и эмоциональных ответов (реакций) на воздействия (стимулы) внешней среды». В дальнейшем необихевиоризм вводит промежуточное звено в схему, и она видоизменяется в «стимул – промежуточные переменные – реакция», тем самым различая познавательные и побудительные мотивы, что, однако, не сгладило абсурдности ситуации в направлении. Дело в том, что, поверхностно познав природу сознания, представители этого направления пытались синтезировать результат, исходя из предполагаемых условий. Бихевиоризм явился с точки зрения нашей теории как бы промежуточным звеном между работами физиологов и Фрейдом, что для меня символизирует уже начало более осмысленного постижения психики.
Мы коснулись данного вопроса отнюдь не для того, чтобы в очередной раз сказать о несостоятельности этого метода. Он появился вовремя и принес достаточно пользы в изучении человеческой психики, которая оказалась куда сложнее, чем простые поведенческие реакции. Суть упоминания бихевиоризма для нас заключалась в различении бицентричного и трицентричного состояний психики. Бихевиоризм критиковали за то, что он игнорировал существование сознания. Но на самом деле он закрывал глаза на третий его уровень – человеческий, обладающий возможностью осознанного творчества, что и проявилось в вариативности поведения на один и тот же стимул.
Давайте сделаем небольшое уточнение. То, что принято называть сознанием в психологии, мы будем называть человеческим сознанием или человеческой психикой. А для того чтобы пояснить наше видение заявленного термина, разделим пока человеческую психику по двум полярным позициям, понятным нам в их недифференцированном виде. Разделим ее на человеческие сознание и бессознательное. Бессознательное синтетично. Оно, если можно так сказать, «проще» с точки зрения функциональности, ибо, являясь следствием, неизбежно, хотя это та простота, за которой скрывается совершенство механизма. Для нас бессознательное более таинственная часть психики, и по божественным законам большая. Другая же ее часть – аналитическая – совсем не проста, особенно если получает гиперразвитие. При непонимании сути единства этих аспектов целого может возникнуть вопрос о первостепенности сознания или бессознательного в поведении человека. К сожалению, эта тема не нова и напоминает споры о том, что первично – яйцо или курица.
Давайте посмотрим – что же является наиважнейшей функцией сознания – «аналитического ума», как его называл Гермес Трисмегист? Речь здесь, конечно же, идет не об аналитическом уме как таковом, потому что последним в разной степени обладают все живые организмы. Речь о гиперразвитом втором уровне сознания за счет активизации третьего и третьем, который является прерогативой человека, благодаря чему, наверное, Трижды Величайший или Великий в Трех Мирах и называл людей смертными богами. Видимо, он и говорил об этом, исходя из того, что только у человека и у Бога (Вселенной) активен весь спектр материи-сознания. Так вот наиважнейшей функцией человеческой психики является осознанное творчество. И суть его – пошаговое развитие: «аналитический ум» не может анализировать того, чего не выдал «ум синтетический». Это может быть сигнал с рецепторов физического тела, или любой другой информационно-энергетический сигнал от любого из трех других бессознательных. Здесь я подразумеваю принципиальный детерминировано обусловленный поток информационно-энергетического вихря, символизирующий знания человечества. Именно, знания – залог работы анализа. От них отталкивается мысль, движущаяся от точки предыдущей до точки следующей, между которыми ей приходится на первой стадии пройти максимальное расширение – вопрос, а на второй – максимальное сжатие – ответ, чтобы, в конце концов, стать следующей ступенькой в развитии этих знаний. Человек, начиная более-менее сознательную жизнь, задает массу практических вопросов, постигая азы цивилизации, чтобы однажды дойти до того предела, когда уже никто из его окружения не даст ему готового ответа. Здесь стоит еще раз упомянуть о феномене «маугли» и о том, что человек без достижений социума – всего лишь хорошая заготовка природы.
В Дзэн-буддизме есть такая сентенция: учеником становится тот, кто дорос до вопроса. Что такое вопрос в итерпретации нашей теории? Вопрос, как мы уже поняли, это расширение предыдущей точки – анализ результата предыдущего синтеза в новом цикле. Это аналитическая часть нового целого. Те же дзэн-буддисты говорят, что, коль существует вопрос, существует и ответ. И ответ, насколько бы странным это не показалось, в нас самих, потому что вопрос, как мы уже говорили, всего лишь часть целого. И если ответа нет, это не значит, что его нет вообще. Это значит, что аналитический аспект целого – вопрос – не достиг еще наивысшего расширения, чтобы перейти в синтез, который, как мы знаем, происходит молниеносно. В таком случае можно сказать, что вопрос не созрел. Он еще сырой. Тот, кто задался этим вопросом, еще недостаточно осмыслил его, недостаточно развил, ведь, как бы парадоксально это не звучало, все существующее, к чему пришла цивилизация, когда-то было лишь вопросом. Людям, как правило, кажется, да и вообще так принято думать, что человек в книгах находит ответы на вопросы. Это величайшее заблуждение. Человек там находит вопросы, до которых дорос, и, исходя из того, что все знания вселенские заключены в нас, ибо мы – модели Вселенной, он находит ответы на эти вопросы в себе, чтобы затем сверить их с ответами предшественников. В этом суть передачи знаний. Не в том, чтобы дать готовый ответ, а в том, чтобы подтянуть до вопроса. Тогда вопрос и ответ становятся тем строительным материалом, кирпичиком в здании, которое мы строим изо дня в день, из года в год, из жизни в жизнь. Творческий уровень сознания, однажды активизировавшись в биологическом существе, кардинально изменил его возможности постижения реальности. Развиваясь сам, он дал дополнительный толчок развитию двух уже существовавших центров, где второй – рациональный, наделенный через творческий акт возможностью почти бесконечной дифференциации знаний в рамках Вселенной, – получил вообще гиперразвитие. И теперь становится более-менее ясно, почему к трицентричному сознанию невозможно в полной мере приложить линейку принципа «стимул-реакция», хотя ни секрет, что умелое использование дрессуры (иначе и не назовешь) по отношению к человеческому существу для достижения каких-то примитивных результатов, как мы знаем, все же возможно.
ВЕХИ
Эту статью, в связи с упоминанием в предыдущей бихевиоризма и его места между работами физиологов и Фрейдом, я хочу посвятить ученым, чьи работы оказались для меня вехами в становлении представления о развитии современного взгляда на психику человека. Их имена отражают как бы некую парадигмальность изучения психики с точки зрения нашей теории.
Правильнее было бы, конечно, в начало этой главы поместить Сеченова, поскольку без его исследований в области физиологии, за пределы которой он пытается выйти в своей книге «Элементы мысли», психологию по-настоящему и представить трудно.
Без всяких сомнений кроме имен, которые мы назовем, в истории познания психики достаточно было – и есть – достойных. Однако невозможно, как говорится, объять необъятное, поэтому в нашей работе мы используем только те из них, которые для данной работы необходимы.
Почему я выстроил эти имена таким образом? Первое и, я думаю, правильное объяснение – это их поступательность. Фрейд – основоположник. Адлер и Юнг – ученики, по очереди «оспаривающие» своего учителя. Хаббард – один из первопроходцев в информационно-энергетической психологии, осознавший энергетическую составляющую всех процессов в человеке. Грофф, как и Хаббард, к первой тройке «гигантов» вроде бы и не относится. Но его достижения – это продукт изучения психики человека его предшественниками плюс его собственные подтвержденные экспериментом изыскания. А кто, как не Фрейд, Адлер и Юнг эти самые ближайшие предшественники, которые попытались уже не с точки зрения религий и философии взглянуть на конгломерат под названием «человек». Еще один момент, по которому Грофф включен в эту когорту, его глубокие исследования измененных состояний сознания. Он заговорил о реинкарнации не первым в среде психологов, но сделал это на базе эксперимента, что дает неоспоримое преимущество его обоснованиям.
Другое объяснение этой градации – глубинное проявление основ психики, заключенных в дифференцированных нами отделах. Исходя из этого, я в свою очередь хочу уточнить эту градацию с точки зрения структуризации пространственно-временных образований – тонких тел. Это необходимо сделать, чтобы понять: почему вообще произошло развенчание психоанализа, почему из него произросли индивидуальная и аналитическая психологии, и как это все связано с дианетикой и с психологией трансперсональной.
Зигмунд Фрейд. С точки зрения структуры в аналитико-синтетическом единстве тонких тел человека эфирное тело – энергетическое тело человека в широком смысле – занимает второе место в Луче Эволюции после физического и является центром второго базового инстинкта. Этот центр заведует размножением, продолжением рода, сексуальной энергией. Его возможности, как тела первичного сознания, без которого физическое тело вообще ничто, настолько велико, что неудивительно, что Фрейд в недифференцированном пространстве психики обратил внимание именно на него. Вспомните поговорку: миром правят Любовь и Голод. Первые два базовых инстинкта. А учитывая пошаговость развития, можно с полной определенностью сказать, что другого шага вслед за физиологами Фрейд сделать просто не мог.
Альфред Адлер. Психоанализ появился. Казалось бы, Фрейд объяснил миру – что движет человеком в его непростой и в то же время, оказалось, очень просто – через либидо – объяснимой жизни. Но куда там. Разве закон развития позволит топтаться на месте? Адлер, изучив систему взглядов своего учителя, приходит к выводу, что тот не прав. Что превалирующим значением причинности в управлении психикой человека является не сексуальное влечение, а стремление к власти. Адлер спонтанно вышел на уровень третьего базового инстинкта – стадного (стайного), где основа существования – иерархия, со своими жесткими правилами, которая в человеческом обществе реализуется через потребности. Как вы уже догадались, я клоню к тому, что иерархия предполагает борьбу за власть, стремление быть выше, стать над кем-то, пусть даже это желание и неосознанное или тщательно скрываемое от самого себя. И это третий уровень в АСЕ человека, уровень астрального тела, уровень структуризации пространственно-временного образования. Не осознавая всего целиком, трудно, а вернее, невозможно было удержаться от критики взгляда предыдущего шага в изучении человеческой психики.
Карл Густав Юнг. Далее, прежде чем сказать о Карле Юнге, приведу его слова по поводу развития знаний: «Я часто ошибался и не раз должен был переучиваться. Однако я знаю и потому примирился с тем, что подобно тому, как лишь из ночи возникает день, так и истина выходит из заблуждения. Я рассматривал как предостережение слова Гийома Ферреро о «miserable vanite du savant» (жалком тщеславии ученого) и поэтому никогда не боялся ошибок и всерьез не раскаивался в них. Ибо научно-исследовательская деятельность никогда не была для меня дойной коровой или средством приобретения престижа, а была вынужденным, нередко горьким разбирательством, необходимость которого диктовалась повседневным психологическим опытом работы с больными».
Привожу высказывание Гийома Ферреро: «Рисковать совершить ошибки и подвергнуться критике, чтобы наука постоянно развивалась, – это же долг человека науки… Те, кто обладает достаточно серьезным умом, чтобы не полагать, будто все то, что они пишут, есть выражение абсолютной и вечной истины, одобряет эту теорию, которая ставит интересы науки гораздо выше жалкого тщеславия и мелкого самолюбия ученого».
Юнг смотрит на изучаемый предмет шире, чем это делал его учитель Фрейд и коллега Адлер. Он со своей ступеньки освоения проявлений пространственно-временных образований «человеческая психика» видит, что это всего лишь точки зрения на многосоставное и, конечно же, структурированное целое, структуру которого он и пытается постигать. Он постоянно находится в поиске. Ему мало того, что психика делится на сознание и бессознательное, он пытается постигнуть структуру бессознательного через его проявления. Уровень, который следует за астральным, и с позиций которого Юнг постигает пространство психики, ментальный. Он подразумевает максимальную дифференциацию изучаемого предмета или явления с естественным обострением полярности во всем, к чему бы этот уровень ни прикладывал свою линейку (суть гипертрофированного интеллекта). Думаю, что это, при соответствующей информационной базе практических исследований, то есть научного подхода, и есть возможность максимально проявиться методу аналогии, как части в общем целом практической исследовательской деятельности.
В дальнейшем Юнг через логическую глубину изучаемого предмета приходит к осознанию трансцендентного восприятия действительности, но почему-то не догадывается ранжировать это явление как зарождение третьей сигнальной системы, что мы сейчас за него и делаем.
Рон Хаббард. Главная заслуга Рона Л. Хаббарда в создании техники, работающей с психикой человека на уровне энергетическом. Эта техника не только породила у многих интерес к практической психологии, она всколыхнула интерес большого количества последователей, обративших свое внимание на опыт духовных исканий предшественников. Волна, которую создал Хаббард, набирает силу. Все глубже его последователи проникают в тайны надсознания, а через это вновь открывают для человечества забытые знания вселенских законов. Дианетика явилась фундаментом энерготерапии – массой всевозможных практических подходов к процессу очищения нашей психики от информационно-энергетического мусора, т.е. к интеграции (нейтрализации) полярностей в ней, ведущей к единству человеческой сути.
Станислав Грофф. Что касается Станислава Гроффа, то он на базе участия в научных работах по изучению ЛСД, как и Хаббард, нашел ключик к банкам памяти синтетических тел, что и позволило ему более быстро разбираться с задачами, на решение которых у других уходили месяцы, а порой и годы. Я имею в виду личное и доличное бессознательные, которые формируют психические и психосоматические заболевания, а также порождения реактивного ума – аффективные проявления психики. Но самое главное, что включает Станислава Гроффа в список вехообразующих этапов в раскрытии нашей темы, это отношение к проявлениям сущности. А это – следующая ступенька после ментального тела, с позиций которого в основном, за некоторыми исключениями, смотрел на психику Юнг. Каузальное тело – первое тело бессмертной части души (индивидуальное бессознательное), где, скорее всего, уже сохраняется наша сансарическая память. Грофф пишет: «Доктрина перевоплощения – вовсе не предмет верования, а серьезная попытка концептуализировать очень конкретные и специфические переживания и наблюдения, связанные с прошлой жизнью. И хотя существование самих переживаний – это факт, который может подтвердить любой серьезный исследователь, знакомый с необычными состояниями сознания, имеются различные способы интерпретации одних и тех же данных. Так дело обстоит с любым серьезным научным вопросом».
Нам же остается только повторить, что все несущественное не проходит испытания временем, оно рано или поздно утрачивается. Все же истинное живет вечно.
СОЗНАНИЕ И БЕССОЗНАТЕЛЬНОЕ
А теперь попробуем разобраться подробнее – что же такое «аналитический» и «синтетический» умы, обозначенные Гермесом Трисмегистом как божественный и космический. Какова их структура, и что несет в себе каждая часть этих понятий? С вашего позволения, мы перейдем от терминологии Трижды Величайшего, которая, исходя из многочисленных диалогов, по-видимому, использовалась в непростительно широком смысле, к терминологии, которая будет в большей степени соответствовать данной теме. Руперт Шелдрейк пишет: «После Декарта понятие бессознательного пришлось вводить заново. Например, в 1851 г. немецкий врач К.Г. Карус начал свой трактат о бессознательном такими словами: «Ключ к пониманию природы сознательной жизни души лежит в сфере бессознательного… Духовную жизнь можно сравнить с широкой, мерно текущей рекой, лишь один-единственный маленький участок которой освещен солнцем». Сравнение, конечно, слишком вольное, и, скорее всего, его символизм происходит из-за иллюзорного восприятия реальности.
Итак, для «синтетического ума» мы используем термин, вошедший в современную психологию в большей степени благодаря Фрейду и расширенный Юнгом – бессознательное. А для аналитического – сознание. У нас будет три уровня сознания – мы их дифференцируем и дадим им названия, и четыре уровня, четыре аспекта бессознательного, которые мы также назовем, частично используя уже готовую терминологию. А для того чтобы было более понятно место и значение каждой из частей целого «человек», мы представим АСЕ не просто с точки зрения его дискретно оформленных образований – тел, но с точки зрения их отношения к полярности проявленного мира, т.е. отношения к мужскому или женскому началу в причинно-следственном механизме. В данном случае речь пойдет об их основных качествах – сознательном или бессознательном функционировании.
Ф. Э. Ас. М. К. Б. Ат.
– + – + – + —
На схеме мы видим знакомое нам разделение тел (физическое, эфирное, астральное, ментальное, каузальное, будхиальное и атманическое) с одной лишь разницей – это принадлежность к разным полюсам. Те, что с плюсами, представляют аналитический ум, включающий аналитические тонкие тела – это триединство мы назвали сознанием. Те же, что с минусами, мы определили как бессознательное. Теперь, прежде чем заняться описанием всего этого сонма систем, а это, понятно, не конечный продукт анализа, мы обязаны узнать их имена, ибо «вначале было Слово».
АНАЛИТИЧЕСКИЙ УМ
«Аналитический ум» – одна из тех подсказок, которые постепенно интегрировались в символ пространственно-временного континуума, ставший впоследствии аналитико-синтетическим единством (АСЕ). Кто читал диалоги Трижды Величайшего, тот, конечно же, вспомнил, что Гермес Трисмегист (повторюсь) говорил об аналитическом – божественном уме, которым обладают только Бог и человек, и синтетическом – космическом уме, обладателями которого являются многочисленные боги и животные. Такая постановка вопроса делает человека равным Богу. Фраза же о том, что Бог – это бессмертный человек, а человек – это смертный бог, приводит к пониманию Абсолюта Ничто как человека. Хотя в символизме такого глубокого понятия это всего лишь одно из проявлений. Простота объяснений коварна.
Я рассказал о человеке-боге не в качестве прелюдии к главе, а затем, чтобы кто-то, обладающий недостающими мне знаниями, развил это представление, хотя мысль о прелюдии тоже имеет смысл. Можно, например, в этой связи сделать еще одну оговорку для тех, кто дарвиновскую теорию эволюции живых организмов считает несостоятельной. Для того чтобы увидеть очевидное, необходимо обладать, если не знаниями, то хотя бы исчерпывающей информацией. Отсутствие того и другого создает в осознании нами истины пробелы, лишающие процесс развития биосферы детерминированности. А, исходя из нелинейности процесса, вызывающего дивергенцию биологического материала и его «прореживание» через естественный отбор, очень сложно, если не сказать невозможно, постичь очевидное. В этом случае и появляется широкое поле для различных инсинуаций и спекуляций. А ведь Чарльз Дарвин со своей книгой «О происхождении видов путем естественного отбора» появился не на пустом месте. Форма отражает содержание, и наоборот. Если взять более принципиальные категории, то это те же философские сущность и явление. Философская сущность – в нашей концепции – сознание. Явление – материя. Чем более сложна форма, тем более сложное содержание она предполагает. Дарвин писал: «…мы должны признать, что человек со всеми его благородными качествами, с его божественным умом… со всеми высокими способностями, все-таки носит в своем физическом строении неизгладимую печать низкого происхождения». А помните, что сказал по этому поводу Гете? «Он эту искру разумом зовет, И с этой искрой скот скотом живет». Дарвин заметил эволюцию материи в планетарном масштабе, но не увидел, что она – зеркальное отражение Творения Абсолютного в масштабе Земли, что сознание и материя в ней, в каждой ее части, представляющей целое, есть совокупность, континуум, в котором они уравновешивают друг друга. Точно так же, как неделимы пространство и время, ибо не существуют друг без друга на практике, точно так же неделимы, как мы уже говорили, сознание и материя в проявленном мире.
Итак, человеческое сознание в планетарном масштабе эволюции материи это – сознание, состоящее из трех уровней, возникавших постепенно от самого низшего так называемой неживой природы и далее в процессе филогенеза в эволюционирующем живом организме. Исходя из того, что мы привыкли называть сознанием рациональный – интеллектуальный центр, оставим право на это название за ним. А так, как интеллект, что в основном представлено работой ментального тела, занимает среднюю позицию в нашей схеме, то первичное, или эфирное, сознание, как более архаичное с точки зрения эволюции, займет место под ним, что и определит его название как «подсознание». Третий центр сознания, являющийся представителем более высокого плана бытия, выполняющий соответственно ему более высокую эволюционную задачу, назовем «надсознанием». Работу же всех трех центров мы представим как человеческое сознание, ибо, как мы уже знаем, три уровня сознания в их более-менее развитом состоянии есть из всех земных существ только у человека.
Еще раз повторюсь: наше «человеческое сознание» в психологии названо просто «сознанием». Оно не дифференцировано так, как у нас, не имеет структуры и им обладает только человек.
ПОДСОЗНАНИЕ
Первичное сознание, расположенное в диапазоне от «ре» до «ми» (если сравнивать «градацию» человеческой психики с музыкальной октавой) – это подсознание. В триединстве сознания человека – самое архаичное из трех. Его функция – анализ ощущений. Его инструменты в физическом теле – органы чувств, информационно-энергетические потоки от которых эфирное сознание дифференцирует, насколько это позволяет ему положение в АСЕ тонких тел человека, т.е. рамки его уровня расширения анализа. Как мы уже говорили, речь идет о тождественности – признаке двух крайних аналитических тел. Ее влияние мы рассматривали:
– во-первых, в связи с функционированием реверсивного психического центра, названного реактивным умом, который в случаях действительной – или же воспринимаемой за действительную – опасности вызывает состояние аффекта;
– во-вторых, в связи с творческим процессом в будхиальном теле через трансцендентное проникновение в информационно-энергетическую суть нелинейных систем.
Здесь необходимо вспомнить, о чем мы говорили совсем недавно, дистанцировав настоящее озарение от всплеска интуиции – инсайта. Суть этой разницы, как мы уже знаем, в том, что более высокое явление – озарение – результат работы творческого (будхиального) сознания, затрагивающего высшие сферы информации. Оно – это синтез в атманическом теле, то есть результат работы будхиально-атманической аналитико-синтетической пары. Я бы назвал это явление, следуя Архимеду, эврикой. Инсайт же – это интуиция каузального тела. Это также озарение, но более низкого порядка: синтез мыслительной деятельности ментального тела в каузальном на основе онтогенетической информации.
Подобный процесс существует и в эфирно-астральной АСП. В ее частотном диапазоне «озарение» – вполне ощутимый факт: здесь мгновенно навешивается ярлык одного из полюсов – приятие или неприятие. И только потом эта информация анализируется в ментально-каузальной паре. Это явление – «нравится» или «не нравится» – в народе прозвали первым впечатлением, определив его как «самое верное». И оно, как правило, бывает безошибочным, особенно в том случае, который касается человековедения. Потом, начиная анализировать факты, мы иногда меняем отношение к объекту, но чаще всего для того, чтобы впоследствии убедиться в первоначальной безошибочности. Таким образом, мы получили еще одно триединство – результат синтетической работы бессознательных ценров: «первое впечатление», инсайт и эврику (озарение).
Но, пожалуй, мы немного отклонились от темы. Тождественность – как данность первичного сознания, которое находится в ограниченном месте расширения аналитического аспекта АСЕ человеческого целого, диктует определенное представление этого сознания о мире. Его дифференциация внешнего пространства такова, напомню, как, если бы сравнивалось очень слабое зрение со стопроцентным. Зрение с недостаточной степенью, как мы говорим, резкости – это и есть утрированный пример тождественности восприятия эфирным сознанием действительности, когда очертания деталей в образе размыты, и их границы нечетки настолько, что непонятно, где заканчивается одно и начинается другое. Пример, может быть, и не очень хорош, но он в какой-то мере передает суть недостаточной степени анализа того, с чем соприкасается первичное сознание.
Эфирное тело – аналитико-аналитическое. С одной стороны – оно находится в аналитическом аспекте АСЕ человеческих тел, с другой – оно само по себе аналитическое. А если рассматривать еще и его аналитическую часть, то это уже будет третья ступень направленности вовне. О чем это говорит? Это говорит о высочайшей степени обучаемости на этом уровне сознания. Через него при ослабленной работе ментального сознания, являющегося внутренним редактором, проникает вся, или почти вся информация. Способность к обучению есть одно из условий функционирования всех уровней сознания. Можно сказать, что она – эта способность – сама суть филогенеза, которая проявляется на более низких стадиях развития в виде приспособления к окружающей среде. Как мы уже знаем, сначала через энерго-информационное взаимодействие с ней и между особями при моноцентричном сознании. Затем еще дополнительно и через любопытство-подражание – в бицентричных. Первичное сознание является в данном случае наиболее продуктивным инструментом обучения, который дает возможность очень быстро постигать суть выживания.
СОЗНАНИЕ
Ментальное тело – второй аспект сознания, который находится, если опять же сравнивать с музыкальной октавой, в диапазоне от «фа» до «соль». Он представляет собой основу интеллекта человека и назван нами сознанием, потому что для общества это обозначение, с одной стороны, более привычно, с другой – передает то понимание нами работы интеллекта, если посмотреть утрированно, как максимальной дифференциации предметов и явлений, которое и дает возможность наивысшего различения составляющих макро– и микро– миров, что мы и привыкли считать сознанием. Как уже упоминалось, один из авторов литературы о Дзэн-буддизме, Сэкида Кацуки, дал очень точную характеристику работы сознания (ментального тела) – «скальпель интеллекта». Суть этого скальпеля – рассекание целого на части.
Ментальное тело по количеству сознания в материи эволюционно выше эфирного. Оно занимает вместе с астральным телом самую широкую часть аналитико-синтетического единства (АСЕ) тел человека, что как раз и показывает символически возможность максимальной дифференциации информации. Его граница с астральным телом расположена на переходе ян в инь – анализа в синтез в человеческом целом. Происходит это явление на максимально возможной ступени расширения, где мужское начало изживает себя в данном АСЕ и преобразуется в женское. Но анализ только начинается в самом ментальном теле, и это – самый интересный и самый, пожалуй, значимый момент, в осуществлении взаимодействия астрального и ментального тел – чувств и мыслей низшего порядка. Сейчас суть этого явления мы попытаемся раскрыть.
Оба тела лежат на границе перехода ян в инь (вспомните ромб, который мы делали из звезды Давида, заменив один из равносторонних треугольников равнобедренным (синтетическую часть АСЕ) с более вытянутой внешней вершиной). Но синтетическое (астральное) тело находится в конце аналитического отдела АСЕ тонких тел человека. Аналитическое же ментальное – в начале синтетического. Отсюда, казалось бы, парадокс: в конце аналитического процесса мгновенное, почти неуправляемое расширение чувств. Однако никакого парадокса нет: «трудность» аналитического процесса в АСЕ человека здесь уравновешена «легкостью» синтетического в астральном теле. Синтетический же процесс в человеческом АСЕ определяет сравнительную легкость аналитического процесса в ментальном теле в виде восприятия и спонтанного мышления.
Может, не всем сразу будет понятна эта мысль. Поэтому дам уточнение. Анализ, или процесс расширения, это определенная трудность, преодоление. Синтез же происходит, как мы уже говорили, быстро – как результат анализа. То есть как бы без усилий. Перечитав еще раз принцип взаимодействия двух тел, можно понять – почему у большей части населения Земли в основе жизнедеятельности находятся гипертрофированная чувственность и спонтанное мышление. А затем сделать для себя соответствующие выводы и попытаться сознательно управлять этими процессами.
Итак, ментальное тело – рациональное сознание – синтетико-аналитическое. Оно находится в месте максимального расширения АСЕ тел человека, что и определяет его максимум в дифференциации и идентификации предметов и явлений внешнего и внутреннего миров.
НАДСОЗНАНИЕ
Наконец, третий уровень сознания – надсознание или сверхсознание. Термин сверхсознание использовать по отношению к рассматриваемой теме, вряд ли корректно. В значении второго слова – полное развитие будхиального тела, связанное с «осознаниванием» содержимого атманического (коллективного бессознательного), т. е. с возможностью полной трансцендентной связи с окружающим миром, а также с проникновением в сансарическую память. Это то, что делает человека смертным богом. При обычном же состоянии сознания, а мы рассматриваем именно такой вариант – усредненный, будхиальное тело имеет достаточно небольшое развитие. Поэтому, думаю, более точно передаст значение рассматриваемого нами понятия, а, значит, и лучше подойдет в этом случае термин «надсознание».
Местоположение надсознания в АСЕ тел человека обусловливает его количественные и качественные показатели. Во-первых, оно находится в синтетическом отделе человеческого целого. Во-вторых, уровень расширения, если можно так сказать, в этом месте АСЕ – небольшой, что говорит об ослабленной дифференциации предметов и явлений, т.е. здесь присутствует такое качество как тождественность. Но последняя, по сравнению с эфирным сознанием, уже оперирует более сложными единицами информации. И, наконец, это одно из высших тел, обладающее очень высоким содержанием сознания в материи, что определяет более тонкое восприятие мира. Все это, конечно же, отличает его от других отделов данного триединства. Сверхскорости (частота вибраций) при такой концентрации сознания в материи, соединенные с вращательным моментом информационно-энергетического вихря, закручивают миллионы и миллиарды причинно-следственных образований в такой узор «окоёмности» представления о мире, что постижение реальности можно сравнить разве что с проникающей радиацией. Это все та же пресловутая тождественность, но уже на очень высоком уровне развития сознания. В противовес работе тождественности нижнего уровня, дающей эмпирическое восприятие, верхний уровень готовит почву для трансцендентного постижения действительности атманическим телом. Здесь нет благодаря сверхскоростям обычного представления о линейном развитии сигнала, как в ментальном теле. Да и само понятие чувств, как таковых, претерпевает огромное изменение. Это уже, скорее, клубок чувств, мыслей и волевых посылов предыдущих уровней, распутать который рациональному сознанию при его линейности и относительно низкой скорости обработки информационно-энергетических конструктов становится невозможным.
По поводу будхиального тела остается добавить, что оно синтетико-аналитическое, как и ментальное. А значит, синтез, как функция вышестоящей структурной единицы (АСЕ человека), в какой-то мере способствует процессу анализа в нем. Однако, его положение, по сравнению с ментальным телом, не дает ему возможности так же четко проводить различение, дифференциацию того, что по необходимости делает второй центр.
ТРИЦЕНТРИЧНОСТЬ
Этой статьей мы в какой-то степени резюмируем предыдущие, связанные с сознанием. Попробуем через ряд понятий, освещающих суть деятельности сознаний, получить более-менее близкую по смыслу картинку соответствий-различий функциональных особенностей аналитических тел. Проведем сравнительный анализ нескольких аспектов, объединяющих эту «единую и неслиянную» троицу в целое, которое мы назвали человеческим сознанием. Какие же категории управляют объединяющими факторами?
В первую очередь – «аналитичность» – главенство мужского начала, обладающего экстравертивной направленностью. Исходя из этого, мы можем определить принципиально три вида анализа. Начнем снизу вверх – так, как тела формировались в процессе эволюции биосферы:
эфирное тело – эмпирический (первичный) анализ
ментальное тело – рациональный (логический) анализ
будхиальное тело – трансцендентный (творческий, эстетический) анализ
ПЕРВИЧНЫЙ АНАЛИЗ. Первичная обработка информации, полученная с рецепторов органов чувств физического тела – это эмпирический анализ. Если говорить утрировано, этот уровень анализа достаточно примитивен и здесь еще царит тождество. Эфирное сознание строго биполярно по степени восприятия (приятно-неприятно), что связано, как мы знаем, с единственной возможностью выживания на первом этапе становления психики живых организмов. Благодаря этому теперь в более сложных организмах доминирующему по силе энергетического воздействия ощущению (боли или удовольствию) будут тождественны все остальные. Этот уровень человеческого сознания – самый простой механизм защиты, использующий принцип полярной логики, которая способна отождествлять реалии мира либо с одним (приятно), либо с другим (неприятно) полюсом, нанизывая какие угодно предметы или явления на эти два копья примитивного анализа. Но, если отнестись к его работе более внимательно, можно проследить его филогенетическую трансформацию по этапам возникновения рецепторов, структурно оформившихся впоследствии в органы чувств. Эти инструменты развивались вместе с ним по мере возникновения и дискретного оформления филогенетически более поздних уровней сознания – рационального и трансцендентного, детерминировано подстраивающих под свои нужды и развитие примитивного сознания.
РАЦИОНАЛЬНЫЙ АНАЛИЗ. Это максимальная дифференциация привлекшей внимание «картинки», пришедшей через астральное тело в ментальное. Это уже анализ более высокого уровня, связанный с идентификацией информации для более разумного выживания в образующихся впоследствии примитивных сообществах – стадах, стаях. Если эфирное сознание пытается лишь примитивно различать пищу и врага – возможность получить пищу и не стать ею (в моноцентричных организмах), то ментальное – отражает достаточно сложное взаимодействие в бицентричных, к тому же приводя эфирное тело в процессе филогенеза в соответствие со своими «запросами». А при активизации третьего уровня сознания не только первый, но и второй – ментальное тело – неизбежно приходит в состояние скачкообразного развития. В этом случае второй уровень сознания из интеллекта животных становится гиперинтеллектом человека, что и дает повод назвать его логику «скальпелем интеллекта», ибо острота человеческой возможности различения (идентификации) деталей реальности за счет накопления чужих знаний принципиально поднимается на неимоверный по сравнению с животным миром уровень.
ЭСТЕТИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ. Это «окоёмное», образно-символическое восприятие реальности с творческим подходом к целостности поступающей «картинки», т.е. с вариативностью, виртуальностью этого восприятия, что связано с вторичным проявлением тождественности. Здесь при недостаточной развитости будхиального тела, что приводит к пролонгации анализа полярных качеств с «выпячиванием» одного из них вместо предполагаемой подготовки синтеза в атманическом теле, появляются критерии оценки – хорошо-плохо. Высшее тело чувств при этом резонирует со своим «функциональным двойником» – нижним телом чувств – синтетическим (астральным). Таким образом, возникает цельный образ: с оценкой и соответствующей чувственной подоплекой, вместо которых должна бы следовать интеграция полярностей с высвобождением энергии, поддерживающей их существование. Но этого, как правило, не происходит (это временное явление на пути трансформации человеческого сознания: оно – результат неполного цикла развития третьего центра в рамках цивилизации).
В чем суть творческого сознания? Как мы только что говорили, в подготовке к интеграции в атманическом теле ранее появившихся полярностей. Все это должно приводить к творческому акту, поддерживающему гомеостаз в психофизическом образовании «человек». Наше триединое сознание дает возможность психике творчески подходить к развитию анализа. Т.е. эстетически заниматься поиском частей для объединения, подбирая на базе исходного материала максимально приближенные варианты к божественной (гармонизированной) композиции составляющих. Это проявляется в последующем синтезировании каких угодно произведений, создаваемых человеком, начиная от прозаических орудий труда до суперсовременной техники и шедевров искусства. Иногда реакция человека может показаться не логичной – абсурдной, но в этом заключен великий смысл переходных состояний, промежуточных, пограничных реалий. Все эти явления связаны с возможностями эстетического сознания: с особенностью виртуального отождествления всего со всем, что может приводить к конфликту с общепринятыми взглядами, мнениями и нормами поведения. В отличие от эмпирической тождественности с ее однонаправленной абсурдной интерпретацией ситуаций в состоянии аффекта, связанной с выживанием, трансцендентная тождественность – это проявление творческой, детерминировано обусловленной интерпретации реальности. Это один из основополагающих факторов в человеческом сознании, который и не был учтен бихевиоризмом.
Самое главное предназначение творческого сознания – гармонизировать постоянный выбор первичного сознания. Мы не зря назвали его примитивным. Оно, как малое дитя, все в этой жизни пытается постичь, как мы уже не раз говорили, при помощи двух простейших категорий – «приятно» и «неприятно», произрастающих из своих архаичных первоисточников: «получить пищу» и «не стать ею». Но выбирая один из полюсов в отношении к информации о предмете или явлении, подсознание забирает эту информацию, тем не менее, полностью. К тому же, разделив ее и тем самым заставив полюса взаимодействовать, оно рождает в нас информационно-энергетические образования и вынуждает поддерживать в них жизнь: часто во всем онтогенетическом цикле. И если надсознание не выполняет свои конституциональные обязанности – не интегрирует полярности, а пролонгирует их, эти образования, являясь паразитами, забирают из общей системы на себя часть энергии. Можете представить себе ее потери при множестве таких объектов в психике.
Все ничего, если приходящая информация по силе высвобожденной ею через нейрогуморальную регуляцию энергии близка к минимуму: она, как правило, нейтрализуется надсознанием и просто «исчезает» в недрах соответствующего бессознательного. А если это мощный энергетический всплеск? Если это информация о смертельной опасности или огромном физическом удовольствии? Как будет в последующем реагировать психика, исходя из того что подсознание, анализируя факт, не оперирует понятием времени? Для него нет прошлого и будущего. Только настоящее. Только «здесь и сейчас» при малейшем намеке на рестимулирующую деталь, аналогичную одной из тех, которые вошли через тождественное восприятие в психофизиологический конструкт. Тогда человеку, обретшему, говоря оккультным языком, информационно-энергетическую сущность, не позавидуешь. Это образование будет терроризировать его на протяжении всего отпущенного ему в онтогенезе времени, постоянно «высасывая» необходимую для нормальной жизнедеятельности энергию.
Как мы выяснили, третий уровень сознания, обозначенный уже как-то филогенезом, чтобы о нем можно было говорить, дает человеку возможность высшего синтеза – озарения – в атманическом теле. Это явление, вспомним еще раз, отлично от инсайта, т.е. «вспышки» интуиции, присущей и бицентричным организмам, как результат работы каузального тела – тела интуиции, и не относится к творчеству в эстетическом его понимании. Третий центр сознания в психике биологического организма становится недостающей координатой, которая и дает возможность этому организму творчески подойти к собственному существованию. Через познание таких категорий как субъект и объект, он дает возможность сделать себя объективированным субъектом со всеми вытекающими из этого последствиями.
Если принципиально подойти к работе психики от «нижних» уровней к «верхним», то аналитические тела несут основную нагрузку по взаимодействию системы «человек» с внешним миром. Если же рассматривать данную деятельность в обратном направлении – от «верха» к «низу», то это, в большей степени, работа с бессознательными – как банками памяти. На этом функции данных образований, конечно же, не исчерпываются, но этой информации для представления последних пока достаточно.
СИНТЕТИЧЕСКИЙ УМ
Прежде чем начать эту статью, хочу оговориться, что синтетический ум в нашей интерпретации и бессознательное, как мы уже выяснили, принципиально одно и то же. Синтетическим умом мы называем все аспекты бессознательного. Мы делим его на различные уровни, чем и вычленяем их из названного целого. Бессознательное – термин, часто используемый в работах исследователей психики в недифференцированном виде. Я замечал даже смешение понятий бессознательного и подсознания у некоторых авторов: иногда они подменяли друг друга. Мы продолжим жизнь термина «бессознательное» в нашем АСЕ для обозначения синтетических центров, что не противоречит основной идее. Коллективное бессознательное Юнга, в частности, мы опишем и дифференцируем с точки зрения нашей структуризации человеческого целого.
В статье «Enantiodromia» приводилось высказывание Юнга о явлении, которое открыл Гераклит. Суть энантиодромии хорошо показывает само по себе явление аналитико-синтетического единства. Пример Юнга только увеличивает видимость для нас этих божественных хитросплетений – взаимопроникновений и взаимозамещений, предоставляя возможность более детального исследования аналитических и синтетических составляющих любого целого или того, что мы считаем целым.
Бессознательное, как мы заявили, представляет собой четыре отдела в трех различных частях целого «человек» – физическом теле, личности и сущности. Дадим им основные названия, а также дополнительные – в знак уважения к предшественникам. Бессознательное физического тела назовем доличным или безличным («бессознательное Cеченова»); астрального – личным бессознательным («бессознательное Адлера»); каузального – индивидуальным, а названием бессознательного атманического тела сделаем термин Юнга – коллективное бессознательное («бессознательное Юнга»). Здесь, пожалуй, нужно оговориться: коллективное бессознательное в нашей концепции – это хранилище реинкарнационного «опыта» сущности, накопленного в различных проявленных состояниях (как в дочеловеческих, так и в человеческих). Этот опыт «сконцентрирован» в атманическом теле и дает архетипическое представление о видимой реальности через собственные психические конструкты, которые неизбежно через трансцендентное единство Вселенной сверяются с универсальными конструктами. Имеется в виду, что человечество лишь через физические тела имеет такое конкретное разделение. Но каждое более высокое «по вертикали» информационно-энергетическое образование, благодаря изменению количественных показателей сознания и материи в них, имеет все большее и большее проникновение в своем диапазоне спектра в тонкие тела других людей. На самом высшем плане бытия Вселенной того разделения, которое мы наблюдаем в видимом нами мире, не существует. Атманические тела, оставаясь дискретными образованиями в АСЕ отдельных человеческих существ, одновременно, благодаря высокой степени «текучести» материи в них, являются составной частью коллективного бессознательного. У Юнга же коллективное бессознательное – это символизированный общечеловеческий опыт, лежащий на фундаменте единообразия строения мозга и наблюдения за непререкаемыми феноменами видимого нами мира, что и приводит к автохтонности построения архетипических моделей в психике разных народов.
Что касается этимологии терминов, называющих синтетические тела, в свете нашей концепции, то они понятны, кроме одного, определяющего каузальный центр. Дело в том, что такое понятие существует в философии и психологии – индивидуальность. Оно очень близко подходит по внутреннему содержанию к нашему понятию сущность, но «индивидуальное бессознательное» звучит, на мой взгляд, удобоваримее, чем «сущностное».
Что, в общем-то, могут представлять собой бессознательные уровни? По тем многочисленным наблюдениям человечества, которые я всего лишь рискнул структурировать, одна из функций бессознательных тел представлена памятью. Принцип работы банков памяти – структуризация информации, которая распределена по синтетическим отделам в зависимости от ее принадлежности к определенной частоте спектра вибраций, т.е. от ее отношения к структурным планам Вселенной. А в самих телах информация распределена согласно тем же правилам уже в их собственных спектрах. Отсюда можно прийти к мысли, что здесь работает тот же самый механизм, что и при аналитической работе, только «с точностью до наоборот»: структуризация – объединение, укрупнение – все большая и большая символизация (то, что в верхнем отделе психики становится архетипами).
В коллективном бессознательном (атманическом теле) сосредотачивается информация, присущая каждой человеческой особи. И связана она наряду с общностью на высоком плане сознания-материи, еще метемпсихозом. Т.е. архивированная до символов или принципов память реинкарнаций как раз и есть архитектор психических конструктов, названных Юнгом архетипами.
В индивидуальном бессознательном (каузальное тело) находится информация, которая обуславливает связь предыдущей особи в реинкарнационном процессе с последующей для передачи характерных черт, присущих последующей, как факт жизнедеятельности предыдущей. А также символизированные знания, накопленные в онтогенезе с помощью рационального сознания, которые в последующем проявленном состоянии станут основополагающими предрасположенностями (талантами и возможностями), наряду с внешними условиями, развивающими личность. Результатом работы этих двух банков памяти становится выбор родительской пары («заказ» нового физического тела – генетического соответствия архетипической модели сущности).
Личное бессознательное (астральное тело) – это банк памяти примитивного (первичного) сознания и информации низкого информационно-энергетического уровня, «сброшенного» ментальным телом. Хранит оно, с одной стороны, чувственную информацию первичного сознания, связанную с обслуживанием физического тела. С другой – восприятия ментального тела, в основе которых лежат сильные чувственные привязки: то ли это приятные воспоминания, то ли болезненные. Например, информация, связанная с позором или с плотскими отношениями с противоположным полом. Или, например, с искусственными привязками в мнемотехнике, где информативность специально переплетается с чувственным сопровождением. Конечно, вся предыдущая структуризация – лишь принципиальное деление. На самом деле этот процесс сложный, и может иметь подкрепления на других уровнях психики.
И, наконец, доличное бессознательное – банк памяти физического тела. Это клеточная память, которая становится памятью рефлекторной – любой, относящейся непосредственно к физическому телу. Можно назвать ее моторной памятью, потому что, если ее рестимулировать, она может включить (при отсутствии процесса торможения ЦНС) моторику, соответствующую моменту раздражения сенсорных поверхностей или филогенетически обусловленную. Например, у человека может возникать позыв к чиханию в тот момент, когда он слышит какое-то слово или фразу, потому что чихание тождественно этой вербальной информации в неком стойком психосоматическом конструкте, возникшем когда-то в прошлом в полусознательном или бессознательном состоянии. Об этом мы уже упоминали, когда рассуждали на тему работы реактивного ума. Основой сохранения подобной информации, скорее всего, будет внутриклеточный коллоидный раствор, структурированная клеточная жидкость (жидкий кристалл). А информационная связь осуществляется протопатическим типом эфферентных и афферентных нервных волокон. Эта память, впечатанная в решетку жидких кристаллов, скорее всего, основа создания импринтных штампов, как с положительной эмоциональной подоплекой, так и с отрицательной, являющихся инструментом инстинкта самосохранения. Эта память, при отсутствии достаточной дифференциации поступающей информации в эфирном теле, не имеет фактически срока давности. Она, как мы упоминали, всегда здесь и сейчас, как только возникает рестимуляция.
Таким образом, в какой-то степени мы можем представить содержимое банков памяти по работе сознаний – источников заполнения этих банков. Что касается доличного бессознательного, то, я полагаю, что структурно эта область знаний в какой-то степени изучена на данном эволюционном этапе развития человечества в большей степени физиологией, чем психологией. Поэтому выдвигаемые общие, принципиальные предположения – это тот минимум, который позволителен с нашей стороны для дальнейшего развития описываемых наблюдений. Очень надеюсь, что данные рассуждения «зацепят» кого-то из физиологов близких к психологии или наоборот. Хочу лишь предостеречь, что без серьезного изучения эфирного тела – наработок восточного крыла нашей глобальной цивилизации – за эту тему браться не стоит, ибо в данном случае соискателям истины уготована неблагодарная работа – продолжать толочь воду в ступе.
Заканчивая статью, хотелось бы еще раз коснуться темы высшего уровня бессознательного. Этот центр, как мы уже говорили, еще называют телом миссии. В нем вся информация о нас – о наших онтогенетических циклах, начиная от «голой» монады – от дочеловеческих уровней сознания до сегодняшнего дня, что и формирует предназначение, вытекающее из детерминированного процесса реинкарнационной трансформации. Проще говоря, то, что чаще повторялось в онтогенезах, это и есть мы с вами. Оно довлеет над нами «массой» архетипов, являющихся ничем иным как дискретными блоками архивированной информации, уплотненной до невообразимых с нашей точки зрения величин. Это связано с непредставимым для нынешнего человеческого сознания частотным диапазоном этого образования и скоростью протекания в нем процессов, что и сказывается «сверху» на, казалось бы, свободном выборе. Сам первооткрыватель коллективного бессознательного так характеризует его: «Мы, пожалуй, окажемся ближе всего к истине, если представим себе, что наша сознательная и личная психика покоится на широком фундаменте унаследованной и всеобщей духовности диспозиции, которая как таковая бессознательна, и что наша личная психика относится к коллективной психике примерно так, как индивидуум к обществу.
Но таким же образом, как индивидуум является не только уникальным и обособленным, а еще и социальным существом, так и психика человека есть не только отдельный и вполне индивидуальный, но и коллективный феномен. И таким же образом, как определенные социальные функции и потребности находятся в противоречии с интересами отдельных индивидуумов, так и у человеческого духа есть определенные функции или тенденции, которые в силу своей коллективной природы находятся в противоречии с индивидуальными потребностями. Этот факт обусловлен тем, что каждому человеку от рождения дан высокоразвитый мозг, обеспечивающий ему возможность богатой духовной деятельности, возможность, которую он ни приобрел, ни развил онтогенетически. В той мере, в какой мозг у отдельных людей получил сходное развитие, в той же мере духовная функция, возможная благодаря этому сходству, является коллективной и универсальной. Этим обстоятельством объясняется, например, тот факт, что бессознательное самых далеких друг от друга народов и рас характеризуется весьма примечательным соответствием, которое, помимо всего прочего, указывает на уже неоднократно отмеченный факт необычайного соответствия автохтонных мифологических форм и мотивов. Из универсального сходства мозга следует универсальная возможность для однотипной духовной функции. Эта функция и есть коллективная психика».
Если внимательно посмотреть на точку зрения Юнга об «универсальной возможности для однотипной духовной функции», то сразу же бросается в глаза ее некая однобокость. Конечно, достаточно трудно было понять, что именно «однотипная духовная функция» в рамках планетарной действительности могла привести к «универсальному сходству мозга» на тот момент развития научной мысли, только что «забавлявшейся» бихевиоризмом и либидо. Плюс однонаправленное, поступательное осознание принципа энантиодромии, что также долгое время скрывало ее суть. Вот поэтому, скорее всего, целую вечность «принцип челнока», ткущий материю Вселенной, оставался незамечаемым, сталкивая лоб в лоб сторонников материалистического мировоззрения и их оппонентов. Что касается нашего человеческого мозга, то это всего лишь форма для локализации психической деятельности в физическом теле, созданная при ее посредстве. Это, так сказать, инструмент, соответствующий данной работе – своего рода адаптер, с помощью эфирного тела принимающий сигналы, поступающие из других тонких тел для осуществления действия или бездействия посредством тесной информационно-энергетической связи между центрами. Через эфирное тело в физическое информация поступает как последовательно, так и параллельно. С последовательной связью мы познакомились в предыдущих статьях, параллельной же лишь коснемся. Она осуществляется посредством преобразователей частоты вибраций, называемых в восточной традиции чакрами, и воздействует на физическое тело через центральные и периферийные энергетические каналы (чудесные меридианы) эфирного тела. И еще, что касается «универсальной функции». Говорить надо не о головном мозге, как таковом, а о нервной системе человека вообще, в которую, кроме него, входят спинной мозг и продолговатый, мозжечок, мост, гипоталамус и таламус, а также периферическая нервная система с ее узлами (ганглиями) и нервными волокнами различных типов. Все это дискретно оформленное множество, прошедшее путь «доразвития», путь перерождения – адаптации к трицентричному способу существования, выполняет филогенетически отточенные функции взаимодействия с информационно-энергетическим полем Вселенной, являясь в физическом теле всего лишь локализациями, соответствующими этим функциям. Физическое человеческое тело с человеческим же мозгом есть не что иное, как следствие причины, которой является монада с эволюционирующей бессмертной частью души.
АНАЛИТИКО-СИНТЕТИЧЕСКИЕ ПАРЫ
Завершая данную часть, сделаем эту статью в какой-то степени резюмирующей. Итак, одна из функций, выполняемых бессознательными – банками памяти – накапливание и структуризация знаний, полученных в процессе взаимодействия со средой обитания. Не зря ведь слово «сознание», если рассматривать его семантику, говорит о чем-то, сопутствующем знанию, находящемуся с ним. Т.е. банки памяти – это вместилища разного уровня знаний. И слово «бессознательное» может в данном случае обозначать только то, что знания в этих отделах находятся как бы без того, что мы называем сознанием – без своего аналитического компонента в составе аналитико-синтетической пары.
Попробуем рассмотреть их взаимодействие. Первичное сознание – залог вегетативной жизни физического тела: оно покидает его только при развоплощении – смерти. Когда наша полевая форма временно оставляет физическое тело, и мы, говоря языком бытовым, находимся в бессознательном состоянии или же состоянии сна, наше тело все же имеет сознание, но в его почти реликтовом виде, в его филогенетически почти изначальном состоянии. Благодаря этому сознанию физическое тело продолжает примитивно функционировать. Есть в связи с этим интересный и очень значимый для психики факт. Исходя из того, что до ментального уровня сознания существует уровень первичный, курирующий физиологические процессы, «знания» физического тела недоступны осмыслению в обычном состоянии психики. Наш интеллект лишен возможности непосредственно инспектировать память физического тела, многократно «прокручивать» полученную информацию для того, чтобы та, структурируясь до принципов, теряла детали – изменялась до неузнаваемости, обрастая всевозможными вымышленными фактами и лишаясь через постоянную реструктуризацию энергетической подпитки. «Добраться» до информации, находящейся в физическом теле, в обычном состоянии сознания не представляется возможным. В данном случае нам доступны лишь вторичные признаки: болевые ощущения, ощущения ожидания наслаждения или болезненные эмоции обоих полюсов в случае дублирующего подкрепления памяти физического тела в астральном. В последнем случае имеется в виду смешение полюсов боли и удовольствия за счет тождественного принципа работы первичного сознания. Такое смешение рождает психические отклонения в виде, например, садомазохистских наклонностей.
Любое из дискретно выделенных нами бессознательных – это синтетическая составляющая аналитико-синтетических пар (АСП), тогда как сознание – это то, что работает с этой составляющей. АСП есть восходящие и нисходящие: те, что принимают сигналы от внешней среды и нижних банков памяти (восходящие), и те, что работают с более высокими уровнями бессознательных (нисходящие). Например: восходящая – ментально-каузальная, а нисходящая – ментально-астральная. В первом случае ментальное тело «отдает на хранение» плоды интеллектуальной работы в банк памяти каузального тела, а во втором – «запятнавшие себя чувственной подоплекой» психические конструкты сбрасываются в хранилище астрального тела. Здесь нужно напомнить, что мы выделяем эти пары только лишь для лучшего понимания промежуточных этапов работы психики, и что на самом деле в потоке сознания конкретно этого выделить невозможно. Наши тонкие тела с физическим – вселенная человека, где, как бы ни казалось странным, существуют свои гиперпространства, а значит и сверхскорости, обслуживающие их. И говорить о статике в динамически развивающейся системе можно лишь только, чтобы обозначить принцип действия. И не более того. Поток сознания, постоянно обновляясь, чутко реагирует на внешнюю и внутреннюю среду – пульсирует, как и любая другая система, принуждая организм к постоянному выбору. Высший и низший аспекты сознания (будхиальное и эфирное тела), попеременно доминируя в этом потоке, корректируют процесс мышления, осуществляемый в среднем отделе – ментальном теле. От этого зависит, какое мышление в данный момент преобладает: спонтанное или медитативное, или спонтанно-медитативное в случаях, когда цель становится еще и мотивом. Очень ярко представлен процесс попеременного доминирования в моменты морального выбора, когда центральный уровень сознания становится полем борьбы высшего и низшего, божественного и животного аспектов в нас. Спонтанное мышление с подачи первичного сознания провоцирует в ментальном теле астральное. Мы уже об этом говорили. Медитативное же мышление опосредовано каузальным телом. Источником для такой работы последнего является тело чувств сущности (будхиальное).
Еще раз попробуем уточнить. То, что мы назвали «бессознательным», есть синтетическая составляющая аналитико-синтетической пары, в которой накапливается, структурно перестраивается и динамически трансформируется информация. Она есть знания, соответствующие определенным уровням структуризации поля в самом этом бессознательном. «Текучесть» трансформационных процессов зависит от структурного положения бессознательного уровня в рамках целого психики. Если взять, например, астральное тело, то это чувственная информация, фигурально выражаясь. А в каузальном – энергетическом теле сущности, которое мы еще называем телом воли, информация, связанная с осознанно создаваемым поведением, с социально и научно значимыми знаниями. В физическом – боль и наслаждение (приятно-неприятно). Если провести для образности аналогию между уровнями психики и уровнями физических качеств воды на фоне различных температурных режимов, где она может быть твердой, жидкой и газообразной, то это, грубо говоря, наши – физическое тело, личность и сущность. Нечто подобное существует и в нас. Соотношение в дискретно оформленных континуумах «сознание-материя» на разных участках всего спектра психики разное. Исходя из этого, различны и их физические характеристики. Каждый отдел бессознательного нашего континуума представляет собой определенного рода матрицу с заключенными в нее знаниями и выполняет, благодаря этому, определенную функцию в работе человеческого образования. Текучесть энергии, ее трансформация (трансмутация) при переходах из одного тонкого тела в другое – это, прежде всего, скорости происходящих процессов, с одной стороны, и довольно сложная структура внутренних параллельных и последовательных связей, осуществляющих движение постоянно сменяющих друг друга сигналов, а вернее их комплексов – конструктов или блоков, с другой.
Возвращаясь к работе аналитических отделов психики, можно сделать уточнение – каким образом первый и третий уровни оказывают воздействие на весь организм. Направленные вовне они создают как бы декорации, на фоне которых работает средний уровень – тот, на который мы возложили в основном функцию интеллекта, «рисующего» нам, исходя из этих декораций и системы убеждений, карты реальности. Первичное сознание, обслуживая физическое тело и работая с его нейрогуморальной системой, куда входят спинной мозг, периферическая нервная система, ретикулярная формация частично и, конечно же, железы внутренней и внешней секреции, создает эмоциональный фон, проявляющийся в смутных неосознанных до конца переживаниях, влечениях, симпатиях и антипатиях, благодаря неполной дифференциации информации. Будхиальное, творческое сознание у среднестатистического представителя цивилизации создает трансцендентный фон, заключающийся в смутных целях и идеях, каких-то неосознанных до конца ожиданиях перемен, в неуловимости нашей миссии на Земле. Так справляются со своей работой нижний и верхний центры аналитической троицы – этого «нераздельного» и «неслиянного» единства. Они, будучи аналитическими отделами человеческого целого, все же находятся в «слабой» позиции, если сравнивать их с ментальным (срединным) уровнем сознания, который и осуществляет то мышление, которое мы и привыкли считать мышлением. Но, не имея предварительно подготовленной – особенно снизу – информации, ментальный уровень функционировать не может. Он – всего лишь внутренний наблюдатель. Каждый отдел психики находится на своем месте: слишком долго Вселенная на планетарном уровне готовила приход такого сознания, которое смогло бы осознавать Ее (проявленного Бога) и себя самое.
В конце статьи остается назвать аналитико-синтетические пары, эти минимальные структурные единицы в самой первой градации психики человеческого целого. В восходящем потоке: эфирно-астральная, ментально-каузальная, будхиально-атманическая. В нисходящем: будхиально-каузальная, ментально-астральная, эфирно-физическая. Конечно же, все это – системы, искусственно вычлененные для лучшего понимания психических процессов. С таким же успехом можно рассматривать и синтетико-аналитические пары. Суть здесь одна – постичь принципиально уровни обработки информации относительно трех отделов сознания, дискретно закрепленных филогенезом в процессе эволюции в живом существе.