Она подобна подношению на пиршестве в честь встречи с единственным отцом-гуру.
Тёмные тучи этих времён упадка чернее тьмы космоса,
И всё же сила устремления вершить просветлённые деяния —
это могучий ветер, способный их разогнать.
Когда поднимается этот ветер, рассветает истинный смысл Сияющей Луны
И разливается Океан Дхармы, обнаруживая сокровища истинной радости и наслаждения.
В пространстве, где грустные мысли беспочвенны и не имеют источника,
Ты видишь свой собственный ум как искрящуюся улыбку изначального будды.
Весёлый танец маленького мальчика, исполненного радости и обладающего прозрением,
Освобождает счастье и печаль в дхармакае,
пространстве единого вкуса.
Будучи самосущей исконной мудростью, оно не далеко;
Будучи за переделами наблюдателя и наблюдаемого, оно не близко;
Будучи за пределами речи, мысли и выражения,
оно пронизывает всё.
В беспечном состоянии без точки опоры совершенно ничего не нужно делать.
Если решишь действовать, то, покуда существует небо,
В пространстве и времени благо, которое дарует существам Учение, будет неисчерпаемым.
Это просветлённая активность Манджушри, Самантабхадры и Лотосорождённого —
Какое же великое удовольствие принять на себя эту ношу.
Для нас, йогинов, действия и проекции без точки опоры растворились.
В состоянии расслабления всё, что мы ни делаем,
предстаёт как украшение.
Хоть мы и были рождены из промозглой утробы мрачной и ужасной тёмной эпохи,
Нам не удержаться от оглушительной песни наслаждения.
Поскольку у певца горло не в порядке,
это может раздражать ваши уши,
Но слова истины, лишённые притворства,
льются жидким золотом,
Доставляя уму радость, превосходящую ту,
что способны подарить сотни тысяч песен влюблённого,
Которые угождают тебе, – они заставляют тебя широко улыбаться.
Эта бессвязная песнь безумца неприятна учёному.
Если это не доха какого-нибудь сиддхи, то кому она интересна?
Хоть я и знаю истинное положение вещей, я гоним сильным ветром мыслей.
Эти строки написаны в самолёте пальцами, скачущими подобно лапкам насекомого.