Буян был слишком независимым ребёнком, каким-то недоступным что-ли, непробиваемым, прямолинейным и хитрым как кошка. Всё это очень пугало не только окружающих, но и самих родителей. Контраст хара̍ктерных антагонистов юноши никак не находил своего трафаретного шаблона у конформистского социума, поэтому они тоже не могли вести себя естественно и непринуждённо с ним. Отец и мать даже не пытались разгадать тайну своего сына, стараясь достучаться до эмоций ребёнка через конфликт и шквал необоснованных претензий.
Педантично собрав в школу свой потрёпанный портфель, Буян как никогда изрядно восстановивший силы, спешно натянул на себя выглаженные штаны и школьную рубашку, почистив зубным порошком зубы, буквально проглотил стакан чая с варёным яйцом, отправился вон из уютного дома. Словно пролетая лестничные пролёты, перешагивая аж через три ступени вниз, необычайно свежий взор школьника стал замечать интересные детали, о существовании которых даже не догадывался и не обращал на них никого внимания. Небрежно окрашенные стены поражали своим художественным узором, а зашифрованный кистью маляра недоступный смысл, притягивал к себе редкие натуры. Да, не каждый способен был узреть в обыденном потаённый код, пелена условностей уверенно искажает картину реалий. Но Буян был не из простых, его острые глаза словно впивались в подобные мелочи. На грязных оконных стёклах довольно чётко были обозначены магические Руны, высокие, белёные известью потолки, хранили под своим толстым слоем копоти повседневности свой священный текст. Привычный подъезд в один миг превратился для Буяна в музей неизведанных тайн и закрытой Мудрости, впитавший в себя энергию целых поколений. До боли знакомые этажи с расплавленными кнопками лифта и дымящимися окурками в импровизированных жестяных пепельницах стали для Буяна кладезем нестандартных знаний. Теперь каждый раз, встречая своего гостя с распростёртыми объятьями и неизменно спёртым воздухом, лестничные пролеты погружали его в невиданные дали самобытной культуры, ежедневно открывая всё новые и новые фрагменты вечных ценностей. Насыщаясь новой информацией, Буян выскакивал на заснеженную улицу, где морозный воздух уже молниеносно приводил в чувство смелого экспериментатора, спасительно охлаждая хронически воспалённый разум.