ТАГАНСКИЙ ПЕРЕКРЕСТОК

вы не сможете.
     — А вы?
     — Могу.
     Я потер лоб. Очень хотелось выпить еще, но я понимал, что следует оставаться трезвым, и заставил себя не думать о спиртном.
     — Зачем вам спасать Дину?
     — Чтобы выйти на Сурна.
     Он ответил с легкой улыбкой, так, словно удивлялся моей непроходимой тупости: неужели непонятно, для чего понадобилось спасать девушку? Мне, разумеется, было непонятно.
     — Кто такой Сурн?
     — Я его ищу.
     — Этого недостаточно.
     Артур снова улыбнулся, задумчиво побарабанил пальцами по подлокотнику дивана.
     — Я могу предложить вам деньги.
     — Много?
     — Договоримся.
     Теперь помолчал я.
     Следующая фраза далась мне нелегко. Я догадывался, какая будет альтернатива деньгам, но все равно ответил так, как должен был:
     — Динка не продается.
     — Хорошие слова, — кивнул Артур. — Вы ее любите?
     — Не ваше дело.
     — Вы ее любите… — Он потер ладонью подбородок. — Вы ее любите, вы мне не верите и тем ее убиваете. Вы оставляете ее Вурцу и Сурну.
     Артур поднялся с дивана, дошел до столика и плеснул себе коньяк. Только себе.
     — Не ждите, что я стану угрожать. Возможно, мои слова прозвучат нелепо, но я законопослушный гражданин. Я плачу налоги и не совершил ни одного умышленного преступления.
     Однако размеры особняка и внутреннее его убранство заставили меня скептически отнестись к сообщению Артура. Судя по всему, мысли отразились на моем лице, потому что хозяин дома счел необходимым пояснить:
     — Я заработал капитал в самом начале перестройки: ввозил в страну всякую бытовую технику. За два года стал миллионером. А потом, когда начался хаос девяностых и оставаться честным купцом стало практически невозможно, уехал на Запад. С тех пор основные мои активы находятся там. — Он сделал маленький глоток коньяка. — Я рассказываю об этом для того, чтобы вы поняли: пытать вас никто не собирается. Не скажете, где спрятали Дину, я огорчусь, но вас отпущу. Вот только молчание не принесет вам пользы — сегодня ночью ее обязательно убьют.
     Профессия юриста научила меня разбираться в людях, я видел, что Артур не лжет.
     — Вурц?
     Мой голос прозвучал хрипло.
     — Сурн.
     — Артур, вы понимаете, что мне трудно вам верить? Меня похитили…
     — Вас спасли.
     Я вспомнил захват Вурца.
     — Могли бы просто помочь. Зачем вталкивать в машину и везти неизвестно куда?
     — Я должен был с вами поговорить.
     — Да, да… конечно…
     «Эх, коньячку бы!» Но я держался.
     — А рассеять ваше недоверие несложно, — вдруг сказал Артур. — Пойдемте, Виталий, вы должны увидеть кое-что.
    
     Он называл эту комнату «кабинетом». По моим же меркам она тянула на зал: обширное помещение, обшитое дубовыми панелями, вход в которое преграждала массивная стальная дверь, открывающаяся отпечатком пальца. У дальней стены действительно находились письменный стол, кресло и два высоких книжных шкафа, которые, видимо, и позволяли Артуру называть комнату «кабинетом». На полу лежал ворсистый ковер, а на стенах и вдоль них…
     Я очень долго не мог заставить себя поверить, что всё это — настоящее.
     Голова сказочного дракона на длинной изящной шее. Рогов нет, но их с лихвой