Глава первая.
Раздетый лес наряд теряя
Холодным воздухом дышал,
А на холме, у рощи края,
Могучий дуб листву ронял.
Под этим дубом я улёгся
В перине листьев утонуть
И созерцанием увлёкся
Смотреть на солнца долгий путь.
За ветви кроны диск цеплялся —
Не хочет он нырнуть в закат!
А дуб, коряжисто старался,
Сдержать осенний солнцепад.
За этой схваткой сил природы
Я веки смежив, наблюдал,
Всю прелесть солнечной погоды
Душой и фибрами вдыхал…
Глава вторая.
Но чу! Совы крикливой хохот
Из дрёмы выкинул меня…
Услышал – кто-то тихим вздохом
Прорезал тишь исхода дня.
Увядших листьев мягкий шелест
Мне обозначил чей то шаг,
И лёгкой формы ошалелость
Меня взбодрила, а не страх.
Я огляделся в ожидании
Увидеть гостя своего…
Но безмятежное молчание
Было вокруг… И никого!
Небесный свод лишь озаряли
Закатных отблесков штрихи.
А ветви голых крон зияли,
Как косиножки – пауки.
Вскочил на ноги, пригляделся,
Прищурил взор в тенистый мрак
И вдруг увидел, как зарделся
Плаща пурпурного краплак!
Фигура, выступив из тени,
Под луч закатного штриха,
Плаща, багряною мишенью,
Как цель явилась для стрелка.
Вот скинут капюшон на плечи
И я увидел, обомлев,
Волшебный лик лучом подсвеченный
Прекрасной, из земных всех дев!
Средь тёмно-рыжего каштана,
Вокруг чудесного лица,
Курчавых прядей цвет янтарный
Стекал на капюшон плаща.
Само ж лицо тончайших линий,
Высоких скул красивый взлёт,
Губ чувственных бутон невинный
И медь бровей, что на излёт.
Глаза, как синь надземных высей,
Как васильковый беспредел…
О, сколько мыслей, сколько мыслей!..
Пока я в них в упор смотрел.
И в довершении картины
Услышал хлопанье крыла,
И к гостье, подлетев с вершины,
Уселась на плечо сова.
Глава третья
Я не из робкого десятка,
Я сто дорог уже прошёл,
С судьбою не играю в прятки,
И жизни, цель, давно обрёл…
Но тут уж стушевался разом,
Не мог промолвить пары слов.
Тонул во взгляде синеглазом…
О, кто бы мне сейчас помог.
Она ж глазами улыбнулась,
Приподняла игриво бровь,
И вдруг, лисицей обернулась,
И.…обернулась девой! Вновь!!
Назад не шагу! Я спокоен,
Я не поддамся ворожбе.
И я сказал:
– Чем удостоен
Таким вниманием к себе??..
– Как славно слышать мне учтивость-
Услышал голоса хрусталь.
Я в нём почувствовал смешливость,
Лучистых глаз дразнил миндаль.
Глухим набатом билось сердце,
Неся и радость и печаль
Открыл я к диалогу дверцу:
– Что занесло вас в эту даль?
– Я здесь живу – ответ был краток-
И рождена я тоже здесь.
Природы-матери порядок
Мне суждено исполнить весь.
Сова смотрела жёлтым глазом
Куда-то вдаль и сквозь меня,
А дева далее рассказом
Влекла, чаруя и пленя.
Глава четвёртая
Как я – у Матери Природы
Полно сынов и дочерей.
И сушь пустынь, и шторма в`оды –
И снег вершин, и соль морей.
Весь мир вокруг – всё это дети
Природы матери сыны.
Все перед Матерью в ответе
За силы, что ему даны.
Один силён огнём и дымом,
Другой снегами и водой,
А третий – степью и равниной,
Четвёртый – горною грядой.
Я ж, в услужении у Погоды,
Она сестра родная мне.
Все силы матушки Природы
Поют ей оды на Земле.
Меня зовут сестрица Осень,
Я душ природных Стихи`аль.
Мой дар Земле золотоносен —
Шафраножёлтая сусаль!
Я дольний мир ей одаряю,
Ей источается земля…
Сусаль везде – она без края
окрасит золотом поля,
Когда зерно нальётся солнцем.
Когда восходом залит мир,
Она в лучистых веретёнцах
Прядёт сукна лесной ампир.
Сусаль блестит у кромки леса,
В медовом боке на бахче,
Как зимней краски антитеза,
Как пламень жёлтая в свече.
Когда выходит время Лета
Я прихожу прощаться с ней.
И там на Южном Крае Света
Меняем ход календарей.
Вот так в природном всеединстве
Сестриц квартет круговорот,
Под взглядом Солнца материнским
Мы совершаем Оборот.
Глава пятая
Пока рассказ я этот слушал,
Неспешным шагом рядом шли.
Сова, машистым кругом, ухав,
Летала где-то впереди.
Приняв всё сразу, в полной мере
Не усомнившись в правде слов,
Я этой женщине поверил
И верить далее готов!
Я многое узнал в тот вечер,
Я многим очарован был.
Мой дух торжествовал от встречи
Мой разум от восторга плыл.
И полюбив её так сразу,
И приняв в сердце доброту,
Что источала блеском стразы
Души прекрасной наготу,
И я задал вопрос с тревогой:
– Ответь мне Осень и скажи,
Какой отправишься дорогой?
(Ах да! Мы перешли на ты.)
И значит, если время выйдет,
И на порог придёт зима,
Тепла остатки люто выжмет,
То ты отправишься…куда?..
– Рождаюсь я с уходом Лета,
Творю юдоль весь этот год
Вначале, в этой части Света,
потом, где Южный антипод.
– Постой, скажи, – я встрепенулся –
Как долог твоей жизни ход?
Она лишь слабо улыбнулась:
– Мой, жизни срок, всего лишь год.
За мной придёт другая Осень
За той, что далее – опять
Придёт другая, плащ набросив….
Мы жизни круг должны свершать!
Мы всеедины и всеразны,
У каждой свой характер, страсть –
Одна теплом благообразна,
Другая, ливней шлёт напасть.
– Я не хочу другую Осень,
В тебя влюблён, в твой добрый нрав!
В твои глаза, что бездны просинь,
В изящество в твоих чертах.
Как удержать тебя навечно,
Скажи мне Осень без утай??.
О, как бы я хотел беспечно
Продлить с тобой осенний рай!
Глава шестая
– Мой милый друг, я принимаю
Твою любовь и в дар тебе,
Я отдаю, что воспеваю
И то, что главное во мне!
Тебе дарю свой каждый атом
Кров`и моей, что здесь рождён,
Дыханья пар со вкусом мятным,
Свой тихий шёпот тёплым днём.
Ещё дарю тебе, любимый,
Ветров осенних каждый вздох.
Плодов, дары, неисчислимых,
Зарницы пламенной сполох.
Дарю тебе листвы шуршание,
И журавлиный крик с небес,
Восторг тиш`и и обожание,
То, что так алчет палый лес.
Игру теней и тень деревьев —
Я отдаю тебе сполна.
Я отдаю тебе осенний
Весь мир, что так я берегла!!
И если ты вдруг заскучаешь,
И если память бередишь,
Возьми себе, что пожелаешь,
И то, в чём радость ощутишь.
Так для тебя я благом буду.
Познав меня, не смей хандрить!
Но знай, тебя я не забуду
И чувством буду дорожить.
Глава седьмая.
Я силился принять, что слышал…
Раскатно сердце било в грудь.
Осенний день тепло и рыже
Пытался вечер оттянуть.
Мы сели где-то на пригорке,
Мы разожгли огонь костра…
Тишь леса пряталась в вечёрке,
Плясала над огнём искра.
И после долгого молчания,
Собравшись с духом я сказал:
– Теперь моим благим призванием
Стихов писание я избрал!
Я посвящу тебе поэму,
И возложу рукой своей
Прекрасной рифмы диадему
Из поэтических виршей.
И в каждом отблеске янтарном,
Что тешит солнца луч игрой,
В цветах осенних и духмяных,
Незримый облик будет твой.
***
Алмазный блеск росы осенней
Искрил под всполохом костра…
Причудливо играли тени
На дальних подступах огня.
Вечерний лес хранил молчанье,
Молчала Осень, я молчал…
И лишь кострища полыхание
И лишь души моей причал…
***
––
ПОЭМА Елена Прекрасная
Казалось бы всего лишь сказочные имена, так горячо любимых нами сказочных героев, а сколько всего кроется за ними. Это интересные тайны истории наших предков, которую мы и по сей день стремимся хотя бы разобрать, не говоря уж о том, чтобы понять, а запутаться здесь есть где. Воистину загадочна и притягательна история наших предков, их верования и культура, их быт, то как они смотрели на этот мир. Их жизнь была наполнена мудростью и пониманием, несмотря на то, что сейчас мы не можем понять многих скрытых от нас пеленой времени тайн, об этом спорить не приходится.
Глава первая
https://proza.ru/pics/2021/12/02/1385.jpg?2756
Летняя ночь, тихо играя
Звёзды на небе вели хоровод.
В зелени леса неслышно ступая,
Видел я, месяц крадучись встает.
Ветер взбодрила ночная прохлада,
Воздуха массы кидая во тьму,
Он, осыпая дождём листопада,
Дрожь нагонял на живую листву.
Кроны тихонько в ответ шелестели,
Вдруг, простудившись холодной росой,
Ветер стихал, заболев тишиной
И засыпал на зелёной постели.
Облако на небе сладко дремавшее,
Медленно ползало где-то вверху,
Звёздную россыпь в стада собиравшее,
Мирно паслось на небесном лугу.
Долька лимона сверху светила,
Разбрызгав на землю луны желтый сок,
И лунными бликами лужа искрила,
И Сказка пришла на зелёный порог.
Глава вторая
В платье «Чарльстон», с фиолетовой шалью,
В шляпке изящной – сиреневый клош,
Сказка с лицом, чуть прикрытым вуалью
В полусапожках с сафьяновых кож.
Вышла из леса ко мне на поляну,
Встала под призрачный отсвет луны.
В воздухе пахло и терпко и пряно,
С нотками свежести и новизны.
Я не смутился, но был осторожен:
Мало ли кто здесь гуляет в ночи!
Встречей нежданной я был растревожен,
Но не нашёл для испуга причин.
Странная гостья глазами блеснула,
Бойким задором в них тлел огонёк,
Шляпку сняла и кудрями встряхнула,
Флёра вуаль мягко пала у ног.
– Ах, как свежо после зноя дневного!
Дива взглянула на кобальт небес —
– Как я люблю неба бархат ночного
И как прекрасен полуночный лес.
Вы разделяете эту фил`ию?
Сказка шутливо спросила меня-
– Ночью, мистерий и тайн изобилие
Будут здесь править до нового дня!
Я ей ответил, как мог деликатно:
– Летние ночи люблю всей душой!
Только немного мне непонятно,
Уж, не смеётесь ли Вы надо мной?..
Вы так прекрасны и так необычно
Видеть Вас в этой далёкой глуши.
Это и странно и не логично
Встретиться нам, в ночи тёмной тиши.
И вот теперь, несмотря на причудность,
И нереальность момента сего,
И где-то даже, явя безрассудность,
Вы задаёте вопросы…
– Легко!
Добрый мог друг, не ищите логичность
И рассудительность, в небе ночном.
Здесь волшебства и фантазий первичность,
Мир зачарован луны серебром.
– Кто же Вы в этом пол`уночном мире?
Задал вопрос я в шутливый тонах:
Нимфа ночная?..
– Берите уж шире!
Я – Воплощение – в общих чертах:
Сказки, мечты и мистерий прекрасных.
То, чем возвышено млеет душа,
Я воплощение благообразных
Ввысь устремлений, что греют сердц`а.
– Значит желанье моё Вам под силу,
Если исполнить его попрошу?
Дева улыбку ладонью прикрыла:
– Вы недоверчив как я погляжу!
Прочь все сомнения! Откройтесь для чуда!-
Гостья взглянула с огнём озорства.
И вдруг явилось, из ниоткуда,
Следствие чар и её колдовства!
Глава третья
Воздух наполнился флейты звучанием
В небо взметнулись огни светлячков
И мне открылась среда обитания
Чудных существ дивных сказок и снов.
Ветви ломая, с напором и шумом
Единорог близ меня пробежал
Кто то большой и тяжёлый угрюмо
Сквозь чащу леса свой шаг продирал.
Вдруг у сосны стайка эльфов явилась
Видел таких на рисунках из книг
Может я сплю и мне это приснилось?
Может Морфей меня в чаще настиг??
Я посмотрел на волшебницу гостью
Встретившись взглядом восторг ощутил
К фее слетелись сияющей гроздью
Стайка существ с парой маленьких крыл.
Дива рукою в прорыве взмахнула:
– Ну же, мой друг, подойдите ко мне!
Силой безудержной к ней потянуло,
Как тянут рыбу на пёстрой блесне.
И отстраняясь от призрачной тени,
И огибая Цербера щенка,
Я очутился пред ней, вдохновенный…
– Ах, как прекрасна она, как пылка!
Взявши за руку меня, как ребёнка,
Фея вспарила над кроной сосны.
Видел крылатого я жеребёнка,
Что в половину Пегаса длины.
Вдруг, появившись над леса опушкой,
Сделав полкруга он к нам подлетел.
Рядом сосны закачалась верхушка,
Видно в полёте её он задел.
Я перебрался на спину крылана,
Хоть мал и ростом но крепок и скор.
Мы полетели к границе тумана,
Что надвигался от дальних озёр.
Врезавшись в белую марь на излёте,
Мы пронеслись сквозь молочную мзгу.
Видел, как леший резвился в болоте,
Как биовульф рыкал на берегу.
Крепко схватив лошадиную холку,
Как сумасшедший в восторге кричал.
Вторил я рыком огромному волку,
Что в темноту от меня убегал.
Топи болот позади оказались,
Вот и озёрная видится гладь.
Видел в воде, как наяды плескались,
Вот бы и мне с ними там поиграть!
Нимфы речные исчезли из вида,
Лишь, свист в ушах и набор высоты…
Словно подмостки в свете софитов,
Мир озарялся в лоске луны.
Мы поднимались всё выше и выше,
Всё, что под нами подёрнулось мглой,
Звёзды всё ближе, а звуки всё тише
Я упивался волшебной страной!..
Зависнув недолго в звенящем беззвучье,
Мой птицеконь вдруг ушёл в пируэт,
Воздуха свист тонок и однозвучен:
Вниз понеслись мы, как пики стилет.
Глава четвёртая
Вижу сосну, что могучею кроной
Дыбила ночи зовущую высь.
Это мне место было знакомо,
Я отпустил жеребёнка пастись.
Взглядом ищу силуэт дивной феи,
Там где увидел её в первый раз…
Вот и она, но с крыл`ами Псих`еи,
Вышла из тени ко мне на показ.
– Кто ж Вы, чудесная дива земная?
Я осмелел и готов вопрошать —
Нимфа деревьев? Дриада лесная?
Как мне прикажете Вас называть??
– Имя моё в языках благозвучно:
Лелей Прекрасной меня называй
Или Еленой, что тоже созвучно.
Я берегу этот сказочный край.
И охраняю Священную Рощу.
Там, где мир Прави и Яви сплелись.
Только сегодняшней, дивною ночью,
Грани миров воедино слились.
В это волшебное чудное время,
Я, как богиня Весны, отступлю.
И мне на смену придёт воцарение
Живы – богини, с которой делю
Мира престол, его разные грани…
То, что в наследство нам дал Отец-Бог.
Мы – плод любви высших сил мироздания:
Матушки Лады, чей муж – сам Сварог!
Богу весеннего солнца Ярило,
Я прихожусь достославной женой.
Следом Даждьбог и супружница Жива
Будут беречь трёх чертогов покой.
Следом за ними приходит Морена,
Третья наша родная сестра.
С мужем своим, Чернобогом согбенным,
Родившим Кощеевые племен`а.
Правят они в зимних стужах и стынях,
Но до весны, там уж время моё.
Так в череде и в различных святынях
Оберегается Правь и Явьё.
Глава пятая
– Вот почему мне раскрылась вся тайна! —
Я увлечённо внимал её сказ. —
Время и место весьма уникальны,
Видно так звёзды сошлись в этот раз.
– Так, что-ж Вы хотите, любимец фортуны??.
Ваше желание исполнить хочу!
Леля тряхнула главой златокудрой
Лунному, руки подставив, лучу.
Вмиг, на ладонях богини возникло
Тонкой материи облако искр.
В мир осязаемый чудо проникло
И звука волшебного – низкий регистр.
Воздух вибрировал цветом и звуком,
Мягким касаньем прозрачной волны…
Где то в груди, сердце, бешеным стуком,
Что-то пыталось сказать о любви.
– Что же… приходит, тот час предрассветный,
Время, когда я свой трон уступлю
Живе, сестрице, защитницы летней.
Так торопитесь же, Ладой молю!!.
Но перед тем, как желанье исполнить,
Только одно лишь условие есть:
С первым лучом, Вам, уже и не вспомнить
Того, что случилось, что видели здесь…
Может и думал я, но лишь мгновенье,
Сердце огнём напитало мой пульс,
И как катарсис, и как откровение,
Спрятав в себе первородную грусть
Я произнёс, режа слоги, весомо,
Пусть вся Вселенная слышит меня:
– Нет мне милей и прекрасней такого,
Что бы с лучами грядущего дня
Я сохранил свою память о встрече!
Помнил я каждый прожитый здесь миг.
Пусть я лишь тем буду Вами отмечен,
Что я запомню прекрасный Ваш лик.
Это и есть моё высшее благо
Это желанье – достоинства суть.
И ничего от Богов мне не надо,
Только б в глаза Ваши снова взглянуть.
Леля смотрела без тени улыбки
И ничего не сказала в ответ.
Но, перед тем, как растаяла в дымке,
Быстрою тенью вспоров лунный свет
Прильнула ко мне, нежным, трепетным станом
Прячась губами в горячей щеке…
И в этом порыве – эмпато-спонтанном
Так, было многое, сказано мне.
* * *
Явь что вокруг, в мире снов заблудилась
Свет от луны – серебром окормлял,
Племя сверчков в тихой роще трудилось,
Им соловей – как умел – помогал.
Я пробирался в бескрайние дали
Ночь напевала мне песню свою
Спавшие листья о чём то шептали
Дрёмы забвение царило в лесу.
––
Словарь используемых слов, терминов и определений
ЛЕЛЯ – славянская богиня весны, молодости, красоты, символизирующая силы обновления в Природе и плодородие Земли-матушки.
Леля, в соответствии с большинством теорий, является иным представлением Афродиты древних греков, Лакшми индийцев, Артимаспы скифов, которая также дошла до наших дней как образ красоты, любви и счастья. В русских же сказаниях она была главной героиней, которая выступала под именем Елена Прекрасная и Алёнушка.
Имя Алёна в переводе со старославянского языка значит – алая, огненная, солнечная, так же, как в переводе с греческого Елена означает «огонь, светоносная, огненная».
ЛЕЛЬ – первый сын богини Лады у которой есть ещё три дочери – Морена, Жива и Леля. Пламенный бог любви, весны и молодости, оплодотворения всего живого. Мужская ипостась богини Лели.
ЯРИЛО – согласно представлениям славян, является мужем Лели, Славянский Бог Весеннего Солнца, мужская ипостась весны, почитаемый как Бог Плодородия и страсти. Ярило – среднее из воплощений Солнца, старше Даждьбога и младше повелителя зимнего Солнца – Хорса.
ЖИВА – богиня жизни и плодородия в русской ведической традиции, творческая созидательная энергия, животворящим потоком излучающая жизнь в Явь, спутница лета, наполняющая силой плодородной Землю-Матушку. Жива – олицетворение плодоносной жизненной силы, животворящая природа. Её муж – Даждьбог.
ДАЖДЬБОГ – «Дающий бог» – податель влаги небесной и урожая; он – бог, «дающий саму Жизнь» природе. А так же солнечный бог и носитель света солнечного.
Даждьбог – младший из трёх братьев, летнее воплощение Солнца. Он перенимал бразды правления из рук Ярилы в день летнего солнцестояния, который принимал их от Хорсъа в день весеннего равноденствия.
РОД – бог-прародитель, изначальная созидающая сила, творец мироздания, существующий вне времени и пространства. Он поРОДил всю Вселенную.
Сотворённое вселенское бытие состоит из трёх миров (трёх чертогово): Правь, Явь и Навь. Эти миры не существуют в разделении, всё пребывает в единстве.
СВАРОГ, первый сын Рода, продолживший великий акт творения мироздания. Он был создан Родом для упорядочения пространства мироздания, которое было им силой мысли порождено. Сварог – это бог небес, отец света, являющийся прародителем проявленного мира, сковавший на заре творения Вселенной всё сущее. Если Род-творец положил начало нашему миру, то Сварог продолжил великий акт творения мироздания, богом Родом начатый. Воля бога Рода к сотворению мира проявилась в сыне его Свароге, который воплотил волю Прародителя в жизнь, сотворив весь материальный мир.
Небесной обителью бога Сварога является Сварга пречистая, возвышающаяся за пределы видимых пространств явного мира. Владыкой сего Златого Чертога небесного является бог Сварог. Он бог богов в трисветлом Ирии небесном.
ЛАДА, Лада-матушка – движущая сила мироздания. Славянская Богиня Лада – это Богородица (Рожаница, Матерь-Родиха), Мать Небесная или Вселенская Мать. Мать славянских богов и богинь. Она супруга Небесного Отца – Сварога.
МАРЕНА (Мара, Морена) – Древняя богиня, связанная с воплощением смерти, с темнотой, с сезонными ритуалами умирания и воскресения природы, иногда с ритуалами вызывания дождя. Богиня Зимы. Мара относится к Божествам Запредельного Царства Нави. Третья дочь Лады и жена Чернобога.
ЧЕРНОБОГ – тёмная ипостась Рода – Чернобог, бог царства тьмы и разрушительных сил природы, которые являются не олицетворением сил зла, а необходимым действием очищения, предваряющим новый акт творения мироздания.
Повелитель Нави, Тьмы и Пекельного царства. Бог холода, уничтожения, смерти, зла; правитель Нави, бог времени. Бог, который управляет Познанием материального Мира и холодным Рассудком, простой, но железной Логикой и непомерным Эгоизмом. У Чернобога трое сыновей: Вий, Горын и младший – Кощей. Кощей охранял Лунный Чертог, где покоился сам Чернобог.
«ЯВЬ, ПРАВЬ и НАВЬ» – трёхчастное деление мира в славянском родноверии. В наиболее распространённом понимании – «три стороны бытия» или «три мира славянского мифологического миропонимания». «Правь» – мир светлых богов, божественный закон, «Навь» – обитель тёмных божеств, «Явь» – явный, земной мир, мир людей.
СВЯЩЕННАЯ РОЩА(БОГОЛЕСЬЕ). Слово Роща тесно связана с таким понятием, как вРАЩЕние, которое означало вРАЩЕние колеса пере-воПЛОЩЕний (в Ведах колесо Сансары), откуда русское слово возвРАЩЕние, т.е. воплощение ушедшего предка в своём потомке обратно в эту жизнь.
Именно в Роще с человеком происходили все превРАЩЕния, (вспомните русские волшебные сказки, когда герою помогает дерево, животное и даже печка. ), потому что правильно организованная Священная Роща способна была устраивать метаморфозы человека в направлении совершенствования. В Священной Роще происходило выРАЩИвание новых видов растений и животных, наРАЩИвание новых способностей, потому что Священная Роща была божественным инструментом в руках бога и человека, с помощью которого преобразовывался мир.
––
Можно сказать, что не просто так любили на Руси сказки, где главной героиней была Прекрасная Елена. В сказках ей всегда сватали царевича Ивана, либо брата. Например, братец Иванушка и сестрица Алёнушка. Тут стоит упомянуть, что в представлениях ранних славян богов нарекали супругами, но также и говорили, что они становятся от того друг другу братом и сестрой, не кровных, но духовным родством. Здесь мы наконец-то можем провести параллель между парами Иванушка-Алёнушка и Купала-Леля, которые были детьми Лады, в греческих представлениях Аполлон-Елена.
Казалось бы всего лишь сказочные имена, так горячо любимых нами сказочных героев, а сколько всего кроется за ними. Это интересные тайны истории наших предков, которую мы и по сей день стремимся хотя бы разобрать, не говоря уж о том, чтобы понять, а запутаться здесь есть где. Воистину загадочна и притягательна история наших предков, их верования и культура, их быт, то как они смотрели на этот мир. Их жизнь была наполнена мудростью и пониманием, несмотря на то, что сейчас мы не можем понять многих скрытых от нас пеленой времени тайн, об этом спорить не приходится.