Ещё, я думаю, что самое сильное в человеческом теле – это Дух. А Дух питается смыслом. Если жители Дхарана услышат своими сердцами призыв к спасению других, то и противостояние болезни для каждого из них будет более стойким.
И, конечно, не последнюю роль может сыграть совет старейшин, мужественно принявший такое сложное решение и показавший всей стране, а то и миру, подвиг сострадания.» При последних словах Мудрец отступил на шаг и уважительно склонил голову.
«Благодарю за своевременное предупреждение, Мудрейший. Не задерживаю тебя более. О дальнейшем я распоряжусь.»
Через полчаса на горной дороге, на самом солнцепёке уже стояла охрана. А местные силачи уже катили по склону огромные камни, чтобы перекрыть ими подступы к замершему в ожидании Дхарану.
Тем временем, два других мудреца, обернув лица душной тканью, уже несли мальчика в свой дом, чтобы поскорее начать лечение. Девочка шла сама, уцепившись одной рукой за носилки, а другой крепко прижимая к груди цветные камешки, единственные свои игрушки.
Когда третий мудрец вернулся, дом был похож на лазарет: в котелке на кухне дымился травяной отвар, распространяя по дому обнадеживающий запах мяты и чабреца. Мальчик лежал на тюфяке с холодной повязкой на голове, а девочка стояла в корыте, первый мудрец бережно снимал с неё лохмотья, а второй внимательно осматривал хрупкое немытое тельце. Она стояла, не двигаясь, безразлично глядя на происходящее, механически поднимая и опуская руки.
«Удивительно, – заключил мудрец после осмотра,– на её теле больше нет ни язв, ни даже сыпи. Будет разумно предположить, что её тело успешно борется с болезнью. А значит, заразившиеся от неё получит ослабленную оспу, а не такую яростную, как у её брата.»
«Чёрная оспа чрезвычайно прилипчива, и как бы мы ни старались, у нас есть не больше пары дней, чтобы что-то предпринять,» – сказал второй.