не только не
наказал за совет, который я дала волу, но даже сделал мне
сейчас доброе дело. И подумав так, ослица сказала:
— Спасибо, хозяин.
Тимур ее понял и захохотал от удовольствия, а его жена еще
больше нахмурилась и заворчала:
— Ты, наверное, знаешь, о чем говорят животные, но
скрываешь от меня.
— Да кто же может понять, о чем говорят животные, —
ответил Тимур, — в своем ли ты уме?
Когда они возвратились с базара, Тимур вошел в стойло и
положил волу свежего сена, которое привез с базара.
— Твоя жена изводит тебя расспросами, ибо ее мучает
любопытство, — обратился к нему вол на своем языке. — Ты
можешь не выдержать и раскроешь ей свою тайну, и тогда,
понимаешь ли ты, какая опасность тебе грозит, о бедный
человек?! Послушайся моего совета, пригрози избить ее палкой в
палец толщиной, если она от тебя не отстанет. Только так ты
сможешь отучить ее от любопытства и сохранить свою тайну.
— Как странно, — подумал Тимур, — что этот вол, которому я
угрожал мясником, думает о моем благополучии.
И, взяв палку, он направился к жене.
— Видишь эту палку? — сказал он, входя в дом, — так вот,
знай, что я изобью тебя палкой, если ты и впредь будешь
приставать ко мне с расспросами, почему я так много смеюсь.
Женщина была так напугана этой угрозой — ведь ничего
подобного он раньше ей не говорил, — что навсегда отстала от
него. Вот так Тимур-ага избежал ужасной судьбы тех, кто выдает
тайны людям, не готовым к восприятию.
Тимур-ага известен из фольклора своей способностью
воспринимать важное в вещах, казалось бы, незначительных.
Широкая популярность этой истории на Балканах и Ближнем
Востоке объясняется тем, что она, как говорят, несет в себе
бараку — благословение
— которую получает как рассказчик, так и слушатель. Многие
суфийские истории внешне напоминают волшебные сказки.
ИНДИЙСКАЯ ПТИЧКА
У одного купца в клетке жила птичка. Вот однажды он
собрался по своим делам в Индию, на родину этой птички, и
спросил ее, что ей оттуда привезти. Птичка попросила отпустить
ее на свободу, но купец отказался. Тогда она попросила его,
когда он прибудет в Индию, пойти в джунгли и рассказать
вольным птицам о ее плене.
Купец выполнил ее просьбу. Но только он рассказал о своей
пленнице какой-то дикой птице, как две капли воды похожей на
его птичку, как она замертво упала на землю. Купец решил, что
она родственница его любимицы, и весьма огорчился, считая себя
виновником ее смерти.
Когда он возвратился домой, его птичка спросила, какие
новости он ей привез.
— Боюсь, что мои новости опечалят тебя, — ответил купец. —
Случайно я обратился к одной из твоих родственниц, и когда
рассказал ей твою историю, ее сердце разорвалось от горя и она
в тот же миг умерла.
Не успел купец произнести это, как его птичка упала
бездыханной на дно клетки и затихла.
— Известие о смерти родственницы убило ее, — подумал
купец. Опечаленный, он достал птичку из клетки и положил
ee на подоконник.
Птичка тут же ожила и вылетела в открытое окно.
Она уселась на ветку дерева перед окном и закричала купцу:
— Теперь ты понял, что печальные новости, как ты их
назвал, были для меня доброй вестью? Мне было передано
послание — совет, как поступить, чтобы выбраться на волю; это
послание мне было передано через тебя, мой мучитель.
И птичка улетела, наконец-то, свободная.
Эта притча, приводимая Руми, подобно многим другим
притчам, подчеркивает для суфийского искателя огромную
важность косвенного обучения в суфизме.
Имитаторы и системы, носящие названия, соответствующие
традиционному мышлению, как на Востоке, так и на Западе,
предпочитают обычно придавать особое значение 'системе' и
'программе' — скорее, нежели всему опыту суфийской школы в
целом.
КОГДА СМЕРТЬ ПРИШЛА В БАГДАД
Ученик одного багдадского суфия, находясь в караван-сарае,
случайно услыхал беседу двух незнакомцев, из которой понял,
что один из Ангел Смерти.
— В течение следующих трех недель я собираюсь посетить
трех людей в этом городе, — сказал Ангел своему собеседнику.
Ученик был так напуган, что, стараясь оставаться
незамеченным, даже затаил дыхание и просидел в своем углу, не
шелохнувшись, пока Ангел и его спутник не ушли. Затем он стал
усиленно