От пьянства к воровству: Иштар-Инанна и таблички «ме»
…Великая богиня Междуречья Иштар захотела заполучить себе некие «ме»…
«Ме» называют табличками судеб, шире – это некие энергии, силы, знания. В связи с этим, мы можем вспомнить образ самораспятия Одина, ради обретения знания священных рун.
…Иштар плывёт к своему отцу, богу Энки…
Три Бога Междуречья назывались её отцами. В разных гимнах, её отцами именуются – то Ану, то Энлиль, то Энки. Конечно, это может быть связано с путаницей между различными версиями мифа, и вообще различными мифами, но так же, напоминает нам трёх братьев-богов, убивших великана Имира в мифологии германцев и скандинавов, ты помнишь, это Один, Вили и Ве, и «трёх сестричунек» в русской народной песне, к которой мы ещё подойдём. Так или иначе, все подобные образы, тем более – на этом этапе событий, указывают нам на символ цифры «три», то есть – на триединство, воспламеняющее первый большой взрыв. Полагаю, что он здесь и подразумевается, в этом движении Иштар к её отцу, тем более – «по воде».
…Иштар приплывает. Энки радостно встречает её, и устраивает пир, на что она и рассчитывала. Опьянённый отец, расчувствовавшись, в ответ на просьбу Иштар, отдаёт ей таблички «ме». Их перечисление в гимне, звучит, как перечисление самых разных качеств, положительных и отрицательных. Довольная Иштар с табличками, убегает. Её пытаются догнать, остановить, но тщетно…
Думаю, ты сам всё понимаешь. Движение Иштар вперёд, к отцу – это взрыв, расширение, а то, что наша вороватая героиня тайком убегает – это сжатие, схлопывание взрыва в точку. Радостный экстаз опьянения здесь, соответствует порыву, экстазу взрыва, его настроению. Там же, упоминается богиня-помощница, богиня-служанка Иштар – Ниншубур, чьё имя переводится как «госпожа свинья». Думаю, ты уже вспомнил Вишну, в образе борова Варахи, отправившегося «под землю», в поисках начала лингама Шивы. Ниншубур здесь, может быть дополнительным указанием на движение «вниз», назад, к началу, к истоку взрыва. Примеры того, что первый большой взрыв символически описывается, как добыча чего-то чудесного, мы уже встречали в мифе об Одине, распявшем себя на мировом древе, и не раз встретим ещё.
Много ещё, можно найти образов самых разных, открывающих нам события первого круга творения, в самых различных обличиях, но пришло уже время понять нам – как же, когда-то, это всё началось.