– Не важно что, просто говори о чем угодно. Расскажи нам какую-нибудь сказку.
– Сказку? Ну хорошо, я попробую. Только я никогда раньше не сочинял сказок. Так что не обессудь, ежели что не так.
Вика еще сильнее вжалась в плечо любимого и натянула по самые уши мягкий, теплый плед. Арсений говорил первое, что придет в голову, вспоминая и переплетая немыслимым образом всплывающие в голове разнообразные факты, гипотезы, предположения.
– Давным-давно на далекой-предалекой волшебной планете, в самом центре галактики, среди множества красивейших звезд, жил да был и ни о чем не тужил один замечательный народ. Планета называлась Ари́я, а жители ее гордо именовали себя ари́ями. Все они были представителями славной белой расы, состоящей из трех древнейших родов: росичей, словенов и святорусов, живущих между собой в дружбе, любви и согласии. И все было прекрасно на этой чудесной планете. Три разноцветных солнца заботливо обогревали и освещали ее поверхность. Когда одно солнце клонилось к закату, второе уже достигало зенита, а третье только-только, едва-едва показывало свой первый лучик из-за горизонта. И не было на этой планете ни зимы, ни ночи, ни холода, ни тьмы, а всегда только один сплошной летний день. И состоял он, в отличие от наших земных суток, из трех разноцветных промежутков: сперва на планету приходил красный день, потом он постепенно становился желтым, ну а тот, в свою очередь, сменялся голубым. А затем снова красный. По цвету каждого из трех солнц. И так по кругу, от начала времен и во веки веков!
Эта волнующая игра света придавала Ари́и всевозможные оттенки необычайной красоты. Чем выше над горизонтом поднималось одно из трех светил, тем сильнее преобладал его цвет в красках волшебного мира. Яркий голубой, получая первую, едва заметную порцию нежно-розовых лучей, становился сначала синим-синим, а затем слегка фиолетовым. Когда же поднималось выше красное солнышко, все вокруг насыщалось пурпурным цветом. Вскоре голубого в дневном свете почти не оставалось, а над горизонтом появлялся огромный желтый круг – это солнце было больше и ярче прочих. Оно быстро захватывало власть над поверхностью планеты, окрашивая все вокруг радостными желто-оранжевыми тонами. Чем дольше длился день, тем больше становилось желтого и меньше оранжевого цвета. Потом, будто из ниоткуда, вновь возникали ярко-голубые лучи и, проведя планету через все оттенки зеленого, полностью завладевали миром на несколько арийских часов.