– Очевидно, влияют какие-то внешние обстоятельства, которые никоим образом не должны были оказывать влияния. Возможно, неоднозначное поведение каких-нибудь библиотек, – предположил он.
– Не думаю, сто раз их использовали. К тому же мы посмотрели выход, все в порядке.
– Если бы нам повезло нарваться в отладчике на тот самый случай, когда происходит сбой… Только как же его поймаешь. Так, а ты этот класс от кого наследовала?
– Стандартный, библиотечный.
– Да уж. Как говорится, если раньше, до появления ООП17, разработчики просто делали ошибки, то теперь они их наследуют. Прямо ДНК какая-то, мать их.
– Ага, как в том анекдоте. «Посмотри, где у меня ошибка» – «В ДНК!»
– Лен, вот мне, блин, сейчас реально не до смеха!
– Ты все-таки грешишь на библиотеки?
– Да я уже не знаю, на что и грешить! Мы все проверили! Методом исключения остаются только библиотеки. А в них дебагером не залезешь, даже кода исходного нет.
– Дизассемблировать объектник…
– Шутишь? Смешно.
– Ладно, извини.
В помещении появился Цыпкин и сразу же направился к погруженным в глубокую отладку спецам. Прямо с ходу, проигнорировав обычные нормы вежливости, на повышенных тонах произнес:
– Козырев, я бы попросил вас, вместо того чтобы флиртовать с сомнительными дамами, хотя бы изредка, так, для разнообразия, заниматься своими прямыми обязанностями!
– Насколько я помню, Сергей Львович, я все ваши (в уме Козырев произнес слово «тупые», но вслух не озвучил) поручения выполнил.
– Ах, ты выполнил, тогда обработай еще вот этот отчет. – Цыпкин шлепнул на стол увесистый труд. – В расчетах где-то ошибка, нужно найти. Ты же любишь у нас искать чужие ошибки!
Подчиненный недоуменно осмотрел фолиант, затем перевел взгляд на начальника:
– Я что, похож на Золушку?
– Мне нравится твоя аллегория. Заметь, ты сам себя так назвал, так что потом не обижайся.
– Да здесь на месяц работы, и то, если повезет! Почему бы автору самому не поискать ошибку?
– Автор сейчас занят другими задачами!