– Вообще-то это не фонари, а фары, – откликнулась гостья из мира людей. – Не настоящие, конечно. Но какие смогла, такие и намагичила. Зато светят без батареек и электричества.
– И здорово светят! – кивнул викот. – Я бы тоже мог что-то подобное сообразить, но ты сделала это быстрее и круче.
– А почему свет так отражается от стен? – спросил Бус. – Они же, кажется, каменные, а не стеклянные.
– Может их отполировали? – предположил Пари.
– Ага, вручную, – хмыкнул Бус. – Точильными брусками, а потом меховыми шкурками. Представляешь, сколько это потребовало бы усилий и времени.
– Да никто их не полировал, – вмешался в разговор водителей графкэт. – Судя по всему, проход был сделан путем оплавления пород.
– Кем?
– Скорее всего, пракотами, владевшими или утраченными ныне технологиями, или сверхмощной магией, недоступной ныне живущим в ТерраКоте магам. Хотя… – искоса глянул на попутчицу Костра.
– И не думай даже, – заметила брошенный на нее взгляд Стелла. – Я за такое ни за какие коврижки не возьмусь!
– А что такое коврижки? – Тут же не промедлил с вопросом Шуршунчик.
– Вроде бы пирожки такие… а может и пряники, – нахмурила лоб девочка.
– Вкусные? – Дружно проявили гастрономический интерес Пари и Бус.
– Наверное. Не пробовала.
– А зачем тогда так говоришь?
– Да это просто выражение такое, – хмыкнула Стелла.
– Образное. Для красного словца, – проявил эрудицию Костра. И тут же переключил внимание водителей. – О, видите там белое пятно впереди слева?
– Видим…
– Знаете, что это?
– Нет, – замотали головами Парибусы.
– Скелет котояги.
– Что?! – ударил по тормозам Бус. – Я дальше не поеду!
– Испугался что ли? – хихикнул графкэт.
– Я котояг с детства боюсь. У нас в интернате такие страшные истории про них рассказывали!
– А ты хоть одну из них когда-нибудь в натуре встречал?
– Нет. И не хочу встретить. Даже в виде скелета.
– Не боись. Я пошутил. Это скелет не котояги, а древнего животного с большой длинной клыкастой пастью. Похожего на ходячего двуногого дракона.
– Динозавра что ли? – вклинилась в разговор Стелла.