Орал он долго и неистово. Иногда, заходясь в неудержимом гневе, искусственно заниженный голос невольно срывался на фальцет. Изо рта брызгала пена. На бедную девушку было жалко смотреть. Трудно себе представить, чтобы всемогущий волшебник настолько не умел контролировать собственные эмоции. Но одним только истошным криком дело не завершилось. Выплеснув наружу первый поток раздражения, магистр поднял обе руки вверх, полы плаща раскрылись, между ладонями проскочила молния.
Арсений, который использовал для своих целей первый подвернувшийся под руку объект в виде ни в чем неповинной официантки, чувствовал некоторую вину за испытанный ею страх и вынужденные моральные страдания. Пришла пора вмешаться.
– Почтеннейший! – громко и уверенно обратился он к страшному гостю из потустороннего мира. – Может быть, вы уже оставите в покое эту милую леди?! Ведь негоже, в самом деле, срывать раздражение от собственного провала на слабой и беззащитной женщине. Возможно, в вашем темном царстве так и принято, но здесь, у нас, увы, несколько иные порядки. И вам, так или иначе, придется их соблюдать!
Таммуз удивленно перевел взгляд на смелого посетителя. Кто бы мог решиться общаться со слугой самого дьявола в столь вольной, снисходительной и даже оскорбительной манере. Меж тем Козырев, убедившись, что успешно завладел вниманием магистра, продолжил:
– Не соблаговолите ли присоединиться к нашей скромной трапезе, – он жестом указал на свободное кресло возле их столика. – У меня имеется к вам несколько вопросов.
Впервые за долгое время чародей, успевший привыкнуть к почитанию и раболепству простых смертных, замер в нерешительности. Так свободно разговаривать с ним мог либо полный сумасшедший, либо человек, совершенно уверенный в своем над ним превосходстве.
– Да-да, не стесняйтесь, – приободрил его Арсений, – ведь, в конце концов, это именно я облил вас горячим супом. И я весь к вашим услугам!