Глава гильдии воров «Кровавый Коготь»: безжалостный и влиятельный криминальный авторитет, которому Роланд задолжал крупную сумму. Любитель экзотических животных, особенно ядовитых змей.
Дракон Изумрудный Клык: древний и мудрый дракон, хранитель древних знаний. Говорит стихами и обожает загадки.
Пролог: Тайна Вечности: Сказания Сочинителей
Ветер, словно пьяный бард, путался в витражах Великого Зала Сочинителей, выдувая из них жалобные трели. Свечи, щедро расставленные по залу, коптили, словно переругиваясь между собой, а тени, пляшущие по стенам, напоминали о забытых историях, ожидающих своего часа. В самом центре, за огромным дубовым столом, восседал Верховный Сочинитель Элиас. Морщины, словно древние руны, покрывали его лицо, а глаза, обычно полные мудрости, сегодня тревожно мерцали.
Он перелистывал древний фолиант, страницы которого шелестели, как сухие листья под ногами путника, заблудившегося в осеннем лесу. Книга называлась «Сказания Забвения», и её было запрещено даже трогать, не то что читать. Элиас нарушил запрет. Время пришло.
В зале были ещё двое: старейшина Серафина, чьи пальцы, как у опытной пряхи, перебирали чётки из окаменевшей лавы, и молодой, подающий надежды Сочинитель Адриан, чей взгляд был полон непонимания и, чего уж греха таить, страха.
– Мордекай… – прошептала Серафина, и её голос прозвучал как погребальный колокол. – Он возвращается?
Элиас вздохнул с облегчением. “Хуже, Серафина. Он уже здесь. Или, по крайней мере, его тень. Энергия Забвения снова коснулась нашего мира.”
Адриан сглотнул. “Забвения? Но это же… это же невозможно! После падения Мордекая мы запечатали все его труды. Запретные Истории были уничтожены.”
Элиас поднял руку, прерывая его. «Уничтожены? Ты действительно в это веришь, Адриан? Истории… они никогда не умирают. Они лишь ждут своего часа, дремлют в глубинах разума, цепляясь за нити реальности. Мордекай всегда был гением, пусть и безумным. Он знал, как плести Истории, которые могли изменить саму ткань мироздания».
“Но что он хочет?” – спросила Серафина.