ТАГАНСКИЙ ПЕРЕКРЕСТОК

— Там никого нет, — как заведенная, повторяла Ольга. — Там никого нет, там никого нет…
     — Тихо!
     — Там никого нет, там никого не…
     — Тихо! — Шнырек дернул женщину за волосы, поднял нож чуть повыше и уколол ее в шею. — Тихо!
     На лезвии появилась красная капелька. Кровь и страх в глазах жертвы придали Шнырьку сил. Очень захотелось надавить сильнее, чтобы нож вошел в тело глубже, чтобы лезвие окрасилось красным, на всю длину…
     — Господи, не убивайте!
     — Тихо! — Шнырек настороженно прислушался. — Седло! Что у тебя?!
     — Такой прикол!
     Голос напарника был спокоен, даже весел, и Шнырек чуть расслабился.
     — А что за грохот был?
     — Горшок цветочный упал.
     — Сам?
     — А ты иди сюда, посмотри на эту хрень! И девку тащи!
     Молодой бандит выволок Ольгу в коридор, остановился и удивленно выругался.
     — Прикол, да? — рассмеялся Седло.
     Прикол не прикол, но в первый момент Шнырьку показалось, что он спит.
     По полу полз цветок.
     Полз рывками, упирался ветвями, подтаскивал ствол и корни, падал, снова вытягивал вперед ветви, собираясь преодолеть еще пять-десять сантиметров. Иногда он проскальзывал на гладком паркете, и движения вперед не получалось, но цветок не сдавался: поднимался и вновь продолжал путь. Он полз к тихо плачущей Ольге, к кричащему на ее руках Мишке.
     Цветок полз, его корни оставляли на полу грязный след, в полутьме коридора напоминающий кроенную полосу.
     — Хрень такая! — заржал Седло, упирая в бока руки. — Он с кухни ползет, представляешь?
     Молодой бандит промолчал.
     — Слышь, дура, что это за мутант?
     — Бонсай, — едва слышно прошептала Ольга.
     — Чего?
     — Может, он механический? — сглотнув, предположил Шнырек.
     — А на х… его в горшок сажать?
     — Для понта.
     Молодому бандиту очень не нравилось происходящее. Не нравился цветок. Не нравилось, что затихла женщина. И ее взгляд, обращенный к странному растению, не нравился. Была в нем надежда. Робкая. Отчаянная.
     — Сейчас посмотрим, что там за механика.
     Седло ухмыльнулся, наклонился к цветку и с силой провел кончиком ножа по стволу, прижав растение к полу.
     — Вроде не режется…
     И пропустил удар. Откуда-то из глубины, из переплетения веток, из листьев, выскользнул длинный острый шип.
     — Черт! — Седло отдернул руку.
     — Что случилось?!
     — Он меня ужалил!
     — Что? — Молодой еще крепче взялся за волосы женщины. — Что?!
     Но Седло, не отвечая напарнику, принялся яростно топтать ногами деревце.
     — Гнида! Сука! Тварь! Убью! Шнырек, убей эту …ь!
     Ольга закричала. Следом — Мишка. Молодой бандит неловко дернулся, на шее женщины появилась глубокая царапина. Перепуганная, позабывшая обо всем на свете Ольга попыталась вырваться, Шнырек озверел, и вдруг…
     — А-а…!
     То ли прорычал, то ли простонал Седло.
     И закачался.
     — Ты чего?!
     Ольга притихла.
     — Седло, ты чего? — повторил Шнырек.
     — Плывет, — простонал