Деятельность боевых магов проще всего описать через шахматы. Представьте себе, что цивилизация – это некие шахматы. Есть доска, и на ней есть фигуры. Фигуры движутся. В шахматной партии фигура движется, потому что так решил шахматист. Существует представление о «Длани Господней» – это как бы такая незримая рука господа бога, которая пронзает каждого человека подобно тому, как рука вставляется в перчатку. Перчатка совершает какие-то действия, потому что в нее включилось некое сознание, которое управляет ее поведением. Представьте себе куклу-марионетку, которую пронзает рука кукольника. Кукле может казаться, что она самостоятельна, что это ей захотелось найти себе партнера, завести с ним детей, воспитывать их, пойти учиться, работать, взять в руки оружие и пойти защищать страну, или наоборот устроить в ней революцию. Но это поведение не уникально, все это происходит с огромным количеством людей одновременно. Всем им почему-то хочется одного и того же.
Существуют какие-то группы, которые как бы друг другу противостоят. Одна группа борется с другой. Но если мы говорим, что все это фигуры на шахматной доске, то вот это противостояние ни что иное, как игра шахматиста. Он делает ход черными, и белые вынуждены защищаться, он делает ход белыми, и черные под угрозой. На доске идет борьба, но шахматист просто играет партию, нарабатывает навык, приобретает опыт.
Существует сценка «битва нанайских мальчиков», когда артист влезает в костюм, который снаружи выглядит как борьба двух маленьких мальчиков. А внутри там один человек. И эти мальчики как бы дерутся между собой, бросаются друг на друга. Но реально никакой борьбы нет – это так выглядит только со стороны.
Когда мы влезаем в боевую магию, мы видим вот это. Видим шахматную доску. Видим фигуры на доске. Причем фигуры имеют разную значимость. Есть пешки, которыми можно жертвовать, а есть более ценные фигуры, которыми жертвуют только в особых случаях, в игре их стараются беречь – это маги. Маг до 4 уровня имеет физическое тело и как бы присутствует на доске в виде фигуры. После вознесения он уже существует только как шахматист, который играет партию.