Материя, пробудясь к осознанию своей силы, сама
осуществляет свою трансмутацию. Вместо того, чтобы эволюция вечно
разрывалась между двумя полюсами — между сознанием, ведущим к блаженству
экстаза, но лишенным силы, и силой, ведущей к дикой радости атома, но
лишенной сознания, — Суперразум восстанавливает равновесие внутри
_тотального бытия_: высочайшее сознание в самой могущественной силе, огонь
Духа в Материи — 'О Пламя, неисчислимы сокровища твои!' — восклицает Риг
Веда (I.59).
Нужно помнить, что свое духовное открытие Шри Ауробиндо сделал в 1910 г.
— раньше, чем он прочел Веды, — во времена, когда ядерная физика находилась
еще на теоретической стадии развития. Наша наука опережает наше сознание —
потому-то и судьба наша — на путях неясных и непрочных.
Аналогия с ядерной энергией становится еще более поразительной, когда мы
описываем супраментальную силу так, как она является тому, кто видит. Мы
уже сказали, что чем выше мы поднимаемся в сознании, тем более стабильным и
нерушимым становится свет: от искр интуиции до 'непрерывных вспышек'
Глобального Разума свет становится все более однородным. Таким образом,
можно думать, что супраментальный свет — это некая светящаяся полнота, в
высшей степени неподвижная и компактная, без малейшего промежутка. Но
примечательно то, что качество супраментального света совершенно отлично от
света других уровней сознания; оно включает в себя и абсолютную
неподвижность, и самое быстрое движение — и здесь мы видим объединение двух
противоположных полюсов. Мы, однако, можем лишь констатировать факт, будучи
не в состоянии объяснить его. Вот как описывает Мать свое первое
переживание супраментального света: _Было полное ощущение силы, тепла,
золота: оно не было жидким, оно было, как пудра. И каждый из этих элементов
(их нельзя назвать ни частичками, ни осколками, ни даже точками, если
только вы не используете слово 'точка' в математическом смысле — точка,
которая не занимает никакого пространства) был подобен живому золоту,
горячей золотой пыли — он не был ни ярким, ни темным; это не был свет так,
как мы его понимаем; это было похоже скорее на массу крошечных золотых
точек, вот и все. Они как бы касались моих глаз, моего лица. И какая это
была огромная сила! И в то же время — ощущение полноты, покоя
всемогущества. Это было изобилие. Это была полнота. Это было движение в
своем пределе — бесконечно более быстрое, чем мы можем себе представить, —
и в то же время был абсолютный покой, совершенная неподвижность, безмолвие_
[tranquilite] *).
*) При скорости света мы также находим сочетание полной неподвижности
внутри предельного [supreme] движения: глядя на это явление изнутри, имеем
неподвижность, глядя извне — движение.
—
Спустя годы, когда это переживание стало для Матери привычным, она
описывала его так: _Это движение — особого рода вечная Вибрация, не имеющая
ни начала, ни конца. Это что-то от самой вечности, что будет существовать
вечно, и не имеет временных разделений; лишь спроецированное на экран, оно
начинает обретать временные разделения; однако нельзя сказать 'одна
секунда' или 'одно мгновение'… это очень трудно объяснить. Не успеешь
ощутить его, как оно уже ушло — нечто, не имеющее пределов, не имеющее ни
начала, ни конца, Движение настолько тотальное — тотальное и постоянное,
неизменное, — что так или иначе оно ощущается как абсолютная неподвижность.
Это совершенно невозможно описать, и все же это есть Источник и Опора,
Основание всей земной эволюции… И я заметила, что в этом состоянии
сознания это Движение превосходит силу или энергию, которая связует клетки,
из которых состоит индивидуальная форма_. В тот день, когда мы научимся
применять эту Вибрацию, это 'Движение' к нашей 'собственной' материи, мы
овладеем практическим секретом перехода от грубой Материи к Материи более
тонкой и будем обладать первым или осиянным телом, телом воскресения на
земле.
Эта неподвижность в движении является основой всякой деятельности
супраментального существа. Это практическая предпосылка любой дисциплины,
ведущей к Суперразуму, а, может быть, даже и любого эффективного действия в
этом мире. Мы уже говорили, что неподвижность — т.е. внутренняя
неподвижность — обладает силой растворять вибрации; что если мы способны
оставаться внутри совершенно неподвижными, без малейшей реакции, то тем
самым можем даже остановить любое нападение, будь то животное или человек.
Эта способность сохранять неподвижность по-настоящему достигается только
тогда,