Он перебрал в памяти всех своих друзей и знакомых. Расширил круг их знакомыми и знакомыми их знакомых. Вспомнил известных ученых и просто заслуженных, знаменитых людей. Потом подумал, что наилучший вариант может оказаться в любом, даже самом удаленном уголке страны. Он решил ограничиться соотечественниками. Миллионы лиц проносились перед ним одной сплошной лентой, сливаясь в неразличимую массу, из которой иногда вдруг четко и резко проявлялись лица самых достойных кандидатов. Он заглянул в прошлое каждого из них, досконально изучил нюансы и подробности минувших лет жизни. Люди и их судьбы существенно различались деталями и все же удивительным образом походили друг на друга. Получалось так, что принципиальной разницы не было. В любом более-менее представительном срезе общества присутствовали подходящие варианты. Он вновь вернулся к знакомым. С ними проще договориться, к ним больше доверия. Отбросил тех, кто по каким-то причинам не подходил на уготованную им великую роль в мировом правительстве. Осталось совсем немного.
Как бы там ни было, но полностью контролировать своей властью свободную от природы человеческую личность оказалось невозможным. Получалось манипулировать, на время завладевать сознанием, и даже волей, но наиболее действенной формой взаимодействия по-прежнему оставалось доверие. Полное и безоговорочное. Поэтому Козырев решил еще более ограничить круг своего прямого общения, введя иерархию уже внутри Глобального межнационального совета. Создать некое подобие президиума.
В президиум вошло всего пять человек, самых близких и преданных ему друзей. Именно их он и собрал в своей новой, только что созданной специально для этих целей резиденции. Первой резиденции будущего мирового правительства. Именно им раскрыл все карты, для убедительности продемонстрировав некоторые из своих поразительных возможностей. Именно к ним он обратился с пламенной, вдохновенной речью: