Люди чаще всего опосредуют свою активность осознанием условий их деятельности и поведения, а также, по возможности, представлением о предполагаемых результатах их активности. В такое осознание включено придание смыслов внешним и внутренним обстоятельствам конкретной человеческой активности, а также ей самой и ее поначалу предполагаемым последствиям, а затем – после ее проявления – ее реальным последствиям. Придавая и задавая смыслы, субъекты могут увязывать происходящее со своим пониманием человека как такового, с выношенными ими ценностными ориентациями, ролью естественных и общественных событий в жизни участников общественных отношений. Явления и процессы, проинтерпретированные5 с позиций человеческого и ценностного измерений, нередко становятся весомыми определителями проведения того или иного отношения людей к происходящему.
Из сказанного вытекает оценка смыслополагания в качестве пути к «очеловеченному» пониманию окружающего и происходящего. При этом понимание может быть развернуто в разных вариантах, то есть интерпретирование зависит от природы субъекта, толкующего окружающее и происходящее, от общих и частных условий его жизнедеятельности, от уровня его социального и духовного развития. Получается, что смыслы – субъектовизированный, наиболее вочеловеченный вид духовной деятельности.
В смыслах наблюдается сочетание противоположных начал. С одной стороны, смыслы складываются на основе трезвого осознания нажитого людьми опыта, ведь здравое размышление – одно из руководств смыслополагания. С другой стороны, в смыслополагание нередко включен учет идеального в виде долженствования, образцов, идей, идеалов, проектов, регулятивов, то есть фактически включено следование философскому принципу платонизма, чаще всего неосознаваемое. «Дорогу осилит идущий» – этот смысл, конечно, выведен из жизненного опыта людей, а в идеальном плане этого смыслового высказывания находится понимание того, что надо действовать, преодолевая трудности, а не замирать в бездействии, впадая в психологический паралич.