Полемика с Е. Н. Князевой несколько затруднена из-за отсутствия в ее работе определения понятия «смысл». С этим автором полемизирует Н. М. Смирнова [7], она резонно пишет: «В русле “натуралистического поворота” в современной эпистемологии происходит становление телесно ориентированных подходов и, как следствие, значительное расширение понятия смыслополагающей агентивности (agency). Энактивизм как новая форма конструктивизма в эпистемологии существенно расширяет объем понятия смысла, наделяя атрибутом смыслополагания всех живых существ… Постулат смыслополагающей деятельности всех живых существ, независимо от уровня их организации, является манифестацией расширительного понимания смысла – биосемиотического энактивизма» (курсив Н. М. Смирновой. – Т. Л.).
«Стирание качественной разницы, – продолжает Н. М. Смирнова, – между процессами конструирования экологической ниши живого существа (Umwelt) и смыслополагающей деятельностью в жизненном мире человека (Lenbenswelt) – философски наиболее изощренный вариант натуралистической интерпретации смысла в парадигме адапционистски понятой когнитивной биологии» [7, с. 67–68].
Критика Н. М. Смирновой точки зрения Е. Н. Князевой справедлива. Говоря о «трансдисциплинарности как характеристике исследований», Е. Н. Князева в принципе-то верно отмечает, что трансдисциплинарности присуще «сращение исследовательских полей: перенос понятий, стратегий и образцов исследований из одной дисциплинарной области в другую» [6, с. 87], но слишком углубляет это «сращение». При таком подходе нивелируется качественная специфика дисциплин. Князевой абсолютизируется «перенос» понятий из одной дисциплины в другие, который приемлем лишь в той степени, в какой не происходит отождествления объектов исследования одной дисциплины с объектами исследования другой дисциплины. Жизненный мир представителей флоры и фауны недопустимо отождествлять с миром человека, хотя в чем-то есть сходство между ними.