Туда же, на север, был послан сын Владимира от Рогнеды Ярослав, а остальных сыновей великий князь рассадил по иным землям: Святославу отдал в управление Древлянскую землю, Мстиславу – далекую Тмутаракань, на Азовском море; Всеволода послал во Владимир-Волынский, который он недавно основал и нарек своим именем. Двум своим младшим сыновьям, Борису и Глебу, он отдал далекие же земли вятичей. Бориса посадил в Ростове, а Глеба – в Муроме.
Вятичи, как и древляне, покорялись с большим трудом. На протяжении всего X века неоднократно восставали они против власти Киева, теперь молодым князьям надлежало в Окско-Волжском междуречье прочно держать эти земли под рукой Владимира.
Государство было собрано большим трудом и большими муками, и много крови пролилось, много насилия было совершено прежде, чем успокоилась Русская земля.
Теперь сыновья сидели по городам; череда крепостей стояла к югу от Киева, прикрывая Русь от печенегов. На западе, в порубежных с Польшей городах, находились мощные гарнизоны.
И все же это единство было еще непрочным, зыбким. Пока Владимир был в силе, сыновья покорно склоняли перед ним свои головы. Но он знал, что не все спокойно в его роду. Ярослав был старшим из Владимировых сыновей, но не мог посягать на высшую власть после смерти отца, так как первенство в роду было за усыновленным Святополком. Особняком стояли князья – последыши Борис и Глеб. Они были рождены уже в христианском браке Владимира от византийской принцессы Анны, хотя точных данных на этот счет нет. Но об этом говорят косвенные сведения. Во-первых, молодость обоих князей. По свидетельству одного источника, у Бориса – старшего – лишь пробивался ус («ус молодой еще был»). Во-вторых, оба были любимцами отца, особенно Борис, которого Владимир часто держал при себе, поручал ему свою дружину, в свое отсутствие оставлял на него государство. Это могло быть лишь при том условии, что великий князь стремился сделать старшего сына от легитимного христианского брака своим безусловным наследником. И Борис, кажется, оправдывал эти надежды и эту любовь отца. Он безгранично любил и почитал Владимира и во всем слушался его. Повтор будет на с. 26 Автор «Сказания о Борисе и Глебе» говорит о нем как о юноше «благого кореня». И действительно, со страниц и «Сказания», и летописи перед нами предстает гармоническая, благородная личность. Высокий, с широкими плечами и узкой талией, красивый, с добрыми глазами и «веселым лицом», Борис, по словам древних авторов, «сиял по-царски». Он отличался храбростью в боях, и Владимир недаром поручал ему в последние годы руководство своей дружиной. К тому же Борис был рассудительным и спокойным молодым человеком. И чем совершенней были и он сам, и его брат Глеб (близнец, по некоторым данным), чем ближе были братья к отцу, тем большую ненависть они должны были вызывать у своих возможных будущих соперников, и в первую очередь у Святополка и его людей.