Женщина оторвала взгляд от тетради, уставившись в окно непонимающим взглядом. Какое-то время она продолжала находиться там, где-то глубоко в своих мыслях, не сразу поняв, откуда взялся этот неожиданный раздражающий фактор. Вынырнув наконец в реальность, Нонна Алексеевна, сохраняя прежнюю позу, лишь досадливо отмахнулась от его слов:
– Прекрати! Не валяй дурака! Вот тоже мне еще придумал!
– Это не обсуждается. – Арсений был тверд и резок. – Я просто тебя информирую.
Он демонстративно уселся на диван перед телевизором, закинул ногу на ногу, взял пульт и стал перебирать каналы, пытаясь скрыть нахлынувшее нервное возбуждение. Нонна Алексеевна поняла, что сын настроен серьезно и предстоит непростой разговор. Она отложила ручку, развернулась на вращающемся кресле к нему лицом и строго сказала:
– Ну ладно. Давай поговорим. Ты что, действительно собираешься каждый месяц выбрасывать на помойку кучу денег? Ради чего, ты подумай хорошенько. И ради кого? Неужто ради нее?
– Ради себя. Я не хочу, чтобы за меня решали, как мне следует жить и с кем мне следует жить. А здесь у меня этого не получится.
– Сынок, ну посуди сам, – примирительно продолжала мать, – лучше эти деньги отложить. Через какое-то время соберешь солидную сумму, купишь себе жилье. И тогда живи один на здоровье. В этом случае деньги останутся при тебе. Станут твоим капиталом в форме недвижимости.
– Мам, ну какая недвижимость? Сколько лет я буду на нее копить? Не хочу даже пытаться. Я живу сейчас, а не потом когда-нибудь.
– Это все она тебя науськивает! Ну хорошо, приехала, пожила немного. Что-то она загостилась, ты не находишь? Пора и честь знать. Я понимаю, тебе неудобно, хочешь, я с ней поговорю?
– Нет, не хочу. Ты меня извини, конечно, за прямоту, но это тебя не касается. Будет столько жить, сколько я решу. Не хотите, чтобы мы жили здесь, – ладно, мы съедем. Будем жить в другом месте. Этого уж нам ты никак запретить не сможешь.
– Ну и что, ты собираешься с ней всю жизнь прожить? Уцепился за первую попавшуюся юбку и боишься оторваться? Своего мнения уже совсем не имеешь! И это ты, который так всегда кичился своими независимыми суждениями! Разочаровал ты меня, сынок!