До пяти не успел сосчитать, как в ладони появилась знакомая, и чего уж обманывать, приятная тяжесть маски. Слепой маг на ощупь проверял, все ли веточки целы. Не грохнулся ли кто-нибудь задницей на хрупкий артефакт? Фиолетовая магия иномирной эссенции горела по-прежнему ярко. Значит, есть шанс, что маска не утратила своих свойств.
– Учти, Франко, – разведчик продолжал стоять возле его кресла, хотя правила приличия давно продиктовали бы ему отойти. – Мы видим её свечение через иномирное стекло. Затеешь какую-нибудь гадость…
– Я в курсе. Клан Смерти пристально за мной следит. Как говорят у вас в разведке: “Если объект пошёл в уборную, то мы знаем, сколько раз он стряхнул”. Расслабься, Пруст. Я буду щеголять в маске исключительно перед невестой. Чтобы её не тошнило, когда она ляжет со мной в постель.
– В постели маска иногда слетает. Так что осторожнее там.
Франко повернулся к нему и приподнял подбородок, изображая, что смотрит на собеседника. На языке вертелось “один-один”, но Пруст в признании своего мастерства ответить в тон явно не нуждался.
– Хорошо, я спрошу прямо. Что тебя гложет? Я ни разу не навредил Клану Смерти. Наоборот, помогал Кеннету решать ваши проблемы совершенно бескорыстно. Сколько можно держать шпионов возле моего дома?
– Я в прошлом месяце всех разогнал, тебе ли не знать?
Франко поджал губы и снова повернулся к пустоте перед собой. Он знал. Иначе Лиана близко не подошла бы к кустам в его саду. Теперь слежка возобновится. Но был один трюк, о котором разведчики клана могли забыть. Ведьма получит очень хорошую маскировку. Такую, что украденные из логова элезийцев стёкла-артефакты ничем не помогут.
– Уходи, Пруст. Ты выполнил приказ, а что я буду дальше делать со своей маской – не твоя забота.