Когда мы прибыли туда, нас огорчили, что такими делами они не занимаются. Они сказали, что нам нужно обратиться в министерство иностранных дел, чтобы решить эту проблему.
Хорошо, что это министерство находилось недалеко от Красного Креста. Поэтому долго не задумываясь, мы отправились в министерство иностранных дел. Пришли туда с надеждой, а нас разочаровали! Короче, нас футболили как могли, с одного места на другое. Я подумал, что это за суета! После того как нам отказали во всем, мы спускались на лифте, уставшие от беготни, к тому же голодные, еще на руках ребенок, и вдруг сильно захотелось вернуться к тому человеку, который отказал нам. Не выходя из лифта, опять поднялись вверх, и как раз в этот момент тот человек стоял у лифта.
Жена набросилась на него: как мне быть, я местная, а мой муж из России. Он стоял и слушал то, что говорила жена, потом говорит ей: эта история мне знакома, кто-то мне уже рассказывал это. И он спросил, вы случайно не знаете пастора Ким Чжон Дэ с Ульсана? Жена говорит: так это же мой духовный отец, они меня воспитали. Услышав то, что рассказала жена, он стоял в оцепенении, а затем сказал: моя мама – дьяконица той церкви.
Он так удивился, потому что мама рассказывала ему, что у пастора есть дочь, которая замужем за сахалинским корейцем. Хотя мы официально зарегистрировали брак в России, как полагается, в загсе, в Корее этот брак считается незаконным, потому что у меня не было гражданства, ни корейского, ни российского.
Поскольку он в курсе событий, он сказал: подождите, давайте придумаем что-нибудь, как решить эту проблему. Он попросил нас зайти к нему офис, а сам начал рыться в документах. Через несколько минут нашёл документ китайского корейца, получившего корейское гражданство. Это был первый случай иностранца, получившего гражданство Кореи. На основе того документа он дал мне бланки, которые нужно было заполнить и отослать в посольство Республики Корея, которое находилось во Владивостоке. С этими документами нам пришлось вернуться на Сахалин, и виза заканчивалась.