Ты опускаешься туманом с гор
В февральские закаты или в полночь.
Тебя встречает лес – он тих и гол —
Как будто неожиданную помощь.
Ты прикасаешься рукой к стволам,
Под ливнями ночными почерневшим,
Всё разделенное напополам
Ты сращиваешь внутренне и внешне.
И, как непревзойденный следопыт,
Разузнаешь, что прежде здесь случалась,
Услышав шаг ступней и ход копыт,
Увидев то, что было от начала:
Оленя поступь статна и горда
Его рога пробадывают кроны,
Он скачет сквозь пространства, сквозь года,
И этот бег в единстве всестороннем,
Подобны углям красным вдалеке,
Глаза кабаньи, бьющие как стрелы.
Сверкает злато на одном клыке,
А на другом – булат, ножей острее.
Орел – судья и вестник мировой —
Парит, не находящий ниже места,
И солнце – око правое его,
А левое – жемчужный новый месяц.
Здесь воем волчьим полнится простор,
Здесь встрепенулись тучи, словно птицы —
Ты заново восходить на престол,
Чтоб лесом пробуждённым воплотиться.
Кернуннон
Песнями леса и шепотом трав,
В крепких ветвях и спадающих листьях,
К сумеркам, полночью и по утрам —
Мир говорит, как ты близко…
Помню, под сводом сгустившихся крон
Были глаза твои звёзд двойниками,
Каждый там взглядом твоим одарён —
Век, не моргавших веками.
В давних народах твой дух воплощён,
Пусть их не встретить на книжных страницах,
Лиственным всех покрываешь плащом,
Мне же прошедшее снится.
Голос твой слышится сотней валторн,
И незаметным семян прорастаньем,
Он, развернув беспредельный простор,
Утром осенним растает,
Но, вспоминая утраченный дом,
Непоправимых эпох накануне
К правде твоей, обессилев, придём,
В смертях и рожденьях, Кернунон.