– Да, все изменилось. Ну, во-первых, начнем с того, что коль уж я принял решение на тебе жениться, я его не изменю и не изменил бы никогда. Для меня штамп в паспорте стоял уже в тот момент, когда я предложил тебе выйти за меня замуж.
– Если это можно назвать предложением.
– Согласен, укор справедливый. Но что было, то было, этого исправить я не могу. И все же ты должна знать, что, сделав тебе предложение, я тем самым уже взял на себя определенные обязательства. И никакой загс, никакой штамп мне не указ. Только я сам могу отвечать за свои слова, и я за них отвечаю. Поэтому твои опасения, что я тебя брошу, и раньше не имели под собой никаких оснований. Даже если бы я остаток всей свой жизни до конца дней вынужден был мучиться, я все равно не изменил бы своему слову.
– Это не то, что хотела бы услышать женщина. У тебя получается: «Все равно тебя не брошу, потому что я хороший!»
– Я знаю. Теперь знаю. И рад, что могу теперь сказать тебе то самое, другое. То, что во-вторых. Я очень изменился за это время. Прежде всего я поверил в твою любовь. Согласись, у меня были основания для сомнений.
– Какие у тебя могли быть сомнения?! Ты же читал мое письмо! Я так… Эх, да что там говорить…
– Ну да, наверное. Пожалуй, я излишне практичен. Слова для меня ничего не значат. А факты были таковы, что девушка из курортного городка с сомнительной репутацией, с непонятным прошлым сама проявила инициативу знакомства, сама приехала в Москву в поисках лучшей жизни. Воспользовалась, так сказать, подвернувшимся вариантом. Что я должен был думать? Почему должен был тебе поверить сразу и безоговорочно? Ты не можешь меня за это осуждать!
Вика хотела что-то сказать, но Арсений не дал ей такой возможности.
– Погоди, не перебивай меня, я еще не закончил. Это важно! Дослушай! Так вот. Это я тогда так думал. Сейчас это все в прошлом. Я тебе поверил, и для меня это очень важно! Я вообще такой человек, что могу очень многое простить и очень многое могу сделать для того, кто меня искренне любит. Поэтому ты меня извини за те обиды, которые я тебе когда-то нанес, поверь, теперь я об этом сожалею!
Вика кивнула.