Это не было хобби. Ни один энтузиаст одиночка не способен поддерживать такую активность на протяжении почти двух десятилетий с эффективностью целого редакционного отдела. Это была работа. Чья-то методичная, холодная, беспощадная работа.
И в этот момент Максим вспомнил. Он вспомнил то, что заставило его уйти из программистов и стать журналистом. Он вспомнил своего лучшего друга, чья карьера была уничтожена одной анонимной записью в блоге. Маленькая, искусно искаженная деталь из его биографии, поданная как неопровержимый факт, превратила талантливого ученого в изгоя. Максим тогда потратил полгода, чтобы найти автора, опровергнуть ложь, но было уже поздно. Грязь прилипла. Репутация была разрушена. Он видел, как цифровая ложь ломает настоящую человеческую жизнь.
Его профессиональное кредо родилось из того пепла: «Правда не существует, пока за нее не борются».
Он посмотрел на ник Tempus на экране. И понял, что его статья о новых религиозных движениях может подождать. Потому что он нашел историю куда важнее. Он нашел того самого дракона, с которым сражался много лет назад. Только теперь дракон вырос. Он перестал жечь одиночные деревни и принялся выжигать целые континенты в самом доверенном источнике информации на планете.
Максим Руднев закрыл все вкладки, кроме одной. Той, что вела в логово призрака. Расследование началось.
Глава 2. Призрак в машине
Первые несколько дней Максим чувствовал себя сталкером, выслеживающим зверя в цифровых джунглях. Он спал по четыре часа, питался кофе и бутербродами, не выходя из квартиры, и полностью погрузился в мир, состоящий из логов, дифов и временных меток. Мир, в котором жил Tempus.
Википедия, благодаря своей открытости, была идеальным полем для охоты. Каждое действие, каждая измененная запятая оставляли след. Это был гигантский, публичный архив, и Максим, бывший специалист по информационным технологиям, чувствовал себя в нем как рыба в воде. Он начал с простого – выгрузки всей истории правок пользователя Tempus. Получившийся файл был настолько огромен, что его старенький ноутбук несколько раз зависал, пытаясь его обработать.