просто не решаются близко подходить к нему!
«Да, дорогой мой! На подобный вопрос величайшей важности следует смотреть иначе! Необходимо подвергать явления глубочайшему анализу, и лишь после того, как все проверено точнейшим образом, осторожно заменять первоначальное мнение более правильным.
«Однако до полнейшей веры и признания еще далеко! Не может быть пока об этом и речи. Предварительно следует убедиться в том, что все обстоятельства и знамения до такой степени неопровержимы, что не остается места для сомнений!
«Говорю это в назидание тебе, ибо, несмотря на обширные твои познания, обладаешь ты одним серьезным недостатком, а именно: легковерием.»
Сказал Варнава: Ты ошибаешься! Будь я легковерен, не дошел бы я до глубоких и многосторонних познаний, ибо основательное знание не достигается легковерием!
«Я умею разбираться в явлениях и отличаю Альфу от Омеги, но тут весь мой ум сошел на нет, и весь мой опыт канул в Иордан!
«Мне известны чародейства персов, известны и другие, но при помощи любого из них невозможно создать из ничего два неповрежденных ослиных уха!
«Что же до чтения мыслей, то и оно мне известно, но все, что я видел и слышал от древних оракулов в Додоне и Дельфах, не идет ни в какое сравнение с тем, что мы наблюдаем здесь! Оракулы ничуть не похожи на чтение мыслей этим Мальчиком! Ведь мне и Иораму Он повторил слово в слово все сказанное нами ночью!
«Поэтому я остаюсь непоколебим в моем мнении и заявляю, что в этом Мальчике таится больше, чем все мы вместе в силах постичь.
«Я не буду утверждать, что в силу своих замечательных и исключительных свойств Он бесспорно и есть обетованный Мессия, однако Он может им быть с гораздо большим правдоподобием, чем кто-либо из нас, присутствующих здесь.
«Теперь же, милый мой земляк, пока не наступил вечер, объясни нам, как Ты и обещал, значение слова «Иерусалим» и подробности относительно Мельхиседека.»
Я сказал:» Быть по-твоему, ибо сказал ты верно обо Мне. Но сначала возьми в каждую руку по уху. Держи их за самый кончик в воздухе, а мы посмотрим, смогут ли персидские чародеи сотворить то же самое.»
Варнава сделал, как Я велел, и тогда Я произнес: «Да будет к ушам этим живое и здоровое тело осла!»
И в то же самое мгновение оказался среди нас настоящий живой ослик, и ужаснулись все чудодейственной Силе Моей, и бросились было бежать, но судья и Симон остановили их: «Время еще не истекло, а Мальчик-Чудотворец обещал объяснить нам еще два слова!»
И снова заседателям пришлось занять свои места, и тупо смотрели они на новосозданное животное, не решаясь обсуждать, как такое возможно, или даже раскрыть рот.
Тогда Я сказал: «Дабы умалился страх ваш перед этим неестественно появившемся животном, а также дабы показать вам, какова сила, присущая Мне, — да исчезнет оно по Моей Воле так же, как и появилось перед вами.»
И животное исчезло бесследно, не оставив после себя и шерстинки. Этому они еще больше удивились и были немы, ибо не знали, что сказать.
Только чистосердечный римлянин воскликнул тогда: «Дорогой мой Мальчик! Не иначе, как Зевс или другое высшее божество живет в Тебе! Но если Тебе возможно бесследно уничтожить целиком животное, то при желании Ты сможешь уничтожить и любое человеческое существо?»
Я сказал: «Да! И не только одно существо, но и всю землю! Но Дух Мой, Которого еще никто не познал, есть всесохраняющий, а не Всеуничтожающий.
«А чтобы ты убедился, что не говорю Я праздных и хвастливых слов, но исполняю все, что говорю, — принесите Мне камень, безразлично, какой величины и тяжести, и положите его на тот стол.»
Принесли камень большой твердости, весом фунтов в сто, и с “рудом взвалили его на стол. И Я рек над ним: «Растворись и обратись в эфир — первичный твой элемент!»
И камня не стало; не осталось от него и единой песчинки.
Тогда сказал римлянин: «Друзья! Ведь это возможно лишь Божеству и совсем неподвластно человеку, будь он одарен какими угодно