Арсений никогда не узнал об этом, но за исполненное желание на его банковскую карту благодарный Сергей Фомич перечислил ровно пять миллионов рублей. Это составляло почти треть украденной суммы. Добровольный взнос не стал рекордным. Ни вообще, ни даже на тот конкретный момент времени. Козыреву случалось получать и куда более весомые в материальном плане пожертвования. И все же такое количество нулей в смс от банка наблюдать удавалось нечасто. Каждый раз в таких случаях Арсений удивленно поднимал брови и удовлетворенно похрюкивал. На первых порах. Пока его еще интересовало состояние своего счета.
И все же Серафим оказался самым благодарным из всех. По отношению к полученному, в соответствии с его личным достатком, принесенная им в жертву сумма так и осталась максимальной из всех прочих.
Больше Жилов никогда не воровал. Теперь он смертельно, панически боялся что-либо украсть. Даже случайно. Он свято верил: Проведение не простит.
* * *
С каждым прожитым днем Козырев становился сильнее, способнее, увереннее в себе. Все больше возможностей становилось ему доступно. Имея постоянную практику, анализируя результаты повседневных экспериментов, он кое в чем даже превзошел те навыки, с которыми познакомился с самого начала в своих реальных сновидениях. Конечно, многое еще оставалось ему недоступным. Например, создавать предметы из воздуха пока не получалось. Воспарить ввысь, подняться над поверхностью земли без каких-либо приспособлений тоже оставалось за пределом его «магического» потенциала. Изначально, основываясь на рассказах Мусы Бурхана о сиддхах, он именно так и представлял себе всемогущество. Удивительная информация, поведанная старым йогином, надолго врезалась в его память и даже в чем-то определила направление для научного поиска. Но пока что нарушений физических законов не наблюдалось, хотя Козырев следил за этим чрезвычайно внимательно. Потенциальная возможность преодолеть силой человеческого разума незыблемые, фундаментальные положения мироустройства сейчас являлась для него тем камнем преткновения, который позволит, либо наоборот, не позволит двинуться дальше. Останется ли он навсегда в роли этакого баловня судьбы, везунчика, которому, конечно, многое дано в этом мире, но который вместе с тем все же существует в тех же самых строгих границах материальных законов вместе со всеми остальными. Или же предела не существует. Все барьеры мнимы, условны, и порождены исключительно лишь ограниченностью нашего разума, убогим воображением и недостатком веры.