мы увидим сейчас, нет нигде:
Бел — это Изабел, Изабелла, Анабел и Арабелла; Берт — это Алберт, Бертрам, Герберт и Роберт; Крис — Кристиан, Кристина, Кристин и Кристофер; Эд — Эдгар, Эдмунд, Эдвард и Эдвин; Фло — Флоранс и Флора; Кит — Кристофер и Кэтрин; Нэнси — Агнесса, Энн, Анна; Нэд — Эдгар, Эдмунд, Эдвин и Эдвард; Нэлли — Элеанора, Хелен, Хелена; Пэдди — Патриция и Патрик; Пэт — Патрик, Патриция и Марта; Пэтти — Марта и Матильда; и это только одна сторона явления. Есть и другая сторона, она не менее парадоксальна:
Александр может быть Алеком, Сэнди, Элом и Сандерсом; Элизабет — Элси, Лиз, Бетти, Бесс; Анна — Энни и Нэнси; Роберт — Боб, Добин, Роб, Бобби, Робин; Кэтрин — Кэти, Кетлин. Китти, Кейт; Флоренс — Фло, Флосси, Флой; Дженет — Дженни и Джесс; Джеймс — Джем, Джим и Джимми; Кристиан — Крис, Тин, Кит, Кристи; Маргарет — Мэдж, Мэг, Марджори, Мэй, Пэг, Марджи, Мэгги, Пэгги; Мэри — Мэй, Молл, Мэг, Пол, Молли, Полли; Сара — Сейди, Сэлли, Сэл. Люди притворно соглашаются с правилами, установленными нотариатом, и записывают своих детей именами, которые требуют от них узаконенные святцы. Затем они называют их теми именами, которые будут идти за ними дальше всю жизнь, то есть их настоящими именами, и уже неважно, Мэг — это Мери или Маргарет, в этом пусть разбираются официальные установления. Если бы таких установлений не было, то, как количество имен, так и их фонетический состав, давно сократились бы до неузнаваемости их источников. Всё упростились бы, строго говоря, так же, как упростились в свое время «шэл нот» до «шаант», «вил нот» до «воунт», «нид нот» до «ниднт», «шуд нот» до «шуднт» и т.д.
Последнее, очень характерное замечание об упростительных процессах английского языка: герундий был когда-то существительным, образованным от глагола, а затем стал герундием, то есть не совсем существительным, (так как он упростился, потеряв способность принимать множественное число и утеряв артикль), но и не глаголом, до которого не дорос. Что-то вроде глагола, но не глагол. То «новое», что он из себя представляет, есть не что иное, как упрощение старой формы, не захотевшее усложняться переходом в новую форму.
Французский язык. Сам язык является смесью латинских, кельтских и германских элементов, которые он «резко упростил, сократив сложный звуковой состав. Итак, целый язык сформировался за счет упрощения. Из французского тоже можно привести характерные примеры упрощения слов во времени: аугустус — у (август), магистр — мэтр (учитель), аква — о (вода), аквэсекстиэ — э (Aix).
Перейдем теперь к великому русскому. Здесь