– Хватит уже, надоело! Почему атмосфера в нашей семье всегда зависит от твоего настроения? Сколько можно подстраиваться под тебя? Я уже не знаю, как тебе угодить! Со страхом жду твоего возвращения с работы. Пытаюсь угадать все твои желания, лишь бы не расстроить любимого, не вызвать случайно его гнева. Но ты в последнее время недоволен всегда! Я больше не могу, я устала. Нельзя же быть таким эгоистом! Ты не один живешь в этой квартире, нужно учитывать мои чувства!
Арсений понимал справедливость упрека жены, но непокорный характер отказывался признавать очевидность. И злость от этого только усиливалась. С трудом собрав в кулак остатки воли, он процедил сквозь зубы:
– Если используешь звучные определения, то хотя бы узнай сначала, что они обозначают.
– Что я опять сказала неправильно? Чем оскорбила благородный слух вашего величества? Вы уж простите нас, неразумных! Мы университетов не заканчивали. Недостойны целовать пыль на ваших ботинках!
– Что ты ерничаешь? Если ты думала задеть меня, назвав эгоистом, то ты глубоко ошиблась. Не вижу ничего плохого в таком определении. Да, я эгоист и горжусь этим. Эгоизм – это нормально, это естественная черта любого уважающего себя индивидуума. Более того, лишь эгоизм является настоящим двигателем прогресса. Кто тебя полюбит, если ты даже сам себя не любишь? Кого ты сможешь полюбить, если даже себя полюбить не в состоянии?
Вика опешила от столь откровенного признания.
– Значит, ты любишь только себя? И так открыто об этом заявляешь? А как же мы? Мы для тебя совсем ничего не значим?
– Не передергивай! Да, я люблю себя больше всех остальных людей на свете. Но это не значит, что я больше никого не люблю. Это не так. Я очень люблю своих детей, ведь они моя частичка, плоть от плоти моей. Можно сказать, мои творения, моя боль, моя радость, моя ответственность. И тебя я тоже люблю. Что бы ты там себе ни думала. Мы с тобой прошли вместе через радость и через горе. Столько всего пережили, находясь рядом, поддерживая друг друга. Стали единым целым. Как же я могу не любить тебя?
– Ну да. Спасибо, что нашел для меня маленькое местечко в своем огромном сердце, почти целиком занятым тобой одним.