– Да, сфера политики и интриг – это не моя область… Но что делать, придется как-то приспосабливаться.
– Ничего, ты не переживай. Политика, конечно, дело грязное, но ты успокаивай себя тем, что в конечном итоге все ради большого, общего дела.
– Ладно, Евгений Михайлович, считайте, что вы меня уговорили. Обещаю совладать со своим характером. Коль на благо общего дела.
Нравоучительная беседа Малахова, который знал Арсения как облупленного, возымела необходимое действие. Козырев подошел к вопросу вхождения в должность чрезвычайно ответственно и осторожно. Старался не делать резких шагов, не менять кардинально заведенных правил и установившихся процедур. Беседа с Демидовым прошла вполне успешно, даже лучше, чем они могли надеяться. Сам Виктор Михайлович довольно быстро пережил случившееся и как умный человек сумел отыскать для себя положительные моменты. Козырев с помощью Малахова сумел добиться для него существенной прибавки к зарплате и в материальном плане несостоявшийся руководитель практически не пострадал. Зато никакой ответственности, никакой головной боли, никаких отчетных бумаг и скучной административной рутины. Чистая научная работа без неприятных примесей.
Арсений с головой погрузился в работу. Назначение будто бы добавило ему сил и энергии, хотя казалось, что человеческому организму это уже не под силу. Но нет. Он и до этого работал много, часто задерживался вечерами и даже иногда жертвовал выходными. Теперь же он проводил в институте все свое время, не только рабочее, но и свободное. Уходил за полночь, а утром, в девять часов, уже как штык был на месте. Какие-то эксперименты группы он остановил, зато начал несколько новых. Приходилось много спорить, доказывать свою правоту, придумывать доводы и аргументы, зато такой подход позволял найти понимание в коллективе и установить наконец контакт практически со всеми сотрудниками.