Глава 1. Имена чисел
Однажды очень древний и весьма первобытный человек кормился бананами у подножия большого дерева. Рядом с ним собирала плоды женщина, в которой тогда было еще больше от самки, чем от женщины. Она была более успешна в розыске упавших плодов, чем он, и ее спутник вдруг сообразил, что два банана – больше чем один. И это привело его к мысли о том, что у соседки образовались некие излишки. Он вознамерился было отнять у дамы ее поживу, но та, указав на дерево, доказала агрессивному собрату, что там таких плодов еще много – не один и не два, а три, четыре, пять… много раз по пять… Вы понимаете, к чему я клоню? К тому что именно с этого, с умения вычислять, складывать и отнимать зародились азы человеческого интеллекта. Я не удивлюсь, если именно этих пра-людей их потомки назвали Адамом и Евой, а пресловутая банановая пальма трансформировалась в образ мифического Древа Познания. «А как же насчет змея?» – спросите вы. Ну, в те времена в тропических лесах, как и сейчас, в змеях недостатка не было.
Вы опять понимаете, к чему я клоню? К тому, что число образовалось если не раньше имени, то во всяком случае практически одновременно с ним. Животные не имеют потребности в персонификации. Они прекрасно чувствуют себя и не имея вовсе никакого имени. Для человека иметь имя – попросту настоятельная потребность, как и обозначить этим именем все окружающие его предметы. То же, что имеет имя, имеет и счет. Словесно отделив день от ночи, человек стал отсчитывать дни, отделяющие период одного сезона от другого – так появился календарь. Приручая животных и заготовляя корма, человек стал скотоводом, а запасая зерно в определенном количестве – еще и землепашцем. Словом, хотим мы того или не ходим, а числа сопровождают человека на протяжении всей истории человеческой цивилизации, и не мудрено, что в какой-то период ученые жрецы стали усматривать определенную зависимость между числами и судьбами людей.
Разумеется, эти знания не стали достоянием гласности и были тщательно засекречены, как и вообще все тайные знания. Да и вообще зачем, скажите на милость, народу надо знать будущее, чего-то там предполагать или вычислять? Пусть себе работают, пьют пиво… Однако народ вовсе не собирался уступать своих прав, и стал самостийно учиться грамоте и счету. В конце концов жрецы уступили, отступив в полумрак храмов и стали тщательно хранить лишь действительно тайные науки – магию, алхимию, астрологию и каббалу.
Человек стал Человеком, потому что ему мало было научиться считать, ему надо было еще и осмыслить Число, еще и записать, еще и дать ему философское определение. «Мир построен на силе цифр», – сказал древнегреческий философ Пифагор, создавший математику. Однако мало кому известно, что на основе цифр он создал еще и науку предсказания – нумерологию, или арифмантию.
В наши дни наука о цифрах занимает довольно скромное место в ряду лженаук, где-то между астрологией и алхимией, но были времена, когда схоластики ломали копья в диспутах о месте того или иного числа в системе человеческих ценностей.
В нумерологии все слова, имена и числа могут быть сведены к единичным разрядам, которые соответствуют определенным оккультным характеристикам, влияющим на жизнь человека. Нумерологией пользуются при анализе характера человека, чтобы определить размер слабости, силы и природных дарований, предсказать будущее человека и его судьбу, выбрать лучшее место для жизни, открыть наиболее подходящее время для принятия решений и для действий. Некоторые люди также пользуются нумерологией, чтобы выбрать себе партнеров, например в браке.
Пифагор и его последователи также верили, что цифры обладают индивидуальными, сублимированными качествами. Греки записывали цифры точками, собирая их в геометрические формы. Четные числа могли делиться на два и вследствие этого имели женские «отверстия», в то время как нечетные числа не делились и поэтому имели мужскую «производительную часть». Четные цифры представляли целостность, а нечетные – убежденность, силу и созидание.
Каббалисты расширили концепцию Пифагора, используя числа в магических квадратах для различных целей, а также для создания «власти» имен, применяемых в магических ритуалах. Для этого они пользовались гематрией – системой обнаружения тайного смысла в словах с использованием цифрового значения букв алфавита. Каждая буква соответствовала определенному числу. Как, это делалось?
Дело в том, что человечество не так уж быстро додумалось до цифр. Вначале люди сообразили обозначать единицу палкой, двойку – двумя, тройку – тремя палками, пятью – пятью, а девятку – девятью, а дальше… дальше у наших предков уже начинались проблемы! Ибо науку чисел нельзя было понимать столь вульгарно-прямолинейно! Древнейшие мировые культуры обозначали цифры буквами своего алфавита и тем самым постигали тайный смысл чисел и сакральный смысл слов.
Казалось бы, чего проще: на руках-ногах по пять пальцев – вот и считай пятерками, десятками, двадцатками… Но человечество избрало гораздо более сложный и извилистый путь.
В основе дренеегипетской системы счисления лежала… Девятка. Ее составили образы девяти основных богов. Вот как это происходило.
Вначале всего лежал принцип. И этот принцип назывался богом Неб-ер-чером. Это имя означает «Владыка до самого крайнего предела», а характер этого бога предполагает, что слово «предел» относится ко времени и пространству, и что в действительности этот бог являлся Вечным Богом Вселенной. Это имя встречается в копских текстах, а затем он появляется как бог, обладающий всеми чертами, соотносимыми современными народами со Всемогущим Господом. Где и каким образом существовал Неб-ер-чер не сказано, но, похоже, что его считали невидимой и всемогущей силой, заполняющей все пространство. Похоже, также, что у него возникло желание создать мир, и для этого он принял образ бога Хепри, которому во все времена среди известных египтянам богов по преимуществу отводилась роль Творца. Когда произошло превращение Неб-ер-че-ра в Хепри, небо и земля еще не были созданы, но, по-видимому, существовала огромная масса вод, или мировой океан под названием Нун, в котором, должно быть, и произошло это превращение. В этом небесном океане находились зародыши всех сущих вещей, которые впоследствии обрели свою форму на небе и на земле, но покуда пребывавшие в состоянии инертности и беспомощности. Из этого океана поднялся сам Хепри и таким образом перешел из состояния пассивного и инертного в активное состояние. Когда Хепри поднялся из океана Нун, то оказался в огромном пустом пространстве, в котором не было ничего, на чем он мог бы стоять. Второй вариант легенды гласит, что Хепри породил себя, произнеся свое собственное имя, а в первом варианте говорится, что с помощью слов он обеспечил себе точку опоры. Другими словами, когда Хепри все еще был частью существа Неб-ер-чера, он произнес слово «Хепри» – и родился Хепри. Аналогично, когда ему понадобилось место, на котором можно было бы стоять, он произнес название вещи или места, на котором хотел стоять, и эта вещь или место появилось. Это заклинание он, по-видимому, обращал к своему сердцу, или точнее, будет сказать, изъявлял волю, так что когда Хепри изъявил волю, чтобы появилось это место, на котором можно было стоять, – оно возникло (Цит. по Э. Уоллес-Бадж, «Легенды о египетских богах»).
Затем Создатель (условно назовем его Богом-отцом) принялся плодиться и размножаться (подробности опустим, пусть читатель поверит на слово, что в божественном арсенале было множество способов самосовокупления, которые древние египтяне описали со старательностью школьника, впервые присутствующего на уроке сексуального воспитания). В результате акта самосовокупления Всевышний породил Шу и его женское дополнение Тефнут – богов, олицетворявших небо и влагу, и, в свою очередь, давших жизнь другой паре богов – Гебу и Нут. Отсюда начиналась полная космогония, с циклом мифов. По древнему общеегипетскому представлению, Геб являлся олицетворением земной поверхности в ее первоначальном, необработанном виде, когда природа была еще враждебна человеку. Характер Геба – грозный; это бог, требующий жертв, неумолимый и недоступный. Богиня Нут – небесный свод, твердь, по которой катит свои воды небесный океан. От союза этой пары родились две другие: Осирис и Изида – олицетворение благодатной, орошаемой Нилом египетской страны.
Другая пара близнецов, рожденных Нут – Сет и Нефтида (Небгат) – олицетворяла пустыню, вечно враждующую с Египтом. Ежегодно во время засухи пустыня побеждает Египет, и Нил, входя в узкие берега, скрывается среди океана песков. Страждет бог, страждет и человечество, пока на следующий год новое проявление божественной силы не возбудит людей к новой жизни. Это новое проявление получило специальное имя Гора, сына Осириса и Изиды, воцарившегося после победы над Сетом, умертвившим его отца Осириса.