К подчиненным он был требовательным. Даже маститые, заслуженные ученые удивлялись той легкости, той решимости с которыми Козырев ставил им задачи. Авторитеты для него не существовали никогда, но теперь он научился правильному подходу к людям и мог дать поручение, попросить или даже потребовать таким образом, что у подчиненных не возникало отторжения, не задевались личные чувства. К тому же ничто так не вдохновляет коллектив, как личный пример руководителя. Видя, что Козырев сам отдается работе весь до конца, до последней минуты или секунды, они подсознательно тянулись за ним, стремились не отставать. Хотя, конечно, требовать от сотрудников работать в том же режиме было бы просто нелепо. Каждый определял для себя график самостоятельно. При этом общий энтузиазм и желание работать были на таком высоком уровне, что буквально у всех скопилось огромное количество переработок. Даже привлеченные в качестве консультантов гранды российской науки стали появляться в лабораториях гораздо чаще, чтобы самим воочию понаблюдать, поприсутствовать при рождении потрясающих, грандиозных открытий.
Создается ощущение, что уже вот-вот, совсем рядом, еще чуть-чуть, еще один рывок, еще один шаг – и успех придет. Нужно собрать остатки сил и дожать, дотерпеть, дотащить этот тяжкий груз до последней финишной ленты. Когда цель близка, буквально видна перед тобой, лишь протяни посильнее руки, вытянись в струнку и, возможно, удастся схватить ее, подтащить к себе. Но нет, не хватает, пока не хватает каких-то ничтожных сантиметров, чтобы зацепиться. В последний момент победа ускользает прямо из пальцев, но не исчезает бесследно, а лишь немного отодвигается и продолжает звать к себе, манить, дразнить кажущейся простотой и достижимостью.