В первый раз, накануне первой всемирной войны, ждал голоса Церкви мир, может быть, сам того не зная, как ждет благодатного ливня палимая засухой, издыхающая от жажды земля. Церковь тогда промолчала. Мир ждет и сейчас, может быть, накануне второй всемирной войны, того же голоса, и Церковь снова молчит. Что же значат эти два страшных молчания?
XXVII
Церковь – тело Христово, но, может быть, оно сейчас в гробу, как до воскресения, во время сошествия Господа в ад. А мир – между двумя кругами ада: только что вышел из верхнего – первой всемирной войны, и сходит в нижний – вторую войну. Здесь-то, в аду, может быть, он и будет спасен Сошедшим в ад.
XXVIII
Был у старинных писателей добрый обычай обращаться к «друзьям-читателям», как бы за помощью, в самых трудных и важных местах книги. Этого теперь уже никто не делает, потому что это кажется, как многое доброе, смешным. Пусть; я это все-таки сделаю.
Друг-читатель, мне хочется напомнить тебе то, что я сказал в «Бесполезном предисловии» к этой, может быть, для нас обоих небесполезной книге. Будет ли новая всемирная война – конец Атлантиды-Европы, мы не знаем, но знаем, что может быть, и что все мы должны что-то сделать или попытаться сделать, чтоб этого не было. Друг, не говори: «Что я могу один?»
…Если кто один, Я с ним.
…kai hopou heis êstin monos…
egô eimi metautou.
(Grenfell and Hunt. The Oxyrhynchus Papyri, 1897, p. 8. – Ephraem Syr., Evang. concordant. exposit., c. XIV. – A. Resch. Agrapha, 69, 201)
«Это „незаписанное“ слово Господне для нас обоих сейчас – самое подлинное, самое нужное. „Где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди их“ (Мт. 18, 20). А где Он, там и Церковь – будущая, невидимая, Вселенская Единая Церковь – спасение мира. Будущую сделать настоящею, невидимую – видимой, тоже зависит от нас всех – и от тебя, и от меня.
Ветер потопа свистит во все щели нашей европейской хижины; будем же строить Ковчег – Церковь.
XXIX
Друг, если ты понял, что книга моя не только о далеком, – о первых и последних днях мира, но и о близком, – о сегодняшнем и завтрашнем дне, ты понял в ней главное.