Благая Весть по Марку
Написано как в Исайе пророке: «Вот прежде лика Твоего посылаю вестника Моего, который подготовит Твой путь. Глас – зовущего в пустыне проложить путь Господу, прямыми сделать стези Его» – стал быть Иоанн, омывая в пустыне и возглашая об омовении раскаяния для прощения бестолковости, и выходила к нему вся Иудеи страна, и иерусалимляне все, и омывались им в Иордане реке, исповедуя бестолковость свою, а одет был Иоанн в шерсть верблюжью и ремень кожаный на поясе своем, и ел саранчу и мед дикий, и возглашал: «За мной идет Кто – сильнее меня, Ему я не достоин, преклонившись, развязать шнурок обуви Его. Я омыл вас водой, Он омоет вас Духом Святым».
И стало в те дни – из Назарета в Галилее пришел Иисус, и был омыт Иоанном в Иордане, и когда выходил из воды, он увидел расходящиеся небеса и Дух как голубь, сходящий для Него, и с Небес был глас: «Ты – Мой любимый Сын, в Тебе Я подал благоволение». И тут Дух выводит Его в пустыню, и сорок дней был в пустыне, искушаясь сатаной, был со зверями, и вестники небесные служили Ему.
А после предания Иоанна Иисус пришел в Галилею, возглашая от Бога Благую весть: «Исполнился срок, и приблизилось царствование Бога – раскайтесь и верьте в Благую весть!» И идя вдоль Галилейского моря, увидел Симона и Андрея, брата Симона, ловящих в море рыбу – были они рыбаки, и сказал им Иисус: «Идите за Мной, вас сделаю ловцами людей» – и тут бросив сети, они пошли за Ним. И пройдя немного, увидел Иакова Зеведеева и Иоанна, его брата – их в лодке, готовящих сети, и позвал их – и оставив отца своего Зеведея в лодке с работниками, пошли за Ним они.
И входят в Кафарнаум, и в субботу войдя в синагогу, Он учил, и учению Его поражались, ведь уча их, Он был как власть имеющий, не как буквоеды. И тут в их синагоге оказался человек в духе нечистом и вскричал: «Почему и нам, и Тебе, Иисус Назарянин? Пришел нас погубить? Знаем тебя, кто ты – Святой Бога!» А Иисус ему запретил: «Уймись и выйди из него». И нечистый дух, сведя его судорогой, громким голосом проголосив, из него вышел; и все ужаснулись так, что друг друга вопрошали: «Что это? Учение новое? С властью приказывает нечистым духам, и послушны Ему!» И слух о Нем разошелся повсюду, по всей окрестности Галилеи.
И тут выйдя из синагоги, с Иаковом и Иоанном они пришли в дом Симона и Андрея. А теща Симона лежала в горячке, и говорят Ему о ней, и подойдя, взяв ее за руку, он поднял, и горячка оставила ее, и она им служила. И с наступлением вечера, когда солнце зашло, к Нему несли всех, кому плохо было и бесноватых, и весь город собрался к дверям – и исцелил многих, кому было плохо от разных недугов, и многих бесов изгнал, и бесам не разрешал говорить, что Его знали; а рано утром, задолго до рассвета встав, вышел и пошел на пустынное место, и там возносил молитву, а Симон и те, кто с Ним был, за Ним устремились и Его нашли, и Ему говорят: «Все Тебя ищут». И им говорит: «Пойдем в другие селения, и там Я возглашу, для этого Я вышел» – и пошел, по всей Галилее возглашая в их синагогах и изгоняя бесов.
И приходит к Нему прокаженный, Его прося и припадая к Его ногам: «Если хочешь – можешь сделать меня чистым». И разгневавшись, протянув руку, его Он коснулся и ему говорит: «Хочу, стань чистым». И тут проказа отошла от него – и стал. И им возмутясь, его Он вывел и ему говорит: «Смотри, ничего никому не скажи, а иди, себя покажи иерею и принеси повеленное Моисеем за твое очищение – им во свидетельство». Но выйдя, он стал возглашать громко и разносить слово так, что Он уже не мог открыто в город войти, но по пустынным местам вовне был, и шли к Нему отовсюду.
(II) И через несколько дней, когда снова вошел в Кафарнаум, услышано было, что Он в доме, и тут многие собрались, так что более не помещались даже у дверей, и говорил им Слово. И приходят, неся к Нему парализованного, взятого четверыми, и из-за толпы не могли к Нему подойти – и где Он был, прокопав, раскрыли кровлю; и опускают постель, на которой парализованный лежал, и Иисус, увидев веру их, парализованному говорит: «Чадо, убирается твоя бестолковость». Cидели там некие из буквоедов и размышляли в своих сердцах: «Почему Он говорит так, богохульствует? Кто может убирать бестолковость, кроме одного Бога?» Тут Иисус, уведав духом своим, что так в себе они размышляют, им говорит: «Зачем это мыслите в ваших сердцах? Что проще, сказать парализованному – „Убирается твоя бестолковость“, или сказать – „Поднимайся, забери твою постель и иди“? Так познайте, что на земле у Сына человека власть убирать бестолковость». И говорит парализованному: «Тебе говорю – поднимайся, забери твою постель и иди в дом твой». И он поднялся, и взяв постель, вышел перед всеми, так что изумиться всем осталось и прославить Бога, сказав: «Такого никогда мы не видели».
А Он снова вышел к морю, и весь народ шел к Нему, и Он их учил; и проходя, увидел Левия Алфеева, сидящего на таможне, и говорит ему: «Иди за мной» – и встав, он пошел за Ним. И случилось Ему обедать в его доме, и многие бестолковые и взыматели налогов обедали с Иисусом и Его учениками – много их было, и шли за Ним, а из фарисеев буквоеды, увидев, что ест с бестолковыми и взымателями налогов, говорили Его ученикам: «С бестолковыми и взымателями налогов ест». И услышав, Иисус им говорит: «Нет нужды сильным во враче, но которым плохо. Я пришел звать бестолковых, а не живущих в правде».
А ученики Иоанна и фарисеев постились и подходят, Ему говорят: «Чего ради ученики Иоанна и ученики фарисеев постятся, Тебе же ученики не постятся?» И сказал им Иисус: «Разве могут люди на свадьбе, когда с ними жених, поститься? Пока с ними жених, поститься не могут. Придут дни, забран будет от них жених – в тот день будут поститься. Никто на одежду ветхую не шьет заплату из лоскута нового – если не так, целость новая заберет от нее, ветхой, и разрыв хуже станет. Никто не льет вино молодое в мехи ветхие, а будет так – вино порвет мехи, и вино пропадет, и мехи. Вино молодое – для мехов новых».
И случилось Ему в субботу идти через посевы, и ученики Его шли, вытягивая колосья – а фарисеи Ему говорили: «Вот в субботу делают то, что нельзя». И говорит им: «Вы не прочитали, что сделал Давид, когда нуждался и испытал голод он, и кто с ним? Как при Авиатаре архиерее он вошел в Дом Бога и хлебы предложения съел, которые нельзя есть, только иереям, и дал и бывшим с ним?» И говорил им: «Суббота для человека стала быть, а не человек для субботы, так что Сын человека – Господь и субботы».
(III) И снова вошел в синагогу, и был там человек с сухой рукой, и за ним наблюдали, исцелит ли его в субботу, чтобы Его обвинить, а Он человеку с сухой рукой говорит: «Встань посередине». И говорит им: «В субботу разрешено делать добро или зло? Душу спасти или погубить?» – И молчали; и с гневом оглядев их, сожалея о окаменении сердец их, человеку говорит: «Протяни руку» – и протянул, и рука его стала здрава.
А фарисеи с иродианами, выйдя, тут держали о Нем совет, как они бы Его погубили, и Иисус со своими учениками удалился к морю, и многое множество из Галилеи следом шло, и из Иудеи, и из Иерусалима, и из Идумеи, и из-за Иордана, и из окрестностей Тира и Сидона – многое множество, слыша обо всем, что Он делал, к Нему пришло; и своим ученикам сказал, чтобы была приведена Ему лодка – из-за толпы, чтобы не теснили Его; многих ведь исцелил, и те, у кого были болезни, к Нему припадали, чтобы коснуться Его, а нечистые духи, когда Его узнавали, падали перед Ним и кричали: «Ты – Сын Бога», а Он строго им запрещал, чтобы они о Нем не объявляли.
И восходит на гору, и зовет тех, кого сам хотел, и к Нему отошли, и поставил двенадцать, чтобы с Ним были, и посылал их возглашать, и (дал) власть изгонять бесов, и Симона назвал «Скала», и Иакова Зеведеева и Иоанна, брата Иакова, и их назвал – «Воанерге», то есть «Громовержцы», и Андрея, Филиппа, Варфоломея, Матфея, Фому, Иакова Алфеева, Фаддея, Симона-кананита и Искариота Иуду, который и предал Его.
И приходит в дом, и снова собирается толпа людей такая, что они не могли даже хлеба поесть, а кто у Него был, услышав, вышли Его задержать и говорили: «Он в исступлении»; а буквоеды, придя из Иерусалима, говорили: «У него веельзевул, и начальником бесов изгоняет бесов». И призвав их, в притчах им говорил: «Как может сатана себя изгонять? Если царство с собой само враждует, не может то царство держаться, и если род с собой сам враждует, не может тот род держаться, и если сатана на себя поднялся и враждует – не может держаться, но ему конец. Никто не может, в дом сильного войдя, его утварь расхитить. Если прежде сильного свяжет, тогда его дом расхитит. Аминь, вам говорю – любая бестолковость и ругание, сколько ни поругают, людям простится, но кто будет ругать Святой Дух – не простится вовек, и повинен бестолковостью вечной». А они говорили: «У него нечистый дух».
И идут Его мать и Его братья, и совне встав, Его зовя, к Нему послали, а вокруг Него сидела толпа, и Ему говорят: «Твоя мать и Твои братья, и Твои сестры там Тебя спрашивают». И в ответ им говорит: «Кто Моя мать и Мои братья?» – и оглядев занявших место вокруг себя, говорит: «Вот Моя мать и Мои братья. Кто волю Бога исполнит, тот Мой брат, и сестра, и мать».
(IV) И снова стал учить у моря, и собирается к Нему множайшая толпа такая, что поднявшись на лодку, пришлось Ему сидеть на воде, а вся толпа у воды на берегу была; и учил их в притчах много, и от своего учения говорил: «Слушайте. Вот сеятель вышел сеять, и при сеянии одно упало при дороге – и налетели птицы, поели его. Другое упало на каменистое место, где не было много земли, и без глубины земли тут оно проросло, а когда солнце взошло – его припекло, и без корня оно увяло. Другое упало в репей – и поднялся репей, заглушил его, и плод оно не дало. А другое упало в землю добрую – и восходя, и возрастая, давало плод и приносило тридцать, и шестьдесят, и сто». И говорил: «У кого уши, чтобы слышать, пусть слышит».
А когда остались наедине, кто около Него с двенадцатью спрашивали Его о притчах, и говорил им: «Вам дано таинство царствования Бога, а для тех, кто вне, все в притчах бывает, чтобы „глядя, смотрели, но не видели; слушая, слышали, но не понимали – чтобы не обратились, и простилось им“». И говорит им: «Не познаете эту притчу? Как вы ни одной притчи не познаете? – Сеятель сеет слово, и кто при дороге, где сеется слово – если и слышат, тут приходит сатана и забирает слово, сеянное в них. Есть сеянное на каменистых местах – они, как слово услышат, тут с радостью его принимают, однако, укоренения в них нет, они непостоянны, и когда настанет скорбь или гонение за слово, тут сомневаются. Есть и другое, сеянное в репей – они слово слышат, однако, вечные заботы и заблуждение среди обилия благ, и пожелания прочего, приходя, слово заглушают, и остается бесплодным. А сеянное в землю добрую – они слово слышат и принимают, и плодоносят тридцать, и шестьдесят, и сто».
И говорил им: «Разве годится светильнику встать под горшок или под кровать, и не встать на подсвечник? Нет тайного, чтобы не для открылось, и скрытого, чтобы не явилось. У кого уши, чтобы слышать, пусть слышит».
И говорил им: «Смотрите, что вы слышите – какой мерой меряете, отмерено будет вам и умножено будет вам. Кто имеет, тому дано будет; кто не имеет – и что имеет, взято будет от него».
И говорил: «Царствование Бога – это как когда человек бросит в землю семя, если и спать будет, или подниматься ночью и днем – семя прорастет и растет – как, он сам не знает. Земля сама плодоносит – сперва зелень, потом колос, потом зерно спелое в колосе, а когда даст плод – тут идет в дело серп, потому что настала жатва».
И говорил: «Какому образу уподобим царствование Бога и в какой притче его представим? – Семечку горчицы, которое когда сеяно в землю, в земле – мельче любого семени, и восходит, и становится больше всех овощей, и дает ветви большие, что в его тени птицам небесным можно укрыться». И такими многими притчами говорил им Слово, сколько могли слышать, без притчи им не говорил, наедине же своим ученикам все разъяснял.
И в тот день, когда вечер настал, говорит им: «Перейдем на другой берег». И покинув людей, Его забирают в лодке как был, и другие лодки были с Ним. И настает сильное волнение от ветра, и били в лодку волны, что уже наполнялась лодка водой, а Он спал на корме, на подголовье, и Его пробуждают, и Ему говорят: «Тебя не волнует, что погибаем?» И поднявшись, ветру Он запретил и морю сказал: «Тихо, уймись». И стих ветер, и настала великая тишина, и им сказал: «Почему вы так робки? Нет еще у вас веры». И страхом великим они испугались и говорили друг другу: «Кто Он, что и ветер, и море Ему послушны?»
(V) И пришли на другой берег моря к земле герасинов, и когда вышел из лодки, тут встретил Его из гробниц человек в духе нечистом, который имел жилище в гробницах, и никто даже цепью уже не мог сковать его. Много раз цепями и оковами его сковывали – и цепи разрывал, и разбивал оковы, и никто усмирить его не мог, и каждую ночь и день был в горах и в гробницах, крича и изранивая себя камнями – а издалека увидев Иисуса, прибежал и поклонился Ему, и громким голосом закричав, сказал: «Почему и мне, и Тебе, Иисус, Сын Бога Всевышнего! Богом Тебя заклинаю, меня не замучь!» – ведь ему говорил: «Выйди, нечистый дух, из человека», и его вопрошал: «Как твое имя?» – И Ему говорит: «Имя мое – легион, потому что нас много»; и очень его просил, чтобы не выслал их из страны. Было там у горы большое стадо пасущееся свиней, и стали Его просить: «Пошли нас в свиней, в них мы войдем». И им разрешил, и выйдя, нечистые духи пошли в свиней, и с кручи стадо помчалось в море, около двух тысяч, и в море тонули, а пасущие их убежали и возвестили в город и на поля, и пришли они смотреть, что же случилось – и приходят к Иисусу, и бесноватого, имевшего легион, узнают в здравом уме, одетым сидящего, и испугались, а видевшие им поведали, как это с бесноватым произошло, и о свиньях – и стали они Его просить из их пределов уйти. И когда входил на лодку, бесноватый просил о том, чтобы ему с Ним быть, и ему не разрешил, но ему говорит: «Иди домой к своим, возвести им, что тебе сотворил Господь, сжалился над тобой» – и пошел, и в Десятиградии стал возглашать, что ему сотворил Иисус, и все удивлялись.
А когда Иисус снова переправился в лодке на другой берег и был у моря, собралась к Нему большая толпа, и приходит один из начальников синагоги по имени Яир, и увидев Его, падает к Его ногам и очень Его просит: «Дочь моя при смерти! Придя, возложил бы Ты на нее руки, чтобы выздоровела и жива была!» И пошел с ним, и пошла за Ним большая толпа, и Его теснили, и женщина, двенадцать лет бывшая с кровотечением и сильно страдавшая от многих врачей, и издержавшая все, что у нее было, не получив никакой пользы, но более пришедшая к худшему – она, услышав об Иисусе и войдя в толпу, сзади коснулась Его одежды – а говорила: «Если одежды Его коснусь, стану здрава». И тут источник крови ее иссяк, и в теле познала, что от болезни исцелилась, а Иисус, в себе познав, что от Него вышла сила, в толпе обернувшись, сказал: «Кто Моей одежды коснулся?» И ученики Ему говорили: «Видишь толпу, теснящую Тебя, а говоришь – „Кто Меня коснулся“?» А Он смотрел вокруг, чтобы сделавшего это увидеть, и женщина, испугавшись и трепеща, зная, что ей стало, подошла и перед Ним упала на землю, и сказала Ему всю правду. И ей сказал: «Дочь, твоя вера тебя исцелила. С миром иди и от болезни твоей будь здрава». И когда еще говорил, приходят от начальника синагоги, говоря: «Дочь твоя умерла. Зачем теперь отрываешь учителя?» А Иисус, слово говоримое не послушав, говорит начальнику синагоги: «Не бойся, только верь». И с собой не позволил идти никому, кроме Петра, Иакова и Иоанна, брата Иакова – и приходят в дом начальника синагоги, и видит смятение и плачущих, и восклицающих громко – и войдя, им говорит: «Что вы мечетесь и плачете? Дитя не умерло, но спит» – и над Ним смеялись. А Он, выведя всех, берет отца дитя и мать, и тех, кто с Ним был, и проходит туда, где дитя было, и взяв дитя за руку, ей говорит: «Талита кум» – что переводится, «девочка, тебе говорю, вставай». И тут девочка встала и ходила, была же она лет двенадцати. И изумились они изумлением великим, а Он строго им наказал, чтобы никто о том не узнал, и сказал дать ей есть.
(VI) И оттуда ушел, и приходит в свои родные места, и следуют за Ним Его ученики, и когда настала суббота, начал учить в синагоге – и слушая, все множество поражалось: «Откуда Ему это, и что это за мудрость, Ему данная, и такие Его силы, через руки Его бывающие? Он разве не плотник – сын Марии и брат Иакова, Иосии, Иуды и Симона; и сестры Его разве не с нами?» И в Нем сомневались, а Иисус им говорил: «Нет пророка не в чести – только в отечестве его и у сродников его, и в доме его»; и не мог совершить там ни одного чуда, только на немногих больных возложив руки, их исцелил и неверию удивлялся, и селения вокруг обходил, уча.
И призывает двенадцать, и начал посылать их по двое, и дал им власть на нечистых духов, и им наказал, чтобы не брали в путь ничего, кроме посоха – ни хлеба, ни сумы, ни в поясе меди, и обувшись в сандалии, двух одежд не надевали; и говорил им: «Где войдете в дом, там оставайтесь, пока не выйдете из того места; а там, где вас не примут и вас не услышат, оттуда выходя, с ваших ног отряхните пыль – о них во свидетельство». И отойдя, они возгласили о раскаянии и многих бесов изгнали, и маслом мазали многих больных и исцеляли.
И царь Ирод (Антипа) услышал – известно ведь стало – имя Его; и говорили: «Иоанн Креститель поднялся из мертвых, поэтому действуют в нем силы», а иные говорили: «Это Илия», и говорили: «Пророк как один из Пророков» – и Ирод, услышав, сказал: «Которого я обезглавил, Иоанн, он поднялся» – потому что сам Ирод, послав людей, Иоанна схватил и в темнице сковал его из-за Иродиады, жены Филиппа, своего брата, потому что женился на ней, а Иоанн Ироду говорил: «Нельзя тебе жить с женой твоего брата». И Иродиада затаилась против него, и хотела его убить, да не могла – Ирод боялся Иоанна, зная его как мужа праведного и святого, и его берег, и услышав его, был в большой растерянности, однако, с удовольствием его слушал. Но когда настал благоприятный день, когда в день своего рождения Ирод дал обед своим вельможам и тысячникам, и первым людям в Галилее, и вошла дочь этой Иродиады и сплясала, и угодила Ироду и совозлежащим – царь сказал девочке: «Проси меня, что хочешь, и тебе дам», и поклялся ей многим: «О чем меня ни попросишь, тебе дам, до половины моего царства». И выйдя, она сказала своей матери: «Что попрошу?» – И та сказала: «Голову Иоанна Крестителя». И войдя, та с усердием царя попросила: «Хочу, чтобы сейчас на блюде ты подал мне голову Иоанна Крестителя». И опечалясь, из-за клятв и из-за сотрапезничавших царь отказать ей не захотел, и послав телохранителя, велел принести его голову, и отойдя, в темнице его он обезглавил и принес его голову на блюде, и девочке ее подал, а девочка подала ее своей матери. И услышав, его ученики пришли и останки его забрали, и положили их в гробницу.
И собираются посланники к Иисусу, и Ему возвестили, сколько сотворили и сколько научили, и говорит им: «Вы сами пойдите в пустыню одни, немного отдохните» – ведь приходящих и уходящих было много так, что даже поесть у них не было времени; и в лодке они отошли к пустынному месту одни, и их, уходящих, увидели, и многие узнали, и пешком от всех городов сбежались туда и пришли раньше их, и выйдя, Он увидел большую толпу и пожалел их – они были как «овцы, пастуха не имеющие», и начал их учить много; а когда был уже поздний час, Его ученики, к Нему подойдя, говорили: «Пустынно место это, и уже поздний час. Их отпусти, чтобы в окрестные поля и селения уйдя, они купили себе что-нибудь, поели». И в ответ им сказал: «Вы дайте им есть». Ему говорят: «Разве только пойдя, купим им хлеб динар на двести и дадим им есть». И говорит им: «Сколько у вас хлебов, идите, посмотрите». И узнав, говорят: «Пять, и две рыбы». И велел им всем расположиться по частям на зеленой траве, и расположились рядами по сто и по пятьдесят; и пять хлебов и две рыбы взяв, воззрев на небеса, Он благословил, и хлебы разломил и дал своим ученикам, чтобы им дали, и две рыбы разделил всем. И все поели и насытились, и они забрали кусков двенадцать полных коробов, и рыбы, а поевших хлеба мужей было пять тысяч.
И тут Он понудил своих учеников подняться на лодку, и пока сам отпускает людей, идти вперед на другой берег к Бетсаиде, и с ними простившись, ушел на гору молиться. И когда вечер настал, была лодка посреди моря, а сам Он – один на берегу; и увидев их, гребущих через силу – был встречный им ветер, около четвертой стражи ночи Он приходит к ним, идя по морю, и хотел к ним подойти – а они, увидев Его, по морю идущего, подумали: «Это призрак», и закричали – потому что все Его увидели и содрогнулись; и тут Он с ними заговорил, и им говорит: «Дерзайте, это Я, не бойтесь», и восшел к ним на лодку. И стих ветер, и весьма от избытка чувств в себе они изумились – ведь не вразумились хлебами, но сердце их оставалось очерствевшим. И дойдя до берега, пришли в Геннисарет и пристали, и когда вышли из лодки, Его узнав, сбежалась вся та земля, и стали на постелях, тех, кому плохо было, сносить туда, где слышали, Он есть, и где входил в селения, города и на поля, недугующих клали и просили Его только края одежды Его коснуться – и все, кто коснулся Его, выздоравливали.
(VII) И собираются фарисеи и некоторые от буквоедов, придя к Нему из Иерусалима, и увидев некоторых из Его учеников, что черными руками, то есть немытыми, едят хлеб – а фарисеи, как и все иудеи, помня предания старейшин, если тщательно руки не умоют, не едят, и после рыночной площади, если не омоются, не едят, и есть многое другое, чего они приняли держаться – омовения чаш, кружек, котлов, лож; и вот фарисеи и буквоеды Его вопрошают: «Почему твои ученики не поступают согласно преданию старейшин, но черными руками едят хлеб?» И сказал им: «Хорошо пророчествовал о вас Исайя, притворщики, как написано – „Эти люди чтят Меня языком, а сердце их отстоит от Меня далече. Впустую чтят Меня, уча предписаниям и поучениям человека“. Вот и вы, оставив заповедь Бога, держитесь предания человека». И говорил: «Хорошо вы отменяете заповедь Бога, чтобы свое предание поставить. Моисей сказал – „Чти твоего отца и мать“; и „Злословящий отца или мать пусть помрет“, а вы говорите, если человек скажет отцу или матери – „Корбан, божий дар, среди моего то, что нужно тебе“, далее позволено ему ничего не сделать для отца или матери – вашим преданием, которое передали, слово Бога отменяя; и многое, подобное этому, вы делаете».
И снова призвав людей, им говорил: «Послушайте Меня все и поймите. Нет ничего человека вне, в него входящего, что может его очернить – но что исходит от человека, это чернит человека». И когда ушел от толпы в дом, о притче Его ученики Его вопрошали, и говорит им: «Так и вы непонятливы и не мыслите, что ничто, извне входя в человека, не может его очернить – потому что входит не в его сердце, но объявясь любой чистой пищей, в чрево, и из чрева выходит». И говорил: «Исходящее от человека, это чернит человека. Изнутри, от сердца людей злые мысли идут – разврат, воровство, убийство, измена, жадность, лукавство, лесть, распущенность, око злое, ругань, высокомерие, несмыслие. Все это зло идет изнутри и чернит человека».
И оттуда поднявшись, ушел в пределы Тира, и войдя в дом, никем узнанным быть не хотел, однако, не смог утаиться. Тут женщина, услышав о Нем – у ее дочери был дух нечистый – придя, припала к Его ногам. Была женщина эллинкой, сирофиникиянкой родом, и просила Его, чтобы изгнал беса из ее дочери – и ей сказал: «Дай прежде пропитать детей. Нехорошо взять хлеб детей и щенятам бросить». И ответила Ему: «Господин, и щенята едят под столом от крошек детских». И сказал: «За такое слово иди, вышел из твоей дочери бес». И уйдя домой, она нашла – ребенок на кровать упал, а бес вышел.
И снова уйдя из пределов Тира, через Сидон пришел к Галилейскому морю в пределах Десятиградия, и ведут к Нему глухого косноязычного, и Его просят, чтобы на него возложил руки. И из толпы его взяв, наедине Он вложил свой палец в его ухо, и плюнув, коснулся его языка, и воззрев на небо, восстенал, и ему говорит: «Эффата» – то есть, «откройся». И тут открылся его слух, и оковы с его языка снялись, и говорил правильно, а Он стал их наставлять, чтобы они никому не говорили, но чем строже их наставлял, тем громче они возглашали и изумлялись чрезвычайно, говоря: «Все сделал хорошо. Глухоте подает слух, немоте – речь».
(VIII) В те дни, когда снова была большая толпа, и не было у них, что поесть, призвав учеников, им говорит: «Жаль мне людей, ведь три дня со мной остаются, и уже нет у них, что поесть, а если голодными отпущу их домой – в пути ослабеют, ведь некоторые из них пришли издалека». Ответили Ему ученики: «Откуда кто может накормить их хлебом здесь, в глуши?» И спросил их: «Сколько у вас хлебов?» Сказали: «Семь». И возвещает людям, чтобы расположились на земле, и взяв семь хлебов, вознеся благодарение, разломил и дал своим ученикам, чтобы дали – и подали людям. Было у них немного рыбок – и благословив их, сказал подать их; и они поели, и насытились, а было их около четырех тысяч, и отпустил их; и они забрали избыток кусков семь корзин.
И тут со своими учениками войдя на лодку, пришел в пределы Далманута, и вышли фарисеи, испытывая Его, и стали с Ним спорить, требуя от Него знамение с неба; и в душе своей восстенав, говорит: «Зачем эта порода требует знамение? Аминь, вам говорю – неужто этой породе дано будет знамение?» И оставив их, снова погрузившись, ушел на другой берег.
А они забыли взять хлеб, и только один хлеб был с собой в лодке, а Он наставлял их: «Смотрите, берегитесь закваски фарисеев и закваски Ирода» – и они думали про себя, что у них нет хлеба; и познав, им говорит: «Почему думаете, что у вас нет хлеба? Еще очерствевшее у вас сердце, и не мыслите, не понимаете? Глаза имея – не видите, уши имея – не слышите и не припоминаете? Когда пять хлебов преломил для пяти тысяч, вы сколько полных коробов кусков забрали?» Ему говорят: «Двенадцать». «А когда эти семь для четырех тысяч, сколько полных корзин кусков забрали?» Ему говорят: «Семь». И говорит: «Все еще не понимаете?»
И приходят в Бетсаиду, и ведут Ему слепого, и Его просят, чтобы коснулся его – и слепого взяв за руку, его из селения вывел, и плюнув на глаза, и возложив на него руки, спрашивал его: «Видишь что-нибудь?» – и прозрев, он говорил: «Вижу людей – как деревья вижу ходящие». Тогда Он снова возложил на его глаза руки, и тот прозрел и стал здрав, и видел ясно все. И отослал его домой, сказав: «В селение не входи».
Тогда Иисус и Его ученики вышли в селения Кесарии Филиппа, и в пути Он спрашивал своих учеников: «Кем Мне люди говорят быть?» И сказали Ему: «Иоанном Крестителем, а иные – Ильей, а иные, что одним из Пророков». И спросил их: «А вы кем Мне говорите быть?» И в ответ Ему Петр говорит: «Ты – Христос». И им запретил, чтобы никому про Него не говорили, и начал их учить, что Сыну человека должно много пострадать и отвергнутым быть старшими и архиереями, и буквоедами, и убитым, а после трех дней воскреснуть – и прямо слово говорил, а Петр, Его отозвав, стал Ему запрещать. И обернувшись, на своих учеников посмотрев, Петру Он запретил и говорит: «Иди за мной, сатана. Не мыслишь ты, что Бога, но что человека».
И призвав со своими учениками людей, им сказал: «Кто хочет идти за Мной, пусть отречется от себя, возмет свой крест, идет за Мной. Кто хочет свою жизнь спасти – погубит ее. Кто ради Меня и ради Благой вести свою жизнь погубит – ее спасет. Что пользы человеку весь мир приобрести, а расплатиться своей душой? Что даст человек за свою душу? Кто постыдится Меня и Моих слов среди породы этой, переменчивой и бестолковой – и Сын человека постыдится его, когда придет со святыми вестниками в славе своего Отца». (IX) И говорил им: «Аминь, вам говорю – из вставших здесь есть те, кто не отведав смерть, увидят царствование Бога, пришедшее в силе».
И через шесть дней Иисус берет с собой Петра, Иакова и Иоанна, и ведет их на высокую гору одних, и перед ними преобразился, и одежда Его стала сияющей, очень белой, как белильщик на земле выбелить не может, и узрены были ими Моисей и Илия, и они говорили с Иисусом, и в ответ Иисусу Петр говорит: «Равви, хорошо нам здесь быть! Сделали бы мы три хижины – Тебе одну, Моисею одну и Илие одну» – ведь не знал, что ответить, испуганы же были. И появилось облако, осеняющее их, и из облака раздался глас: «Он – Мой любимый Сын, Его слушайте». И вдруг, вокруг оглядевшись, никто ничего не увидел, кроме одного Иисуса между собой, и когда сходили с горы, Он стал их наставлять, чтобы никому о том, что увидели, они не поведали – только когда Сын человека воскреснет из мертвых. И слово они запомнили, про себя рассуждая: «Что это – воскреснуть из мертвых?» И спрашивали Его: «Почему книжники говорят, что прежде должно придти Илие?» И сказал: «Илия, придя прежде, возвращает все, да как написано о Сыне человека, чтобы много пострадать и унижену быть; и вам говорю – Илия пришел, но сделали с ним, что захотели, как о нем написано».
И придя к ученикам, вокруг них они увидели большую толпу и буквоедов, спорящих с ними, и все люди, увидев Его, всколыхнулись, и подбегая, приветствовали Его, и их вопросил: «О чем спорите с ними?» И ответил Ему один из толпы: «Учитель, привел моего сына к Тебе, у него дух немой, и где его схватит, его раздирает – и испускает пену, скрежещет зубами и коченеет. Сказал я твоим ученикам, чтобы изгнали его, а они не смогли». И в ответ им Он говорит: «О, порода без веры! До каких пор с вами быть Мне? До каких пор поднимать вас? Ведите его ко Мне». Привели его к Нему, и увидев Его, дух тотчас свел его судорогой – и на землю упав, испуская пену, катался, а Он его отца вопросил: «Какой срок, как ему стало это?» – И сказал: «С детства. Много раз его в огонь и в воду бросало, чтобы его погубить – но если что можешь, нам помоги, о нас помилосердствуй!» Сказал ему Иисус: «Что если ты можешь. Все возможно верящему». Тут воскликнув, отец ребенка говорил: «Верю, помоги моему неверию!» И Иисус, увидев, что набегает толпа, запретил нечистому духу, сказав ему: «Немой и глухой дух, Я тебе приказываю, из него выйди и больше в него не входи». И вскричав, и сильно сведя судорогой, он вышел, и тот стал как мертвый, так что многие сказали, «умер», а Иисус, взяв его за руку, его поднял – и восстал; а когда пришел домой, наедине Его ученики Его вопрошали: «Почему мы не смогли изгнать его?» И сказал: «Эта порода может выйти только от молитвы».
И с того места уйдя, шли через Галилею, и не хотел, чтобы кто-то узнал, а своих учеников учил и им говорил, что Сын человека предается в руки людей, и Его убьют, и убитый, через три дня Он воскреснет – а они о говоримом не ведали и боялись Его вопросить.
И пришли в Кафарнаум, и прибыв в дом, их спросил: «О чем в дороге вы размышляли?» А они молчали – ведь в пути заспорили друг с другом, «кто главнее». И сев, двенадцать позвал и им говорит: «Кто хочет быть первым, будет из всех последним и всем слуга». И дитя взяв, поставил его посреди них, и его обняв, им сказал: «Кто одного из таких детей примет на знании Меня – Меня принимает, а кто примет Меня, принимает не Меня, но Пославшего Меня».
Сказал Ему Иоанн: «Учитель! Мы увидели кого-то, Твоим именем изгоняющего бесов, и ему запрещали – за нами он не ходил». И сказал Иисус: «Ему не запрещайте. Нет никого, кто на знании Меня сотворит силу и тут сможет Меня похулить. Кто не против нас – за нас, а кто напоит вас чашей воды во знании, что вы – Христа, аминь, вам говорю – не будет без награды своей; а кто одного из малых сих, верящих, усомнит – большее ему добро, если вокруг его шеи ляжет ослиный жернов, и ввержен будет в море. А если усомнит тебя твоя рука – ее отсеки; лучше тебе калекой принять участие в жизни, чем с двумя руками уйти в геенну, в негасимый огонь. А если усомнит тебя твоя нога – ее отсеки; лучше тебе хромым войти в жизнь, чем с двумя ногами брошену быть в геенну. А если око твое тебя усомнит – вырви его; лучше тебе с одним оком участвовать в царствовании Бога, чем с двумя глазами брошену быть в геенну – где „червь их без конца, и огонь не угасает“».
«Каждый в огне примет соль – ведь соль хороша; а если соль будет несолена – на что она нужна? Имейте в себе соль и друг в друге покой».
(X) И оттуда поднявшись, идут в пределы Иудеи на другой берег Иордана, и снова сходится к Нему толпа, и снова, как имел обыкновение, их Он учил, а когда пришли фарисеи, испытывая Его, они Его вопрошали, можно ли мужу жену отпустить, и в ответ им сказал: «Что вам заповедал Моисей?» Сказали: «Моисей разрешил написать отказное письмо и отпустить». И сказал им Иисус: «При вашем жестокосердии эту заповедь вам написал, а от начала творения „Он мужчиной и женщиной их сотворил, да покинет человек своего отца и мать и соединится со своей женой, и двое будут для одной плоти“ – так что нет больше двух, но одна плоть, а что Бог вместе сопряг, человек пусть не разлучает». И дома ученики снова об этом Его вопрошали, и говорит им: «Кто свою жену отпустит и женится на другой – с ней изменяет; и она, если отпустив своего мужа, выйдет замуж за другого – изменяет».
Приводили к Нему детей, чтобы коснулся их, а ученики им запретили; и увидев, Иисус вознегодовал и им сказал: «Пропустите детей приходить ко Мне, не препятствуйте им – для таковых царствование Бога. Аминь, вам говорю – кто царствование Бога не примет как ребенок – не участвует в нем» – и обняв их, благословлял, возложив на них руки.
И когда отправлялся в путь, один подбежав и на коленях Его умолив, Его вопросил: «Учитель добрый! Что сотворю и буду иметь жизнь вечную?» Иисус ему сказал: «Почему зовешь Меня добрым? Никто не добр, только один Бог. Заповеди знаешь – „Не будешь убивать, изменять, воровать, давать лживое свидетельство, удерживать чужое, уважай твоего отца и мать“». – И сказал: «Учитель, все это от юности моей сохранил». И Иисус, на него воззрев, его возлюбил и ему сказал: «Тебе недостает одного. Пойди, что есть продай и подай нищим, и будет у тебя сокровище на Небесах – и приходи, следуй за Мной». А он, от слова омрачась, отошел, печалясь – состояние у него было большое; и Иисус, вокруг посмотрев, своим ученикам говорит: «Трудно с имуществом участвовать в царствовании Бога». И ученики от Его слов ужасались, и Иисус в ответ им снова сказал: «Чада, как трудно участвовать в царствовании Бога. Легче канат вдеть в игольное ушко, чем богатому участвовать в царствовании Бога». И поражались они сильнее, друг другу говоря: «Да кто может спастись?» А Иисус, на них посмотрев, говорит: «С человеком невозможно, но не с Богом. С Богом возможно все». Начал говорить Ему Петр: «Вот мы бросили все и пошли за Тобой…» Сказал Иисус: «Аминь, вам говорю – не бывает, что кто-то ради Меня и ради Благой вести бросил дом, братьев, сестер, матерей, отцов, чад, землю и не получил стократ ныне, в это время – дома, братьев, сестер, матерей, чад, землю с выгоном, а в веке грядущем – вечную жизнь; и многие первые станут последними, а последние – первыми».
Были они в пути, поднимаясь в Иерусалим, Иисус шел впереди них, а они ужасались, идя следом, боялись; и взяв снова двенадцать, начал говорить им о грядущем Его встретить, что: «Вот поднимаемся в Иерусалим, и Сын человека предан будет архиереям и буквоедам, и осудят Его на смерть, и предадут Его народам, и будут смеяться над Ним, и оплюют, и побьют Его плетьми, и убьют, а через три дня Он воскреснет». И подходят к Нему Иаков и Иоанн, сыновья Зеведея: «Учитель, хотим, чтобы что просим Тебя, для нас сделал». Сказал им: «Что хотите, чтобы сделал для вас?» Сказали Ему: «Дай нам, чтобы в Твоей славе один занял место справа, другой – слева от Тебя». И сказал им Иисус: «Не знаете, что просите. Можете испить чашу, которую Я пью, и омовением, которым Я омываюсь, омыться?» Сказали Ему: «Можем». И сказал им Иисус: «Чашу, которую Я пью, пить будете и омовением, которым Я омываюсь, омоетесь, а что занять место справа и слева от Меня – даяние не Мое, но кому уготовано». И услышав, десять на Иакова и Иоанна стали негодовать, и подозвав их, Иисус им говорит: «Знаете, мнящие главенствовать над народами над ними господствуют, и великие из них их неволят. Не так среди вас; но кто среди вас хочет стать великим – будет вам слуга, а кто среди вас хочет быть первым – будет всех рабом. И Сын человека пришел не слугами делать, но послужить и свою жизнь отдать для избавления многих».
И приходят в Иерихон, и когда вышли из Иерихона Он и Его ученики, и толпа изрядная, Вартимей, сын Тимея, слепой попрошайка, сидел при дороге – и услышав, что Иисус Назарянин здесь, он стал кричать и говорить: «Иисус, сын Давида, надо мной сжалься!» И чтобы замолчал, многие ему запрещали, а он еще громче кричал: «Сын Давида, надо мной сжалься!» И остановившись, Иисус сказал: «Позовите его». И слепого зовут, ему сказав: «Дерзай, подымайся, тебя зовет» – и накидку свою отбросив, на ноги встав, к Иисусу он подошел, и в ответ ему Иисус сказал: «Что хочешь, чтобы сделал для тебя?» Слепой Ему сказал: «Учитель, да прозрю!» И сказал ему Иисус: «Иди, твоя вера тебя исцелила»; и тут он прозрел и шел дорогой за Ним.
(XI) И когда приближаются к Иерусалиму, к Беттайе и Бетании у горы Олив, двух своих учеников посылает и говорит им: «Идите в селение, которое перед вами. В него войдя, тут найдете ослика привязанного, на котором никто еще не сидел – его отвяжите и ведите, а кто вам скажет – „Что делаете?“ – Скажите – „Нужен Господу его, и сразу Он снова пошлет его сюда“». И ушли, и нашли ослика, привязанного на улице совне у ворот, и отвязывают его, и кто-то из стоявших там им говорил: «Что делаете, отвязываете ослика?» И сказали им, как сказал Иисус – и оставили их. И ведут ослика к Иисусу, и накидывают на него свою одежду, и занял место на нем. И многие свою одежду стелили на дорогу, а иные, в полях срезав, ветви, а идущие впереди и за Ним восклицали: «Слава! Благословен идущий во знании Господа! Благословенно наступающее царствование отца нашего Давида! Слава в Высшем!» – и вошел в Иерусалим в Храм, и все осмотрев, в вечерний уже час вышел с двенадцатью в Бетанию.
А на другой день, когда вышли из Бетании, проголодался, и вдалеке увидев смоковницу в листьях, подошел, не обретет ли что на ней, и к ней подойдя, не нашел ничего, кроме листьев – а не было время смокв; и в ответ ей сказал: «Пусть никто никогда не вкусит от тебя плод», и ученики Его слышали.
И приходят в Иерусалим, и войдя в Храм, продающих и покупающих в Храме стал изгонять, и столы менял, и скамьи продающих голубей перевернул, и не позволял, чтобы кто пронес через Храм вещь; и учил, и им говорил: «Разве не написано – „Дом Мой домом молитвы наречется всеми народами“ – а вы сделали его логовом грабителей». И архиереи, и буквоеды слышали и искали, как они бы Его погубили – ведь боялись Его, потому что вся толпа учением Его поражалась.
И когда вечер настал, из города вышли; а утром, проходя мимо, увидели смоковницу, засохшую от корней, и вспомнив, Петр Ему говорит: «Равви, смотри, смоковница, которую проклял, засохла». И в ответ им Иисус: «Имейте веру в Бога. Аминь, вам говорю – кто скажет этой горе – „Возьмись и ввергнись в море“, и не усомнится в сердце своем, но верить будет, что говорит – сбудется, будет это ему. Поэтому вам говорю – все, сколько молитесь и просите, верьте – получите, и вам будет; а когда стоите, молясь, на кого что имеете – прощайте, чтобы и Отец ваш на Небесах простил вам проступки ваши».
И снова приходят в Иерусалим, и когда ходил по Храму, приступают к Нему архиереи, буквоеды и старшие, и говорили Ему: «Какой властью это делаешь? Кто дал тебе эту власть, чтобы это делал?» И сказал им Иисус: «Спрошу у вас одно слово, и ответьте Мне, и скажу вам, какой властью это делаю. Омовение Иоанна было от Неба или от человека? Ответьте Мне». И про себя они рассуждали: «Если скажем „от Неба“, скажет – „Почему не поверили ему?“ – Но разве скажем „от человека“?» Боялись они толпы, потому что все действительно принимали Иоанна как Пророка; и в ответ Иисусу говорят: «Не знаем». И Иисус им: «Вот и не говорю вам, какой властью это делаю».
(XII) И начал в притчах им говорить: «Человек посадил виноградник, обнес оградой, вырыл подточилие, соорудил башню, сдал его земледельцам в наем и удалился. И в срок послал к земледельцам раба, чтобы у земледельцев получить от урожая виноградника – а они, его взяв, побили и отослали ни с чем. Снова он посылает к ним другого раба – а они ударили его по голове и обидели. И другого послал – а его убили; и многих других – одних избиваемых, других убиваемых. Еще был у него один любимый сын, и сказав – „Постыдятся моего сына“, его он послал к ним последним. А те земледельцы сказали между собой – „Это наследник. Идем, его убьем, и наследство окажется у нас“. И его взяв, они убили и выкинули его из виноградника. Итак, что сделает господин виноградника? – Придет, земледельцев погубит и даст виноградник другим. И это Писание вы разве не прочитали? – „Камень, который созидающие отвергли, оказался во главу угла. Она исполнена Господом и удивительна для глаз наших“». И познали они, что о них притчу сказал, и пожелали Его схватить, но толпы побоялись, и оставив Его, ушли.
И посылают к Нему неких от фарисеев вместе с людьми Ирода, чтобы уловили Его на слове, и придя, Ему говорят: «Учитель, знаем – истинен есть, и не волнует Тебя никто, ведь не смотришь на лицо людей, но поистине Пути Бога учишь. Разрешено дать подать цезарю или нет? Давать нам или не давать?» И притворство их узнавая, им сказал: «Почему искушаете Меня? Несите мне динар, чтобы Я посмотрел». Они принесли, и говорит: «Чей этот образ и подпись?» Ему сказали: «Цезаря». И сказал Иисус: «Что от цезаря, цезарю дайте, а что от Бога – Богу»; и Им удивлялись.
Приходят к Нему саддукеи, которые говорят – «воскресению не бывать», и говорят, Его вопрошая: «Учитель! Моисей нам написал – „Если какой брат умрет и оставит жену, а детей не оставит, пусть его брат примет жену и воскресит потомство своего брата“. (И) было семь братьев. Старший взял жену и умер, не оставив потомство; второй взял ее и умер, не оставив потомство; так же третий – и семеро не оставили потомство. Последней из всех умерла жена. Когда воскреснут при воскресении, она кого из них женой будет – ведь семерых женой была?» И сказал им Иисус: «Не заблуждайтесь, Писание и силу Бога не познав. Когда воскреснут из мертвых – не женятся, не выдаются замуж, но пребывают как вестники на Небесах. И относительно мертвых, которые воскрешаются, в книге Моисея вы разве не прочитали, как при (горящем) терновом кусте Бог сказал ему: „Я – Бог Авраама, Бог Исаака, Бог Иакова“? А ведь нет Бога у мертвых – только у живых. Сильно же вы заблуждаетесь».
И один из книжников, приблизившись и их, спорящих, услышав, увидев – ответил им хорошо, Его спросил: «Какая из всех заповедь – главная?» И ответил Иисус: «Первая. „Слушай, Израиль. Господь Бог наш – Господь один, и любить будешь Господа Бога твоего от всего сердца твоего и от всей души твоей в каждом разумении твоем со всей силой твоей“. Вторая эта – „Того, кто рядом, будешь любить так, как себя“. Большей этих, другой заповеди нет». Книжник Ему говорит: «Хорошо, учитель, и согласно истине сказал. Один – и другого, кроме Него, нет; и любовь Его от всего сердца, в каждом разумении со всей силой; и любовь к тому, кто рядом, такая, как к себе – больше всех всесожжений и жертв». И увидев, что ответил разумно, ему Иисус сказал: «Ты недалеко от царствования Бога» – и уже никто вопрошать Его не дерзал.
И уча в Храме, в ответ Иисус сказал: «Почему книжники говорят, Христос – сын Давида? Сам Давид сказал в Духе Святом – „Господь сказал Господу моему – займи место по правую руку от Меня до поры, когда положу врагов Твоих к Твоим ногам“. Сам Давид называет Его Господом, и откуда Он – его сын?»
И большая толпа с удовольствием Его слушала, и из своего учения говорил: «Берегитесь буквоедов, желающих расхаживать в одеяниях и приветствий на рыночных площадях, и главных кресел в собраниях, а на ужинах – главных мест. Дома вдов поедая и напоказ долго молясь, они добьются большего осуждения».
И расположившись перед сокровищницей, смотрел, как толпа бросает в сокровищницу медь, и многие богачи бросали много, а одна нищая вдова, подойдя, бросила два медяка, что составляет грош; и подозвав своих учеников, им Он сказал: «Аминь, вам говорю – эта нищая вдова бросила больше всех из бросавших в сокровищницу. Все бросили от излишка своего, а она из-за недостатка своего все, сколько имела, бросила – все имущество свое».
(XIII) И когда шел из Храма, говорит Ему один из Его учеников: «Учитель, посмотри, какие камни и какие здания». И сказал ему Иисус: «Видишь эти великие здания? Не будет оставлен здесь камень на камне, который не будет снят». И когда расположился перед Храмом на горе Олив – наедине Петр, Иаков, Иоанн и Андрей Его вопрошали: «Скажи нам, когда это будет, и какое знамение, что собралось все это настать?» И Иисус начал им говорить: «Смотрите, да не кто вас обманет. Многие придут под именем Моим, сказав, «это – я», и многих обманут. Когда услышите слух о сражениях и сражение, не трепещите – должно стать, но еще не конец. Будет поднят народ на народ, и царство на царство, будут колебания по местам, будет голод – это начало мук, вы смотрите за собой. Вас предадут на сборища и на советы старших; за Меня будете биты и поставлены перед правителями и перед государями для ответа им – а прежде должно возгласить Благую Весть всем народам. И когда вас, предаваемых, поведут – что скажете, заранее не беспокойтесь, но что в час тот вам будет дано, это говорите – не вы говорящие, но Святой Дух. Брат брата будет предавать на смерть, отец – чадо; дети восстанут на родителей и умертвят их. За знание Меня будете ненавидимы всеми, и кто выдержал до конца, буден спасен.
А когда увидите «мерзость опустошения», вставшую быть, где не должно – читающий да разумеет – тогда кто в Иудее, пусть бежит в горы; кто на кровле – да не сойдет и войдет взять что из дома своего; кто в поле – да не обратится вспять взять свою одежду. В те дни горе имеющим в утробе и питающим молоком – молитесь, чтобы не случилось это в ненастье. В те дни будет такая скорбь, какая от начала творения, которое сотворил Бог, до ныне не наставала и не настанет, и если бы Господь не сократил дни, не спаслась бы никакая плоть – однако, ради избранных, которых Он избрал, дни Он сократил. Тогда если кто-то скажет вам – «Смотри, Христос здесь»; «Смотри – там», не верьте. Поднимутся лжехристы и лжепророки и произведут знамения и чудеса для обмана, если возможно, избранных – видите, Я сказал вам прежде все. В те дни, в той скорби солнце омрачится, и луна не даст света своего; явятся падающие с неба звезды, и силы на небесах будут поколеблены. Тогда увидят «Сына человека, идущего на облаках» с силой великой и славой – и пошлет вестников небесных, и соберет от четырех ветров, от края земли до края неба избранных своих.
Научитесь притчей о смоковнице. Когда ее ветвь станет мягкой и даст листья, знаете – лето близко; так и вы, когда это настающее узрите, знайте, то – близ, при дверях. Аминь, вам говорю – порода эта не минует до поры, когда настанет все. Небо и земля минуют, слова Мои не минуют, а о дне том и часе не знает никто – ни вестники на Небе, ни Сын – только Отец. Смотрите, бодрствуйте – вы не знаете, когда срок. Как человек, отлучившись, дом свой оставив, рабам своим дав власть, каждому дело свое, привратнику приказал бодрствовать – бодрствуйте, итак, вы. Вы не знаете, когда господин дома идет – вечером или в полночь, или когда петухи пропоют, или утром – чтобы придя вдруг, он не застал вас спящими. Что говорю вам – говорю всем. Бодрствуйте!»
(XIV) Были Дни пресного хлеба, и через два дня Пасха, и архиереи и буквоеды искали, как Его, хитростью захватив, они бы убили, и говорили: «Только не в праздник, только чтобы не случилась смута среди людей».
И когда был в Бетании в доме прокаженного Симона, когда обедал, приблизилась женщина с сосудом мира настоящего, нардового, драгоценного – она, вскрыв сосуд, вылила на Его главу. И были некоторые, между собой негодующие: «Чего ради такая растрата мира сталась? Это миро можно было продать более, чем за триста динар, и подать нищим!» И ей возмущались; а Иисус сказал: «Оставьте ее, зачем ее беспокоите – хорошее дело сделала для Меня. Нищие у вас при себе всегда, и когда хотите, можете им благотворить, Я – не всегда. Она, что могла, сделала – предварила тело Мое умастить для погребения. Аминь, вам говорю – во всем мире, где возгласится Благая весть, и что она сделала, рассказано будет о ней в воспоминание». И Искариот Иуда, один из двенадцати, ушел к архиереям, чтобы им предать Его; и услышав, они обрадовались и велели дать ему серебро, и он искал, как Его предать удобно.
И в первый день Пресного хлеба, когда закалывали пасху, говорят Ему Его ученики: «Где хочешь, пойдя, приготовим, чтобы Ты поел пасху?» И посылает двух своих учеников, и говорит им: «Идите в город, и встретится вам человек, кувшин воды несущий. Идите за ним, и где войдет, хозяину скажите: „Учитель говорит – „Где пристанище Мое, где буду есть пасху с Моими учениками?““ И сам покажет вам горницу большую, устланную, готовую – там нам приготовьте». И ученики пошли и пришли в город, и нашли, как Он им сказал, и приготовили пасху.
И когда вечер настал, приходит с двенадцатью, и когда сидели, ели, Иисус сказал: «Аминь, вам говорю – один из вас, со Мной едящий, Меня предаст». И стали они печалиться и один за другим Ему говорить: «Неужели я?» И сказал им: «Один из двенадцати, со Мной тянущий руку к блюду. Сын человека идет, как о Нем написано, однако, горе тому, через кого предан Сын человека – ему добро, чтобы не был рожден тот человек». И когда ели, хлеб взяв и благословив, Он преломил и подал им: «Примите – это тело Мое». И взяв чашу, благословив, подал им, и пили из нее все; и сказал: «Это кровь Моя, Завета, за многих проливаемая. Аминь, вам говорю – больше не пью от плода виноградной лозы до дня, когда буду пить его новое, среди царствования Бога».
И воспев, вышли на гору Олив, и говорит им Иисус: «Все вы усомнитесь; написано – „Поражу пастуха, и рассеются овцы“; а Я после Моего воскресения перед вами буду идти в Галилею». Сказал Ему Петр: «Пусть все усомнятся – не я». И Иисус ему: «Аминь, тебе говорю – сегодня, этой ночью, прежде чем дважды петух возгласит, ты три раза от Меня отречешься». А он, горячась, говорил: «Если надо будет мне с Тобой умереть, от Тебя точно не отрекусь»; и именно так все говорили.
И идут на место, название которого Гетсемани, и говорит своим ученикам: «Расположитесь здесь, пока вознесу молитву»; и берет с собой Петра, Иакова и Иоанна, и начал тревожиться и волноваться, и говорит им: «Печальна душа Моя до смерти. Останьтесь здесь и бодрствуйте». И пройдя еще вперед, припал к земле и молился, да если возможно, минует Его час, и говорил: «Авва Отче, Тебе все возможно – пронеси эту чашу мимо Меня! Однако, не как хочу Я, но как Ты». И возвращается, и находит их спящими, и Петру говорит: «Симон, спишь? Не смог один час бодрствовать? Бодрствуйте и молитесь, чтобы не стать в испытании. Готов дух, изнемогла плоть». И снова отойдя, возносил молитву, то же слово сказав; и вернувшись, нашел их снова спящими – отяжелели их веки, и не знали, что ответить Ему. И возвращается третий раз, и говорит им: «Все покоитесь и спите? Довольно, пришел час – Сын человека предается в руки бестолковых. Поднимайтесь, идем. Вот приблизился Меня предающий».
И когда еще говорил, прибывает Иуда, один из двенадцати, и вместе с ним, с мечами и с дубинами толпа от архиереев, буквоедов и главных в народе. А предающий Его передал им знак: «Кого приветствую – это Он. Его схватите и уводите, не сомневаясь». И подойдя, и приблизившись к Нему, тут он говорит: «Равви» – и приветствовал Его. И наложили на Него руку, и схватили Его, и один из стоящих рядом, вытащив меч, раба архиерея ударил и отсек ему ухо, а Иисус в ответ им сказал: «С мечами и с дубинами как на грабителя вышли Меня взять? День за днем уча, Я был при вас в Храме – вы не задержали Меня. Однако, чтобы Писание исполнилось». И бросив Его, все убежали – и некий юноша, шедший за Ним, на голое тело обернув покрывало – и хватают его, а он, покрывало оставив, нагой убежал.
И отводят Иисуса к архиерею, и сходятся все архиереи и буквоеды, и главные в народе; а вдалеке Петр шел за Ним до внутренней части архиереева двора и со слугами сидел у огня, греясь. И вот архиереи и весь совет старших, чтобы предать Иисуса смерти, искали на Него свидетельство и не находили – лживое свидетельство давали многие, но подходящих свидетелей не было. Некие, встав, дали на Него лживое свидетельство: «Слышали Его, говорящего – „Я этот рукотворный Храм разрушу, а через три дня воздвигну другой, нерукотворный“». И даже такое их свидетельство не было подходящим, и один архиерей, встав посередине, Иисуса спросил: «На то, в чем эти тебя обвиняют, ничего не отвечаешь?» А Он молчал и не отвечал ничего. Архиерей снова Его спросил и Ему говорит: «Ты – Христос, Сын Благословенного?» И сказал Иисус: «Это – Я, и увидите Сына человека, идущего на облаках в небе и занявшего место по правую руку Силы». И архиерей, порвав на себе одежду, говорит: «Неужели у нас еще нужда в свидетелях?! Вы услышали хулу – вам что кажется?» И все посудили Ему быть повинным смерти; и некоторые начали плевать в Него, и закрывать Его лицо и бить Его, и говорить – «пророчествуй», а слуги били Его по щекам.
А когда Петр был внизу во дворе, приходит одна из воспитанниц архиерейских, и Петра греющегося увидев, на него посмотрев, говорит: «И ты был с назарянином Иисусом». И он отрекся: «Не знаю и не понимаю, о чем ты говоришь», и вышел вон в преддворье, и петух возгласил. А воспитанница, увидев его, рядом стоящего, снова стала говорить: «Этот – из них». – И снова отрекся. И рядом немного дальше стоящие Петру снова говорили: «Воистину ты из них, ведь тоже галилеянин». А он стал клясться и заклинать: «Не знаю того человека, о котором вы говорите». И тут второй раз петух возгласил, и вспомнил Петр слово, которое сказал ему Иисус: «Прежде чем дважды петух возгласит, ты три раза от Меня отречешься» – и убежав, плакал.
(XV) А утром архиереи с буквоедами, и главные в народе, и весь совет старших, решение приняв и связав Иисуса, увели и передали Пилату. Пилат Его спросил: «Ты – государь иудеев?» И в ответ ему говорит: «Ты сказал». И обвиняли Его архиереи во многом, и снова Пилат Его вопрошал: «Ничего не отвечаешь? Смотри, сколько тебя обвиняют». А Иисус не ответил уже ничего, так что удивлялся Пилат. А на праздник он освобождал им одного узника, которого просили, и был известный как Варавва, взятый с мятежниками, которые во время мятежа совершили убийство – и подошедшая толпа то, что им делал, стала просить. И ответил им Пилат: «Хотите, освобожу вам государя иудеев?» – он знал, что архиереи предали Его из зависти. Однако, архиереи взволновали толпу, чтобы лучше освободил им Варавву; и снова в ответ им Пилат говорил: «Что хотите, сделаю тому, кого называете государем иудеев?» – и снова кричали: «Его распни!» Пилат им говорил: «Какое Он сделал зло?» Но они кричали все громче: «Его распни!» И Пилат, желая толпе угодное сделать, освободил им Варавву, а Иисуса, бичевав, передал, чтобы был распят.
И воины отвели Его внутрь двора – туда, где находится расположение; и созывают всю когорту, и облачают Его в порфиру, и сплетя, цепляют на Него терновый венец, и стали приветствовать Его: «Здравствуй, государь иудеев». И палкой били Его по голове, и плевали в Него, и вставая на колени, Ему поклонялись; а когда посмеялись над Ним, сняли с Него порфиру и надели на Него Его одежду, и выводят Его, чтобы распять, и заставляют проходящего мимо некоего киринейца Симона, идущего с поля, отца Александра и Руфа, чтобы Его крест взял. И ведут Его на место «Голгота», что в переводе значит «место черепов»; и давали Ему приправленное смирной вино, которое не принял; и распинают Его, и «одежду Его делят, бросая о ней жребий» – кто что бы взял.
Был третий час, и Его распяли, и была надпись о Его вине; написано было: «Государь иудеев». И два разбойника распинаются с Ним – один по правую руку, другой по левую руку от Него, а проходящие мимо ругали Его, качая своими головами: «А, Храм разрушающий и за три дня создающий – избавь себя, сойди с креста». Так же архиереи с буквоедами, смеясь, говорили между собой: «Христос, государь Израиля! Других избавил, себя избавить не может. Теперь пусть сойдет с креста, чтобы мы увидели и поверили»; и распятые с Ним бранили Его. А когда настал час шестой, до девятого часа на всю землю опустился мрак, и в девятый час Иисус громким голосом воззвал: «Элои, Элои! Лема савактани!», что переводится – «Бог Мой, Бог Мой, для чего Меня оставил». И услышав, некие из предстоящих говорили: «Илию зовет»; и некто побежал и наполнил губку уксусом, и нацепив на трость, подал Ему пить, сказав: «Хватит, а то увидим, как Илия идет снять Его»; и Иисус, издав громкий глас, стал бездыханным.
И завеса в Храме разделилась сверху донизу надвое; и вставший рядом перед Ним центурион, увидев, что умер так, сказал: «Воистину этот человек был сыном Бога». Присутствовали и женщины, издалека наблюдая; среди них были Мария Магдалина и Мария Иакова младшего, мать Иосии, и Саломия. Они, когда был в Галилее, за Ним шли и Ему служили – как и многие другие, пошедшие с Ним в Иерусалим.
А когда уже вечер настал, раз было Приготовление, то есть канун Субботы, Иосиф из Ариматеи, почтенный советник, который сам был чающим царствования Бога, придя и дерзнув, вошел к Пилату и попросил тело Иисуса. Пилат удивился, что уже умер, и призвав центуриона, спросил его, умер давно ли – и от центуриона узнав, даровал останки Иосифу; и купив полотно, Его сняв, Его он полотном обернул и положил в гробницу, которая была высечена в скале, и к двери гробницы привалил камень, а Мария Магдалина и Мария Иосиева, куда положен, смотрели.
(XVI) И когда прошла Суббота, Мария Магдалина, Мария Иакова и Саломия купили благовония, чтобы придти и помазать Его; и в первый день после субботы, очень рано, когда солнце взошло, идут к гробнице, и между собой говорили: «Кто нам отвалит камень от двери гробницы?» И посмотрев, видят, что камень отвален – а был он очень велик; и в гробницу войдя, увидели юношу, по правую руку сидящего, облаченного в белое одеяние, и испугались, а он им говорит: «Не бойтесь. Ищете назарянина Иисуса, распятого? Здесь Его нет, Он воскрес. Вот место, где Его положили. Идите, скажите Его ученикам и Петру, что Он перед вами идет в Галилею – там Его увидите, как Он вам сказал». И выйдя из гробницы, они побежали – охватил их трепет и изумление, и никому ничего они не сказали – боялись, ибо.
[[И быстро все, что повелено, тем, кто с Петром, они сообщили. После этого через них сам Иисус от востока до запада разослал священное и нетленное возглашение о вечном спасении. Аминь.]]
[[И утром, в первый день Субботы воскреснув, Он явился сначала Марии Магдалине, из которой изгнал семь бесов; и пойдя, она возвестила скорбящим и плачущим – тем, кто с Ним был; и услышав, что Он жив и увиден ею, они не поверили. После этого двоим из них, когда шли дорогой по полю, явился в ином образе – и придя, остальным они сообщили, но и им не поверили. Наконец, когда были за столом, явился двенадцати и упрекнул их за неверие и жестокосердие, потому что воскресшего Его увидев, они не поверили; и сказал им: «Пойдя в мир, всю Благую весть возгласите всему творению. Поверивший и омывшийся спасен будет, а не поверивший – осужден; а знамение для поверивших следует такое: во знании Меня будут бесов изгонять, говорить на новых языках, брать в руки змей, и если что смертоносное выпьют – им не повредит, а на недужных возложат руки – и выздоровеют». И после разговора с ними Иисус был взят на Небо и занял место по правую руку Бога. И пойдя, при содействующем Господе утвержденное через последующие знамения Слово везде они возгласили.]]