В мир идеальных сущностей люди выносят, в частности, образы ценностей человеческого бытия, которые определенные субъекты стремятся создавать, воспроизводить (если воспроизведение таковых возможно в принципе), сохранять. Почти над каждым артефактом и человеческим деянием духовно возвышается идеал или долженствование, с чем субъект, исходя из уроков нажитого и переживаемого людьми опыта, соотносит и сравнивает произведенное и содеянное, облекая их смыслами. А вслед за этим, раньше или позже, хотя и не всегда, приходит к заключениям о том, что делать дальше.
Как подчеркивает В. С. Степин, у человека помимо биогенетического кода имеются социокоды [см.: 8, с. 42–43]. Среди видов социокодов Степин называет и такой, как функционирование субъектов поведения, общения и деятельности в качестве «семиотических систем», когда их дела становятся «предметом подражания» [8, с. 44]. Если поведение и деятельность субъектов наделяются смыслами подвижничества, героизма, доблести, беззаветного служения долгу, то это свидетельствует о воплощении образцов как вида идеального в активности субъектов. Человеческое поведение, облики личностей, социальные явления, наделенные смыслами антиобразцов, тоже, конечно, семиотически означаются. Так, мы говорим: «нерукопожатный человек», «оборотни в погонах», «дедовщина», «барашек в бумажке» и т. п.
В настоящее время распространена симулякризация – лжесмысловая выдача социально и нравственно отрицательного явления за нечто положительное или даже выдающееся в позитивном смысле. Аннотация, где положительно характеризуется лекарство, порой прилагается к поддельному препарату, а с помпой могут хоронить криминального авторитета, «вора в законе» и т. п. (о симулякризации подробнее ниже).
В смыслообразе идеальное начало может выражаться семиотически непосредственно, что наблюдается, скажем, в скульптурных памятниках, установленных вождям, принимаемых населением в качестве образа образцовых политических деятелей.