Всегда стремящийся не создавать ненужных конфликтов, Павел тут же добавил: Не потому, будто мы берем власть над верою вашею; но мы споспешествуем радости вашей. Павел никогда не злоупотреблял своим апостольским авторитетом ради завоевания престижа или власти, или достижения других корыстных целей. Его цель, даже когда он наказывал непослушных христиан, состояла в той радости, которую принесет им святость.
Павел был уверен в том, что в своей вере (своем спасении) коринфяне останутся тверды (см. Рим. 5:2; 1 Кор. 15:1; Гал. 5:1; Флп. 1:27). Он не претендовал ни на какую власть над верою коринфян, потому что это личное дело между ними и Богом. Спасающая вера всегда остается личным делом в отношениях между верующим человеком и Господом. И никто, кроме Господа, не властен над этими отношениями. Спасение – дело личное, поэтому не вписывается ни в какие иерархические рамки церковной организации. Павел рассудил не только ради них, но и сам в себе не приходить к Коринфянам опять с огорчением. Апостол намекал здесь на довольно болезненный визит в Коринф, который имел место ранее. Узнав о прибытии лжепророков, Павел оставил Ефес и поспешил в Коринф, чтобы на месте разобраться в ситуации. Визит этот оказался неудачным; более того, кто-то (вероятно, из лжеапостолов) открыто оскорбил Павла (см. 2 Кор. 2:5–8,10; 7:12), а коринфяне в защиту апостола не выступили. Именно это посещение Коринфа и послужило Павлу поводом для написания «строгого послания», о котором он упоминает в стихе 2:4. Дав коринфянам время для покаяния, Павел надеялся избежать еще одной болезненной встречи с ними. Таким образом, изменение планов было продиктовано не легкомыслием или ненадежностью апостола, как утверждали лжеучителя, а его чуткостью по отношению к любимой церкви.
ЧИСТОТА
Ибо, если я огорчаю вас, то кто обрадует меня, как не тот, кто огорчен мною? Это самое и писал я вам, дабы придя не иметь огорчения от тех, о которых мне надлежало радоваться; ибо я во всех вас уверен, что моя радость есть радость и для всех вас (2:2–3)