Зная Козырева как хорошего, опытного программиста, к тому же всецело доверяя ему как давнему и проверенному другу, Алексей предложил Арсению навести порядок на его фирме в части информационных технологий, заняв должность ИТ-директора. Тот не стал лукавить, сразу признался, что работу ищет временную, всего лишь на несколько месяцев, максимум на полгода, лишь бы переждать период неопределенности. Впрочем, тогда он еще не был уверен абсолютно, сможет ли войти в итоговый список стипендиатов. Но Алексей разумно рассудил, что нет ничего более постоянного, чем временное, что человек полагает, а Господь располагает, предупреждение друга услышал, принял к сведенью, но от своих планов не отказался. К тому же ситуация с автоматизацией в компании сложилась к тому моменту весьма плачевная. Руководители менялись один за другим, в коллективе царил разброд и шатание, все держалось на двух-трех специалистах, потеря которых привела бы к краху всей информационной инфраструктуры довольно крупного предприятия. Интеграция с другими подразделениями холдинга постоянно давала сбои, отчего головной офис не получал вовремя нужные данные, в аналитические отчеты закрадывались фатальные ошибки, а совет директоров принимал неверные стратегические решения. Отец давно перестал просить. Он в жесткой форме требовал от сына навести порядок на вверенном ему участке. Козырев подвернулся очень кстати, Алексей связывал с ним немалые надежды.
Что действительно удивило Арсения, так это тот уровень дохода, который ему предложил Линерштейн на посту руководителя информационной службы. Столько молодой ученый не зарабатывал еще никогда, даже будучи руководителем группы «Вихрь», а зарплата в группе по научным меркам составляла огромную сумму. Даже швейцарская стипендия не могла составить конкуренцию окладу ИТ-директора. Особенно если принять во внимание обещанные бонусы и прочие «вкусности» типа служебного автомобиля, дополнительного отпуска и «золотого парашюта». Но у предложения ЦЕРНа было одно неоспоримое преимущество: там предлагали заниматься любимым делом. Пусть даже безотносительно к собственной теме.