Козырев в очередной раз подумал о том, насколько ему легко и приятно общаться с Малаховым, несмотря на разницу в возрасте. Ни с кем, ни с одним человеком на земле он не мог говорить столь откровенно и искренне. Даже с родителями, даже с Викой. Мать и отец слишком сильно переживали за свое единственное чадо, да к тому же, как и все родители, до сих пор продолжали видеть в нем маленького мальчика, неспособного к принятию верных самостоятельных решений. Постоянно опекали его, даже воспитывали. С ними приходилось скрывать многие из своих чувств, опасаясь наткнуться на непрошенную гиперактивность в стремлении помочь любимому сыночку.
С Викой тоже нельзя было вести себя до конца естественно. Взаимоотношения между мужчиной и женщиной требуют постоянной подпитки, ведь женщины любят не конкретного человека, а тот образ, который они создали в своей очаровательной головке. И если этот образ по счастливому стечению обстоятельств оказался удачным, необходимо поддерживать его, так сказать, соответствовать назначенной роли. Конечно, с течением времени супруги притираются друг к другу, распознают истинные человеческие качества партнера, учатся принимать его таким, какой он есть на самом деле, но все же доля игры остается навсегда, присутствует в отношениях до самого последнего дня.
Друзья? Что ж, у Козырева действительно было несколько очень близких друзей из числа школьных, университетских или институтских товарищей, с которыми он мог поделиться самым сокровенным. Однако никто, даже Антон Малахов, не был настолько близок ему по духу, по характеру, как его учитель и старинный приятель всей семьи Козыревых. Он с благодарностью посмотрел на профессора:
– Спасибо, Евгений Михайлович, вы очень мне помогли! Это искренне!
– Ну что ты, разве ж за такое благодарят.
– Однако поздно уже, пора до дому, все же еще немного переживаю за Вику.
– Как она?
– Уже гораздо лучше. Можно сказать, что кризис миновал и теперь остается только ждать, время все залечит.
Они выключили свет, заперли дверь лаборатории и вместе направились к ближайшей станции метро. Завтра должна была решиться судьба научной группы «Вихрь».