Это здание строилось с начала тридцатых годов двадцатого века, с присущей тому времени основательностью, специально под нужды главного книгохранилища страны. Но война внесла свои коррективы. Предвидя разрушающие бомбежки столицы, ради спасения бесценных фондов работницы библиотеки на своих руках переносили по шестьсот ящиков с книгами за смену в еще недостроенное здание. А потом долгие годы самоотверженно защищали бесценные фолианты от холода, сырости и других капризов погоды. Строительство завершилось лишь в послевоенные годы.
Они расположились в небольшом читальном зале первого этажа. Собственно, читальным залом это помещение можно было назвать с изрядной натяжкой. Несколько столиков справа и слева от прохода, соединяющего корпуса библиотеки. Посетителей в нем почти никогда не было, для работы гораздо лучше подходили другие, большие и просторные залы, в которых неукоснительно соблюдалась строжайшая тишина. А здесь можно было спокойно разговаривать, не привлекая ненужное внимание и не мешая другим.
Старинная массивная деревянная мебель. Отделка стен в том же стиле. Звукопоглощающие панели, обитые кожей. В каждой детали ощущение былой роскоши и основательности. Все вокруг располагало к неторопливой, рассудительной научной, беседе.
– Я вот чем хотел с вами поделиться, Евгений Михайлович, – начал, наконец, Козырев. – Мы ведь с вами физики. Психология, да и вообще биология, довольно далека от нас.
– Согласен, следует это признать. А ты что же, решил заняться психологией?
– Не то чтобы психологией, скорее парапсихологией.
– О, это уже интереснее! Я все ж таки немного знаком с этой темой.
– Именно поэтому я хотел встретиться. Я тут почитал кое-какие книжки и набрел на любопытные факты. Оказывается, с точки зрения строгой науки существование экстрасенсорных феноменов, или, по-другому, пси-явлений, до сих пор недосказано. Наука вас отрицает, профессор!
Малахов невольно прыснул от смеха.