Чуткость и терпение Павла по отношению к коринфянам вовсе не означали, что он не желал их наказывать в случае непослушания. Стремление к чистоте церкви породило в нем готовность при необходимости огорчать их. И если бы дело дошло до этого, единственное, что могло бы его обрадовать, – это покаяние тех, кто огорчен им. Именно его беспокойство о чистоте коринфской церкви побуждало апостола писать те послания, которые он им и писал. Павел, конечно, надеялся, что они покаются, дабы придя в Коринф, не иметь огорчения от тех, о которых ему надлежало радоваться. Однако в отличие от многих нынешних евангельских церквей Павел не ставил единство церкви выше истины и святости. Он был готов бороться с нераскаянным грехом даже ценой собственной радости.
Павел надеялся, что вопросы, касающиеся греха, которые он поднимал в своих посланиях, будут улажены еще до того, как он снова придет в Коринф, он был уверен, что так оно и будет. Тогда его радость будет радость и для всех них; взаимной радости не могло быть, пока коринфяне продолжали грешить. Когда Павел говорил о том, что уверен в коринфянах, он стремился увещевать большинство верующих этой церкви, которые продолжали считать его своим духовным наставником. И факт, что его уверенность не поколебалась, стал очевиден, когда Тит вернулся из Коринфа с вестью о том, что большинство верующих там покаялось (2 Кор. 7:6-16).
Чуткость и желание избежать ненужных неприятностей всегда должны быть уравновешены стремлением к чистоте церкви. (Более подробный разговор на эту тему пойдет в главах 33–36 этой книги, посвященных отрывку 2 Кор. 12:19–13:3.)
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.