Властитель велел бросить несчастного юношу на арену цирка на растерзание диким зверям. Смотреть на зрелище собрался весь город, и Максимиан уже предвкушал свой триумф. Но вышло совсем все не так, как ему хотелось бы. Вместо того чтобы разорвать Пантелеймона, звери сделались кроткими и послушными, ласкаясь к святому и стремясь прикоснуться к его ладони. Все это произвело неизгладимое впечатление на толпу, собравшуюся в цирке. Все стали кричать, что это истинное чудо и целителя нужно обязательно отпустить, на что император еще пуще разозлился и велел казнить почитателей Пантелеймона, а вместе с ними приказал умертвить и зверей.
И вновь призвал святого к ответу великий император. Он спрашивал у него, научил ли кто его вере христианской или же он сам пришел к этому мироощущению. На это целитель отвечал, что у него есть единственный учитель – старец Ермолай, которого тут же призвали во дворец. С ним же пришли и верные его сподвижники Ермипп и Ермократ. Максимиан сначала приказал им уговорить юношу отречься от веры в Иисуса, а после того как они отказались, велел казнить их.
Затем настала очередь и святого Пантелеймона. Ему царь также приказал отрубить голову, а тело сжечь на костре. Воины повели мученика на холм близ города, где и должна была состояться казнь, а обреченный всю дорогу воспевал в честь Господа хвалебные псалмы. Ни один меч не мог совершить неправедную казнь: все клинки становились мягкими, как воск, и распадались в руках палачей. Это сам Господь Бог защищал своего последователя от верной смерти, ведь Пантелеймон не закончил читать свои молитвы, обращенные к небесам. После того как прозвучало последнее слово святого, к нему обратился сам Иисус Христос и призвал его к Себе на небеса. Тогда Пантелеймон попросил воинов отрубить ему голову, что те, истинно пораженные случившимся чудом с мечами, решительно отказывались делать. Они просили, чтобы он благословил их и отпустил все грехи, которые они совершили по воле императора. Святой целитель отвечал им, что сделает это только тогда, когда они согласятся умертвить его. С трепетом и слезами на глазах воины согласились. Тогда Пантелеймон произвел над ними обряд причащения, и ему была тотчас же отрублена голова. Тело же было сожжено, как и приказывал Максимиан.