Жизнь Павла оказалась выше всяких обвинений. И заявления лжеапостолов оказались не чем иным, как обыкновенной ложью, и свидетельством тому была совесть Павла.
На месте слова, которое переведено здесь как простота, в греческом тексте стоит слово hagiotēs; в греческом языке это слово относится к нравственной чистоте или чистым мотивам. Автор послания к евреям использовал слово hagiotēs в стихе Евр. 12:10, когда говорил о Божьей святости. Простота же Павла, как это сказано здесь, ярко контрастирует с безнравственностью и нечистоплотностью тех, кто пытался его оклеветать.
На месте слова, которое переведено как искренность, в греческом тексте стоит слово eilikrineia, которое состоит из двух слов – eilē (солнечный свет) и krinō (судить). Это слово обозначает что-то выносимое для проверки на солнечный свет. Во времена Павла недобросовестные гончары, прежде чем продавать свою посуду, заполняли трещины в них воском. Внимательные покупатели рассматривали товар на солнце, на свету которого все трещины, заполненные воском, становились сразу видны.
Искренность Павла происходила от простоты и чистоты его жизни. Он называл ее богоугодной, потому что Бог был и целью, и источником этой жизни. В 1 Кор. 15:10 Павел признавал, что источником его духовной жизни была Божья благодать: «Но благодатию Божиею есмь то, что́ есмь; и благодать Его во мне не была тщетна, но я более всех их потрудился; не я впрочем, а благодать Божия, которая со мною». Колоссянам он писал: «Для чего я и тружусь и подвизаюсь силою Его, действующею во мне могущественно» (Кол. 1:29; см. Еф. 1:19; Флп. 1:6; 2:12–13). Павел был искренним человеком, честным; никаких скелетов у него в шкафу не было.