Звонок был неожиданным. Незнакомый мужской голос, сдавленный от внутреннего напряжения, представился: «Алексей». Он сказал, что ему настоятельно рекомендовали позвонить общие друзья, и, после недолгой паузы, выпалил: «Они сказали, что вы… мой последний шанс». Мирик не удивился. Он просто согласился и назвал адрес своего загородного дома. Алексей подъехал на дорогом, но пыльном внедорожнике. Вышел из машины человек с уставшим, осунувшимся лицом, на котором читалась смесь надежды и глубокого скепсиса. Его взгляд скользнул по скромному дому, по саду, а затем упал на Мирика, который вышел ему навстречу. Недоверие в глазах Алексея усилилось. Перед ним стоял не седовласый маг в расшитой звёздами мантии, а пожилой, спокойный мужчина с доброй седой бородой, в коричневой бейсболке, простой джинсовой рубахе и льняных штанах. Он больше напоминал отшельника-садовода, чем «последнюю надежду».
– Проходи, Алексей, присаживайся, – голос Мирика был тёплым и глубинным, как шум леса.
Они устроились за деревянным столом на веранде. Алексей, не снимая куртку, нервно положил перед собой ключи от машины, словно готов был в любой момент сорваться и уехать.
– Я не знаю, с чего начать… – прохрипел он. – Друзья сказали, что вам можно доверять. Что вы помогли Ивану… моему другу. Спасли его, по сути. А у меня… – он резко выдохнул, – у меня в жизни просто апокалипсис. Полный трындец.
Мирик молча кивнул, давая ему говорить.
– У меня IT-компания, довольно крупная. Но всё летит в тартарары. Я ничего не могу делать. Во-о-о-о-бще. Прокрастинация какая-то жуткая. Сижу, смотрю в стену по несколько часов. Отношения с партнёрами испорчены, коллектив меня ненавидит, чувствую это. Бизнес рушится на глазах, а мне будто всё равно. И так во всём. Жизнь стала серым, липким комом. Я приехал, потому что дальше уже просто некуда. Полная безысходность.
Он замолчал, сжав кулаки.
– Да, и с девушкой своей расстался по дури, – тяжело выдохнув продолжил он.
Мирик понимающе, но грустно улыбнулся.