Провидение не заставило его долго томиться в ожидании. Очень скоро дверь ресторана распахнулась, и «магистр темных сил» предстал в полном своем ужасающем великолепии. Как оказалось, Таммуз настолько органично вжился в роль, что продолжал тщательно следовать придуманному образу даже вне сцены.
Его сопровождала внушительная свита, которая была под стать образу своего духовного лидера. Вся толпа шумно ввалилась в небольшое помещение, напугав и озадачив молоденькую администраторшу. Магистр громко отчитывал кого-то из приближенных, совершенно не стесняясь окружающих. Громким, зычным голосом он раздраженно и агрессивно вещал вперед себя, не глядя на собеседников. Очевидно, те отлично знали, на кого направлен гнев хозяина:
– Вы совершенно утратили чувство самосохранения, бездари, ничтожества, черви ползучие! Уничтожу, сгною, развею по ветру! Твари, грязные твари, недостойные целовать мои ноги!
– Но, ваше могущество, мы можем вызвать вам другую машину, всего лишь несколько минут, и вы сможете продолжить свой благородный путь к вашему святейшему жилищу! – попытался робко возразить тонюсенький, хрупкий паренек из свиты с неестественно бледным, болезненным лицом. Черный атласный плащ до пят еще более подчеркивал его худобу, голову закрывал широкий капюшон. На столь мрачном фоне казалось, что голова отделена от тела и живет внутри бездонной темной бездны собственной, самостоятельной жизнью.
– Что? – прогрохотал «властелин тьмы» и даже удосужился повернуться в сторону остолбеневшего паренька. Впрочем, тот от подобной милости явно не пришел в восторг, а, наоборот, весь как-то скрючился, скукожился, словно мечтал окончательно раствориться во мраке. – Я?!? Я внутри чужой, грязной кареты?
Таммуз засунул руку под одежду и извлек наружу продолговатый серебристый предмет, формой и размером похожий на полицейский фонарь. Этакий жезл всевластия. Паренек в отчаяньи пал ниц, магистр же развернул жезл широкой частью книзу и направил его на лежащее пред ним тело. Громкий щелчок, из фонаря на одно лишь мгновенье вырвался яркий, голубоватый свет, и тело несчастного тотчас обмякло. Еще двое из темной свиты тут же утащили его за пределы видимости.