объяснение того, почему человечество и Болгария буксуют в начале третьего тысячелетия после Распятия. И ещё больше удивило, что в книге я встретила мысли и чувства, которые испытывала сама.
С жадностью прочитала остальные три книги серии Тайная школа. В конце каждой из них был указан контактный телефон. Летом 2004 года я набралась смелости позвонить. И снова была удивлена. Оказалось, что это домашний телефон Марианы Везневой, которая просто сказала: «Приходите, адрес написан вместе с
телефоном в книге.» Казалось, что мы знакомы давно, словно она ожидала моего звонка.
Пришла. Не помню подробностей встречи, но она прошла как деловая – как уточнение деталей предстоящей совместной работы между давними знакомыми. казала, что готова помогать любым способом. Тогда ещё не знала,
что Мариана уже жила чудом пиктограмм в кругах на полях, а не продолжением книг Тайной школы. По сути, пиктограммы продолжали мудрость Тайной школы, но это я поняла позже.
Во время той первой встречи я впервые узнала о
загадочных фигурах на полях, которые озадачивают людей по всему миру. Мариана с жаром говорила о
пиктограммах, об их Создателях – тех же, с кем несколько лет назад она написала серию Тайная школа. Она жила в сказке о прекрасных фигурах, которые стали появляться по всей земле в конце XX века.
За годы нашего знакомства и сотрудничества Мариана почти всегда встречала меня словами: «Я живу в сказке.» Архитектор Везнева, как она любила представляться,
обладала развитым духовным восприятием – она была ясновидящей, владела телепатией и психометрией. Для
неё жизнь была чередой знаков, кругом посланий, которые она расшифровывала своими необычными способностями и которым доверяла безоговорочно.
Тот факт, что её дом находился за школой имени Пифагора, имел для неё огромное значение, равносильное математическому доказательству. Это давало ей
уверенность, что один из её любимых невидимых
духовных Учителей и наставников – никто иной, как сам Пифагор.
Она любила рассказывать, как однажды телепатически задала вопрос: «Ты – Пифагор?» и получила загадочный