§ 1. Первичное Мировое Творчество и его орудие Логос – Слово Творения
«Все было сотворено посредством Вак360; и все, что было сотворено, было также Вак».
Панкавимса Браман
Безначальный Свет, Вселенский Божественный Дух, Единый и Всеобъемлющий, Однородный, но в то же время и Источник всякой многообразности, пребывает в Бытии, сознает его и в нем отражается в вековечном Продлении. Испытующий дух человека зрит Божество в первой Ипостаси в безначальности Продления, во второй – в безбрежности Сознания, в третьей – во всеобъемлемости Пресуществления. Единый, утверждая Самосознание в Творчестве, родил в Себе возможность множественности, многогранности Бытия – Сознания – Пресуществления. Первая Ипостась претворилась в Бытие утверждающееся, вторая – в идею множественного Единства, третья – в Созерцание Единства во множественности. Это претворение выявило Самосознание Безначального Духа в Божестве Творящем как множественном Единстве; Оно претворилось в совокупность граней, ему присущих и его утверждающих. Каждая отдельность – в первой Ипостаси по принципу, во второй как возможность, в третьей как Первообраз – аспект Божественной Природы – претворилась в состояние готовности независимого утверждения; осуществление этого Первичного Творчества и составляет доктрину Аркана IV. Целостное Самосознание Божественной Сущности в безначальной совокупности Своих возможностей – Божественная Природа – претворилось в Божественный Первообраз феноменального бытия и тем утвердило Себя по отношению к нему как Источник Произрождения. В этом Космическом Акте, заре Первичного Творчества, Совокупное Самосознание Божества как бы образовало в метафизическом пространстве внешний Облик Непознаваемого Нерасчлененного Единства. Этот Облик выявился на грани Мира Единства Нерасчлененного и Утвержденного во множественности – и мира утвержденной множественности и утвержденных реальностей. В этом противопоставлении и родился Космический Логос как Деятельное Космическое Сознание – Высший Аналог Божественной Природы.
«Своим Словом создаешь Ты вселенную, и, сотворив ее, Ты проникаешь ее»361.
«Ангел Творческого Огня есть Слово Бога. Слово Бога породило землю и жизнь на ней, а также жар, который ее убивает. Слово Творца есть Само по Себе Творец и есть в то же время Его Единственный Сын»362.
Логос, как осуществитель Воли Бога, является орудием Его творчества, по выражению Филона: κατάπερ ὀργανῳ προσχρησάμενοϚ ἐκοσμοιτοίει363.
«Бог воспользовался Логосом как орудием, чтобы сотворить мир»364.
Логос есть принцип формы; его рождение есть осуществление Акта Первичного Творчества. Рождение формы есть утверждение расчлененного Вселенского Целого, начало относительного бытия, рождение единичных космических деятелей ноуменального мира, рождение феноменальной природы. Форма – это утверждение отдельности, и если в феноменальном мире всякое проявление неразрывно с формой, его утверждающей, то в мире духа форма есть сама сущность единичного бытия, субстанции второго рода.
«Души при самом выходе из Эдема уже имеют определенную форму, которая отражается в лице»365.
Аркан III, как учение о третьей Ипостаси Вселенского Духа, выявляет доктрину о Божественной Природе как Самосознании Божества в совокупности Своих аспектов. Самосознание Божества в Его Божественной Природе по самому существу Своему Едино, Однородно и Нерасчлененно. Божественная Природа – космическая совокупность первообразов – представляет собой лишь как бы духовное поле, по которому скользит Единое Однородное Сознание. Каждый Первообраз является как бы ячейкой, но все эти ячейки наполнены выше краев Божественным Космическим Сознанием, свободно и непрестанно переливающимся из одних ячеек в другие. Будучи Едино и Однородно, Сознание одинаково чувствует Себя в каждой ячейке, в каждом Первообразе, а также во всей множественности всех à priori возможных сочетаний. В этом вечном круговороте, в вечном взаимном отражении частей своих, Божественное Сознание ткет величественный узор Своей Вековечной Жизни. Мировое Творчество есть эманация Вселенским Духом Своего Сознания вовне Его Нерасчлененного Единства. Божественное Сознание подходит к Своему предельному уровню, когда Оно совпадает с верхними гранями всех ячеек; это и есть миг Первичного Мирового Творчества, Акт рождения Логоса. Дойдя до этой последней возможной грани, Божественное Сознание, Целостное и Однородное, претворяется в Источник Произрождения. Своей высшей стороной, обращенной к Божеству, это Сознание является Его Природой Божественной, ибо Оно есть Его Духовное Тело, отражающее как всю совокупность его атрибутов, так и каждый из них в отдельности, совместно со всей многообразностью их взаимоотношений. Своей нижней стороной, обращенной к ячейкам, к расчлененному отображению Верховного Синтеза, Божественное Сознание является Источником Произрождения, ибо все, что ниже Его, лишь из Него вытекает. В этот последний критический миг Сознание Божественное продолжает скользить по ячейкам; каждый Первообраз остается растворенным во множественности других, в каждом Первообразе живет вся их совокупность; Божественное Сознание проникает все Свои аспекты, проходит все извилистые нити взаимных тяготений, оставаясь Единым и Однородным, будучи одновременно и Ведающим, и Ведением, и Ведаемым~. Но вот, повинуясь космической пульсации, Сознание отходит, эманируемое Высшим Синтезом, и в первый дифференциально малый этап этого движения грани ячеек как бы врезываются в Сознание, бывшее дотоле Единым и Однородным, и расчленяют Его на космическую совокупность отдельных реальностей, каждая из которых обретает собственное независимое бытие, в принципе теряющее возможность общения с другими себе подобными. Каждый Первообраз, бывший дотоле потенциальной возможностью Единого Сознания, претворяется в реальное единичное сознание, начинает утверждать себя силой своей собственной мощи, и этим впервые становится монадой. Космическая совокупность ячеек есть Тварность Космического Божественного Самосознания; в первых трех Арканах, в Целостном Божественном Самосознании, эта Тварность имеет лишь потенциальное бытие; в Аркане IV эта Тварность впервые становится реальностью, и именно этот Аркан и есть рождение Космического Логоса, который есть Утвержденная Тварность.
«Истина Сама Себя сознающая есть Жизненная Мысль. Истина есть Мысль в Себе Самой; Мысль выраженная есть Слово. Когда Вечная Мысль желает иметь облик, форму, Она возглашает: “Да будет Свет!”»366
Дух человека – это искра Божественной Сущности, эманировавшая от~ Целого; он совершенен и бесконечен, как аспект Совершенного и Бесконечного Целого. Все проходит, все разрушается, все тонет в пучинах бесконечности и времени, чтобы вновь возникнуть ко временному бытию и вновь погибнуть; одни только искры Божественной Сущности продолжают жить вечной и неизменной жизнью. Эта великая сила духа человеческого, не только наделяющая его самого бессмертием и несокрушимостью, но дающая ему дар самому по себе быть источником бесконечной силы, изливаемой на все окружающее, есть лишь следствие его истинной природы. Каждая монада, как бы далеко ни отходила в своем сознании от эманировавшей ее Божественной Сущности, в действительности всегда остается неразрывно с Нею связанной в силу божественности своей природы. Учение Лейбница367 о полной взаимной независимости и расчлененности монад представляется относительным, ибо оно верно лишь в феноменальном мире; в самом же существе, в области чистого духа оно противоречит истине. Действительно, монада как таковая есть бесконечность, есть субстанция, что утверждает сам Лейбниц. Между тем Спиноза в «Этике» доказывает с исчерпывающей полнотой, что существование двух бесконечных субстанций – а Субстанция не может быть иной, как бесконечной, – невозможно. Множественность субстанций возможна лишь тогда, когда каждая из них выражает собой конкретный аспект Единой Субстанции. В этом случае эта частная субстанция – монада – представляет собой относительную бесконечность, в то время как Божество является Бесконечностью Абсолютной. Понятие о существовании ряда относительных бесконечностей имплицитно содержит в себе постулат о существовании различных точек зрения на ту же самую сущность; относительное, хотя и может быть мыслимо самостоятельно, не имеет самодовлеющего существования и является по самой природе своей аспектным изображением Абсолютного. Отсюда следует, что все относительные бесконечности наложены одна на другую и соединены неразрывным образом, причем эта доктрина не есть следствие умозаключительных построений, но непосредственно вытекает из самого факта существования в нашем сознании дилеммы относительного и Абсолютного. Таким образом, рождение монад есть не расчленение Божественного Единства, в принципе Нерасчленимого, но объективация Его в совокупности отдельных аспектов, претворяющихся в независимые реальности в их собственных сознаниях, отдельных аспектах Единого Божественного Сознания, с утверждением принципа индивидуальности.
«Душа (The Self), говорит философ Веданты, не может быть отлична от Брамы, потому что Брама содержит всю реальность, и ничто реально существующее не может быть отлично от Брамы. И затем, индивидуальная душа не может быть рассматриваема как видоизменение Брамы, потому что Брама не может меняться ни в Себе, потому что Он Един и Совершенен, ни вне Себя, потому что вне Его ничего не существует»368.
Эти идеи, впервые зародившись в древней Индии, затем проникли в Грецию и вылились в элеатскую школу философов. «Эти элеатские идеи, – говорит Макс Мюллер, – а именно, что есть и может быть только одно Единое и Абсолютное Существо, Бесконечное, Неизменное, не имеющее Себе подобного, не имеющее частей, – суть те же идеи, которые лежат в основе Упанишад и полностью разработаны в “Веданта-Сутрах”». Сохранившись в чистоте на пути многих столетий, эта доктрина проникла и в новейшую европейскую философию, где и получила почетное место.
«Поэтому в Боге есть идея человеческого духа, поскольку Бог образует существо человеческого духа. Следовательно, в человеческом духе должна существовать idea mentis369, т. е. идея его самого; это следует из природы человеческого духа как модуса Божественного Мышления»370.
Истинное Бытие присуще только этой Верховной Первопричине, Единому Вселенскому Духу. Все, что лежит не в самом Существе этой Сущности, есть лишь атрибут Последней, а потому от Нее зависит и Ею порождается.
«Весь мир – Дух, в действительности больше ничего не существует; усвой этот взгляд на вещи – и пребудешь в мире, познавая этим путем истинное “Я”»371.
«Ты – Абсолютное Бытие, все остальное призрак»372.
Мировое Творчество есть Проявление вовне этого Духа, Его отражение в Им же порождаемой Пассивности. Субстанциальность Проявления есть непосредственное следствие Субстанциальности Самой Божественной Сущности; именно Субстанциальностью Проявления утверждается Субстанциальность Самой Первопричины. Итак, Субстанциальность Проявления есть Первый и Высший Атрибут Божества; она выражается в жизненности Проявленного; и наоборот: жизненность Проявленного утверждает его Субстанциальность, а следовательно, и Субстанциальность самой Первопричины.
«Могущество Божественного Духа утаивается Его Собственными качествами373»374.
Именно самопроявление, самовыказывание~375 мощью своей собственной сущности и определяет понятие о жизненности как самодовлеющем существовании данного фактора.
«Где есть самовыказывание, там есть жизнь или жизненность»376.
Таким образом, Первичная Субстанция утверждает Свое Бытие, сознает Себя и живет в Себе вне всякой зависимости не только от конкретных проявлений, но и от самого Принципа Проявления. Эта Ее категория определяет в нашем сознании самую Ее Трансцендентальную Природу, ибо все иные формы бытия во вселенной претворяются в реальность лишь с момента возникновения соотношений с другими подобными или с утверждением манифестированных ими атрибутов. В силу этого Первичная Субстанция лежит вне мира и над миром, хотя он в своем целом и представляет собой Ее совершенное подобие и отражение. Содержа в Себе мир как потенцию, Божество претворяет его в утвержденную реальность, или, наоборот, сводит его в Свою абстрактную возможность исключительно мощью Своей Собственной Воли чрез изменение вида Самосозерцания. Проявления мира и обратные его исчезновения в Пралайе и суть те великие эры космоса, которым индусы дали название Дней и Ночей Брамы.
«Мир из Моей Природы распустился,
И в нем незримо, тайно Я живу.
Все существа лишь от Меня зависят,
Но от творений не завишу Я;
Их нет в Моей Божественной Природе
(Постигни сам глубокую ты тайну).
Творящий Дух Мой все в Себе содержит,
Но от всего свободен Я навеки.
Как движется в пространстве бесконечном
Могущественный воздух, не колебля
Пространство необъятное Вселенной, –
Так и в Моей Природе Совершенной
Миры живут, сменяяся другими;
Но неподвижен Я и неизменен.
Когда кончается период Кальпы,
Все существа к Источнику творенья,
К Моей Единой Сущности приходят;
И снова возвращаю Я их к жизни
Могущественным Словом созиданья,
И Творческою Силою Моею
Даю Пракрити новое движенье,
И волею Всесильного Я снова
Развертываю формы и явленья.
Не связан Я твореньями Своими,
Ни волею, ни жаждой созиданья;
Мой Дух творит, но не мешает это
В Самом Себе покоиться Мне вечно.
Мой Дух – закон, и силою закона
Все вещи возникают и во мраке
Небытия скрываются на время.
Он есть источник вечного движенья»377.
Вселенский Космический Дух, вызывая к бытию грезу о множественности Своего Естества, как бы распыляясь на части, на отдельные самодовлеющие субстанции, тем и утверждает мировую жизнь, проявляясь в каждой из них сообразно ее индивидуальным свойствам.
«Он захотел: да буду Я множественным, да буду Я рожденным»378.
Разделение Единого Вселенского Духа в Своих Собственных Недрах на бесконечное число волевых центров есть генезис Мирового Творчества. Каждая отдельная монада получила как бы некоторый ограничивающий контур, благодаря чему Бог – Абсолютная Бесконечность – разделился на бесконечное множество бесконечностей относительных.
«Каждое существо исходит от Бога и будет обратно привлечено к Нему»379.
«Я есть лучезарное проявление Верховного Брамы»380.
Каждая относительная бесконечность – монада – есть конкретный аспект Космического Божественного Духа; таким образом, ее бытие, сознание и жизнь по своей истинной природе идентичны соответствующим Ипостасям Первичной Субстанции; с другой же стороны, они не тождественны, ибо категории монады актуализированы бесконечностью порядком ниже, чем Бесконечность Божества. Каждая монада в Лоне Целого ограничивается пределами своей индивидуальности, т. е. тональностями своего бытия, сознания и жизни. Рождение множественности в Едином есть объективация в Его Целом безграничной совокупности модусов, триединых в своей сущности и выливающихся в ипостаси бытия, сознания и жизни. Каждая монада есть триединый модус Самосозерцания Божества. Ее самобытность, индивидуальность, отличающая ее от других ей подобных, таким образом, не только определяет ее место в Целом, но и является ее истинным modus vivendi; отсюда и вытекает основной закон бытия монады: Индивидуальность (