И это неудивительно. Достаточно вспомнить войну его отца, Святослава, с Византией. Имперский историк Лев Диакон писал:
«Воины князя Святослава после битвы собрали своих мертвецов и сожгли их, заколов при этом, по обычаю предков, множество пленных, мужчин и женщин. Совершив эту кровавую жертву, они задушили нескольких младенцев и петухов, топя их в водах Истра».
И тем не менее Владимир, пойдя вслед за отцом по этому кровавому пути, вдруг внезапно отрекся от него. Как и почему это произошло?
Византийское наследство
Перед Владимиром стояла серьезнейшая проблема: дело в том, что его государство было империей. Да, именно так, Русь буквально с момента своего возникновения сразу была империей, ведь она объединяла множество народов и охватывала огромную территорию: от Балтийского моря до Черного и от верховьев реки Вислы до Волги. Эту территорию населяло множество племен, причем не только славянских, но и балтийских, финно-угорских. И во главе всех стоял он один – Владимир, Великий князь. То есть имелись все признаки империи, кроме одного из важнейших, основополагающих – единой, общей идеи.
Судя по всему, Владимир быстро понял, что собирать пантеон из разнообразных языческих божков – это не выход. Единому государству нужна единая вера. Предание о ее выборе, когда князь призвал к себе христиан с Запада и Востока, мусульман и иудеев, долгое время считалось учеными легендой, не имеющей реальной исторической основы. Однако она нашла подтверждение в мусульманских источниках. Так, в них есть упоминание о посольстве «царя Буладмира» в далекий среднеазиатский Хорезм. То есть русские летописи, похоже, описывают ситуацию близко к тому, что реально происходило. Но как же в этой непростой политической ситуации князь выбирал веру? И по каким критериям?