ТАГАНСКИЙ ПЕРЕКРЕСТОК

одинаковым, то это отражалось на их облике, даже на характере.
     — Существует много разных гипотез. В этой я не вижу особых противоречий. Конечно, можно было бы отыскать слабину в позиции автора и завязать спор, но я не вижу повода. К чему вы клоните, Рудольф Казимирович?
     — Можно влиять на сознание с помощью пищи? Одним уникальным набором специй лечить почки… а другим?
     — Это фантастика.
     — Мы только подбираемся к вопросам, которые меня действительно интересуют. Так что не юли. Ты же видишь: я хорошо разработал тему. Тот, кто лечит, умеет и убивать. Это как инь-янь, как день и ночь — одно невозможно без другого. Если ты умеешь лечить, сумеешь и убить. Но это крайности. Ты умеешь дурманить людей своими травками? Так? Отвечай!
     — Современные психотропные препараты справятся с задачей быстрее и эффективнее.
     — Зато они оставят следы. А на твои приправы никто не обратит внимания.
     — Зачем это вам, Рудольф Казимирович? — тихо спросил господин Ра.
     — Я думаю, как можно тебя использовать. А для разработки планов требуется полная информация. Итак, ты умеешь брать людей под контроль?
     Повар ответил не сразу.
     — Да.
     — Какое время на это требуется?
     — По-разному. Чтобы создать в организме человека нужный букет остаточных отложений, требуется не менее недели.
     — Ты слышал о ресторации «Беседка истинных гурманов»? — неожиданно бросил Елакс.
     Ответа не последовало.
     — Она располагалась на Воронцовской еще до революции. Забавное совпадение, да? Я выяснил, что владел ресторацией граф Холодов. Большой гурман и, по отзывам современников, отличный повар. Я хочу видеть твою морду, Ра.
     — Зачем?
     Но требование Елакса смутило повара, он машинально отшатнулся назад. Даже в темноте по голосу и по движениям стало понятно, что от безразличия господина Ра не осталось и следа.
     — Затем, — веско произнес Рудольф Казимирович, — что у меня есть фотография графа Холодова.
    
     Господи, как же он работает!
     Как может он творить такое?!
     Он человек? Нет!
     Он — Мастер!
     Теперь я знаю, что значит быть Мастером с большой буквы. Теперь я понял, кто достоин этого звания. Такие люди рождаются раз в сто лет… Нет! Раз в тысячу лет!
     Уникумы! Гении! Бриллианты самой чистой воды!
     Но, господи, как же он работает!
     Глядя на его ловкие руки, глядя, как безошибочно выбирает он приправы и специи, как точно смешивает ингредиенты и отмеряет силу огня, я завидовал и стыдился. Я завидовал его гению и стыдился себя. На фоне этого повара я чувствовал себя букашкой, никчемным недоучкой, не имеющим ни таланта, ни умения. Я стоял рядом с ним, в его святая святых, в его кухне, и видел себя жалким оборванцем, которому разрешили посмотреть на великолепие дворца. Нет, в оснащении кухни не было чего-либо необычного, но он наполнял ее своим мастерством, своим Даром, и каждая сковорода, каждая кастрюля начинали казаться таинственными артефактами, магическими инструментами кудесника, превращающего продукты в гастрономические чудеса. Я наблюдал, как он священнодействует, и с тоской понимал, какая пропасть лежит между нами.
     Я едва не плакал, глядя на работу Мастера.
     А потом он предложил мне снять пробу с только что приготовленного блюда.
     «Что скажете, коллега?»
     Коллега? Его великодушие не знало границ! Я насладился неземным вкусом жаркого и, потрясенный, смог произнести только одно:
     «Великолепно!»
     «А знаете, его не так